Век святого Скиминока - Андрей Белянин

– Убейте их! – уже не помню в какой раз завопил одноглазый Раюмсдаль. – Я хочу поставить свою ногу на отрубленную голову этого проклятого ландграфа.

Словно бы в ответ на его приказ, Тающий Город вздрогнул и сдвинулся влево. Никто ничего не понял. Локхайм неожиданно легко воспарил к белым облакам…

– Улетел… – тихо констатировала Лия, но в наступившей предгрозовой тишине ее слова прозвучали майским громом. Мы все почувствовали себя обманутыми в лучших чувствах. Тающий Город не достался никому…

Наемники вновь сунули мечи в ножны, Зингельгофер стрелял глазками по сторонам, явно что-то замышляя в кругу своих ужастиков. Лия, Жан и Вероника продолжали тупо рассматривать небеса, а бедный Раюмсдаль присел на кочку, обхватив голову руками, и раскачивался с тихим скулением. Драться уже никому не хотелось…

– Это ты, ты, ты… Ты опять во всем виноват, Скиминок паршивый!

– А ну, подбирай выражения, крыса Шушера! – в свою очередь обиделся я. – Сам небось оставил кого надо в тайной комнатке, а перед нами комедию ломаешь, будто бы и знать не знаешь, куда полетел небесный особняк!

– Я оставил?! – взвился оскорбленный принц. – Да если хочешь знать, все мои люди здесь! Все до единого! Это ты хитростью овладел секретом передвижения Локхайма и спрятал в Круглой башне своих жалких рабов. Ты украл мой город!

– Не надо петь военных песен! Никто из нас, кроме Вероники, не знает, как ездить верхом на вашем крылатом паровозе. А Вероника здесь, вот она!

– И вообще это не ваш город, а королевы Танитриэль, – высунулась из-за моей спины неугомонная Лия.

– Нет, мой, мой, мой! Что вы опять встали, трусы? Убейте же их, наконец! – впал в полную истерику принц Раюмсдаль. Воины, уже с изрядной долей раздражения, опять взялись за оружие.

– Стойте, стойте! – внезапно закричала юная ведьмочка. – Посмотрите, он возвращается.

Небо над нами действительно потемнело. На землю легла огромная тень. Ударил резкий порыв ветра, и в воздухе запахло серой. Я почувствовал желание слегка присесть.

– Господи, это не Локхайм, – успел сказать кто-то, даже не знаю кто. На нас опускался черный дракон. Он был огромен! Мгновенье спустя мы все, не разделяя на правых и виноватых, были атакованы струей пламени. Двое наемников сгорели заживо, черти бросились врассыпную, унося снопы искр на пушистых спинах. Мои ребята держались кучкой, а остальные с воплями пытались удрать или зарыться в землю. О дружном сопротивлении не было и речи. Люди и нелюди давили друг друга, топтали упавших, дрались в бессмысленных попытках укрыться за толстыми стволами ближайших деревьев. Это не очень спасало, но давало хоть какую-то надежду уцелеть. На меня напало тупое безразличие, граничащее с нечеловеческой яростью. Меч Без Имени со свистом резал воздух, но дракон не опускался в пределы его достигаемости, подавляя нас чисто огневой мощью. Мне здорово обожгло правую руку. Я скрючился, сунул меч в поясное кольцо, потом подхватил валяющиеся в траве вилы и левой отправил их прямо в морду пролетающего монстра. Они не долетели… Но похоже, дракон сообразил, что ему пытаются противоречить. Черный звероящер ответил бешеным турбинным ревом и бросился на меня. Плюньте в глаза тому, кто скажет вам, что рыцарь может один на один завалить дракона. Чушь! Брехня! Хвастливый треп менестрелей! Я и опомниться не успел, окончательно оглохнув от рева и ослепнув от огня, когда здоровенные когти обхватили меня поперек тела, как обручи бочку. Он бы мог попросту сжать лапу и выдавить из меня все соки, как кетчуп из бутылочки. Храбрый Бульдозер с зажмуренными глазами бросился вперед и наобум рубанул зверя, попав по лакированному крылу. Удар получился что надо! Дракон рванул вверх, сбив Жана хвостом. Лия истошно вопила нам вслед, отважно размахивая горящей веткой. Веронику я не заметил, других людей на поляне уже не было. Кругом бушевал пожар, валялись обгорелые трупы, стонали раненые, дымилась земля, а мне впервые в жизни было действительно все равно. Дебильное ощущение себя пятнадцатилетним подростком, желающим доказать всему миру, как сильно его обидели и как всем будет плохо, когда он так бесполезно погибнет. Или геройски, но это уже не имеет решающего значения. Господи, как все глупо!

