Некромант - Саша Готти

Быстрые шаги раздались за спиной, и Влада увидела Дрину Веснич и Юльку Красавину, которые бегом догнали ее и вцепились в рукава с двух сторон.

– Вла-адочка, – пропела Дрина, тряхнув косичками, – не кисни! С этими парнями одни неприятности. Я и так наблюдала с первого дня за твоим романом с Гильсом, уже зная, что все плохо закончится. Я ведь с ним вместе росла, в Пестроглазово, еще тогда думала – хорошо, что я в него не влюблена. Гильс просто отрава для девчонок, с ним лучше не связываться.

– Эт точно, – подтвердила Юлька. – Мой Ганц тоже не подарок, но чтобы бросить меня в начале года и на моих глазах с кем-то флиртовать?! Кстати, помани ты нашего Аца, так он со всех ног! Или чем тебе плох Бертилов?

– У него же ничего такого с Тановской, это она сама за ним бегает, – поддержала ее Дрина. – К тому же он умудряется крутить романы сейчас даже со старшекурсницами, Инга просто делает вид, что ничего не знает. Вот Егор реально из-за тебя переживает, это заметно.

– Это вы меня так подбадриваете, что ли? – Владе вдруг стало смешно. – Спасибо за лекцию о парнях…

– Ты не думай, мы не вроде Тановской, – перебила ее кикимора. – Мы хотели сказать, что восхищаемся тобой. Да-да! – заметив, что Влада удивилась, подтвердила Дрина. – Ты молодчина, просто пример для всех нас! В сентябре мы все видели, что с тобой произошло. Что с Егоркой рассорилась, про Муранова вообще молчу. Думали, ты из Универа уйдешь. А ты наоборот! Да тебя хотят старостой Валькируса назначить!

Влада остановилась, но на лицах девчонок не было и намека на подвох или издевательство.

– Ты реально сильная, – закивала Юлька. – Другая бы давно скисла из-за Муранова, может, даже ушла из Универа. Другая, но не ты. А ты учишься лучше всех на факультете, всем улыбаешься, всем помогаешь. Даже обормоту Федьке пишешь рефераты, чтобы он закончил курс раз в восемь лет.

– Да ладно вам, – невпопад ответила Влада, смутившись от такой неожиданной поддержки.

В вестибюле царили уныние и обреченность: завхоз раздавал ребятам толстые резиновые перчатки и ведра, вампиры откровенно саботировали уборку листовок, собравшись около гардероба и шумно обсуждая несправедливость этого мира. Влада неудачно наткнулась на Егора, который бездельничал и слонялся с какой-то девчонкой с параллельного курса, насвистывая что-то под нос. Увидав Владу, он смерил ее взглядом, как-то криво ухмыльнулся и, не сказав ей ни слова, удалился на лестницу.

– На листовках есть светлая магия, ее немного. Они раскиданы и расклеены около зловоротни, текст не читать, надеть перчатки и собрать в ведро! Там они должны сами рассыпаться, только надо отойти, чтоб не зацепило… – командовал Фобос Карлович, выдавая студентам инвентарь.

– Аки злосветочи дерябнут, затмив очи! – комментировал Буян Бухтоярович, который зачем-то нацепил на голову кастрюлю и взобрался с ногами на свою табуретку. – Чую бедину восходящую, чую!!!

– А помолчать нельзя, чтобы у всех от вас в голове не звенело? – огрызался Фобос Карлович. – Если вы считаете, что тут небезопасно, то собирайтесь и уезжайте из Носферона! Вас никто не держит, тем более что толку никакого от вашей работы…

– Уезжа-ать? – язвительно захихикал охранный домовой. – Знамо твоевойные коварнючие планы, проклятущий Ливченко! Уедучи я, а место мое твоевойный бездельник Денис захватит сиюмгновенно! Сам едь отседова, ирод!

– Да как же, чтобы ваш племянничек Эдик или кто-то из родни мое место завхоза занял, которое я его годами караулил, – проворчал Фобос Карлович. – Не дождетесь…

– Да внучок мой, Авдот, в стократ твоевойного Дениса обойтить сможет! – завопил Буян Бухтоярович. – Твой Денис пустобрехля и дармоедина на чужеродной шее, а мой Авдот важненский пост в Москве занимает!

– Ваш Эдуард такой же бездарный, как и вы сами, поспорю на ваше просиженное кресло!

– Тьфу на тебя, тьфу!!! – Бухтоярович яростно топнул ножкой, сжав кулачки. – Объявляю тебе домовую войнищу, проклятущий Ливченко!

Ругань домовых прервала процесс раздачи ведер и перчаток, и Влада сама взяла себе пару, выйдя из опустевшей проходной в зловоротню, а из нее и в подземный переход, по которому в обе стороны – и под землю, и на поверхность – спешили люди.

Под ногами идущих, на выложенных кафелем стенах перехода и вообще повсюду были расклеены и раскиданы листы бумаги, источающие почти незаметное свечение. Люди не замечали этого, наступая на них и не обращая внимания на то, что некоторые листки, изгибаясь, будто гусеницы, поползли прямо к ногам вышедшей в переход юной нечисти.

– Мерзость, – скривилась Дрина. – Вы видите, что на них написано: «Нечисть ждет то, что хуже смерти»! Кто первый рискнет взять это в руки?

Первым оказался разгоряченный Герка, который схватил один из листков, подползших к его ногам, и сунул его в ведро. Раздался глухой взрыв, и в ведре полыхнуло, а в переходе завоняло горелым железом.

– Этой дряни тут много, – Герка зажал нос. – А что, тоже ничего, развлекуха. Не дрыхнуть же в общаге, как наш прынц Бертилов…

Листовок в подземном переходе действительно было понаклеено и раскидано много, но хуже всего оказалось то, что на месте уничтоженных бумажек тут же появлялось в два раза больше новых.

– «Нечисти, валите из Москвы! – громко читал Герка, яростно обдирая листки, некоторые из которых больно обжигали пальцы даже сквозь перчатки. – Скоро война, и всех вас ждет то, что хуже смерти!» Козлы, застрелитесь… Ай! – Вампир зашипел от боли, отдергивая руку, когда очередная листовка заискрила и обдала все вокруг вонью, как от горелого железа.

– Осторожнее, Гер, – Влада быстро оборвала листовку, только на ее месте тут же, будто прорастая из каменной стены, появились новые: две, четыре, шесть… – Да-а… Мы тут надолго.

Она оказалась права: на улице уже стемнело, людей в подземном переходе заметно поубавилось, а листовки со стен удалось оборвать только наполовину. В десятом часу вечера к борцам за чистоту стен присоединился Ацкий и вампиры-старшекурсники; происходящее скорее забавляло, чем раздражало.

– Клевая развлекуха, – Ацкий с завистью смотрел на Владу. – Везет, тебя почти не шибает от них, сонц, а мне все пальцы обожгло. Всю ночь собралась воевать, да?

– Пошли-ка перекусим в столовку, – посоветовал Денис. – А то ужин давно прозевали.

– Что, уже ночь?

Влада оторвалась от своего занятия, оглядываясь. Что ж, отлично провела день своего пятнадцатилетия, теперь шипящие листки с мерзкими надписями, которые выползают из стен, будут сниться неделю.

– Пошли поедим, а то Муранов-то о себе уже позаботился, – хмыкнул Герка, но Ацкий многозначительно пихнул его локтем.

– Чего? – Герка поднял брови. – Больше прогуливать лекции не будет… у зловоротни стоит со своей принцессой, я только что видел.

– Идешь? – Ацкий немного постоял, ожидая отклика от Влады, но та даже не услышала его слов. Валькер, покачав головой и пробормотав что-то про «этих девчонок», был подобран Синициной и уведен в столовую ужинать.