Дракон унес меня довольно далеко, приземлившись у высокой горы. Там еще оказалась пещера, большая, туда он и направился. Хочу отдать зверюге должное – несмотря ни на что, у меня каким-то образом уцелели все ребра. После недолгого подземного путешествия по тоннелю мы вышли в обширную пещеру. Свод потолка был настолько высок, что дракон мог свободно вставать на задние лапы, вытянув шею, а общее пространство легко позволяло ему поворачиваться. Горело много магических факелов. Знаете, такие бронзовые треножники с ровным зеленым пламенем, я их много раз видел у мисс Горгулии. Очень удобная вещь, даже лучше нашего электричества. Заряжается один раз и на всю жизнь, когда хозяин приходит – автоматически загорается, когда уходит – гаснет.

Дракон осторожно положил меня на груду золотых монет. Ого, я как-то не сразу понял, что весь пол в пещере был устлан пластами золота. Где деньги, где украшения, где посуда, где просто золотой песок – но завалено благородным металлом буквально все! В дальнем углу блестело небольшое озерцо родниковой воды. Дракон развернулся и лег в двух шагах от меня, уставившись на мою особу немигающим взглядом:

– Кто ты?

Да, разговаривать умеет, вот только я не в том состоянии, чтобы чесать языком. Сейчас сорвусь, нагрублю, а потом…

– Ты не можешь говорить? Или не хочешь?

– Не хочу!

– Ты груб и неучтив, сэр рыцарь.

– Что?! – взорвался я. Нервы, нервы, мне ведь только искры зажигания не хватало… – Чья бы корова мычала, а твоя бы молчала! Какого рожна мне быть вежливым с доисторическим птеродактилем-огнеметом? Можно подумать, это я напал на неповинных путников, половину сжег, половину ранил, местность изуродовал – теперь вокруг одни головешки. Ты хоть что-нибудь об экологии слышал? Там же лет десять ничего расти не будет, дубина стоеросовая! Вежливость и учтивость ему подавай… На себя посмотри!

– Там был заклятый враг всех драконов – принц Раюмсдаль!

– Ну, был, и что с того?! Ты хоть поинтересовался, как я к нему отношусь?

– Как? – запоздало опомнился дракон.

– Да мы враги до гробовой доски! Ясно тебе? Я воюю с ним уже лет семь, и в тот самый момент, когда я припираю гада к стенке, появляешься ты, поливая меня крупнокалиберным пламенем! Придурок…

– Все равно…

– Что все равно?!

– Все равно, – тихо ответило чудовище. – Мог быть и повежливее с дамой…

Возможно, у меня отвисла челюсть.

Итак, это был не дракон, а особа женского пола, так называемая драконица. Хотя чего тут особенно удивляться? Раз они вообще есть, то должны как-то размножаться. Просто, общаясь с Кроликом и его друзьями, я как-то ни разу не встречал дракониц, а мой белокрылый друг тоже не заводил разговоров на эту тему. Драконы древняя раса, у них свои представления о том, что может быть интересно людям. Помолчав некоторое время, я решил не строить из себя неприступную элиту и начал знакомиться: