Лунная школа - Катерина Полянская

Быстрей бы все кончилось!

И больше никаких авантюр! Клянусь!

Покосилась на любимого, потом на друзей… Ой, что-то я сомневаюсь, что для нас возможно тихое и скучное будущее.

Беспокойное порхание мыслей нарушили приближающиеся шаги. Судя по звукам, к нам приближались больше чем две пары ног!

— Какие непонятливые, — скривился Джарс.

А я вдруг подумала, что в стене должен быть еще какой-то проход, потому что Крейстон через нашу дыру точно не вылезал, и ворота ему бы не открыли.

С Мариам был Айзек, Крейстон привел с собой троих магов. Лица их были мне смутно знакомы. Наверное, видела мельком, когда жила по ту сторону стены. Но имен не знала. Что ж, никто и не думал, что ректоры так сразу послушаются студентов, большинство которых вообще первокурсники.

Само собой, первым делом нас скрутили. Мы даже не сопротивлялись особо, хотя когда меня хорошенько приложили затылком о каменную стену, возник соблазн оторвать жуку еще что-нибудь ненужное.

Голову, например.

А вот интересно, изъять из него магию возможно? Тогда бы Крейстон остался невредим и одновременно не опасен…

— Теперь проявите здравомыслие и верните наши вещи, — ледяным тоном потребовала Мариам.

— Изобретательность мы оценили, — добавил Крейстон.

Неплохо у них получается действовать в паре…

Ответить никто из нас не успел. Из кармана Кэйлика послышалась приятная мелодия.

— Это еще что? — Как старшая и более проницательная, первой насторожилась Мариам.

— Вы же не думали, что мы принесем яд и жука с собой? — усмехнулся Кэйлик. Слишком жестко для своего возраста. — Или думали?

— Такая беспечность — считать окружающих глупее себя… — Я тоже позволила себе высказаться.

Звук смолк, но так и планировалось. Шален еще раз позвонит через пятнадцать минут.

Поначалу я не была в восторге, когда узнала, что Кэйлик впутал его… тем более что старший из наследников Орлгордов и в этот раз пожирал взглядом мою сестру. В какой-то момент даже показалось, что они с Джарсом набросятся друг на друга. Но сейчас внутри прочно обосновалось ощущение правильности происходящего.

Ожидаемо, ректоры угрожали. От отчисления до пыток. Фантазия у обоих оказалась буйная. Прямо скажем, меня проняло. Но Кэйлик держался спокойно и слегка насмешливо, это вдохновляло и придавало смелости, вдруг захотелось соответствовать ему. И я тоже держалась.

К моменту, когда Шален позвонил во второй раз, Крейстон и Мариам уже были готовы к нормальному диалогу.

Кэйлик включил громкую связь.

— Если кто-то из ребят пострадал, я раздавлю жука и вылью яд, — начал с главного его брат.

— Они в полном порядке, — процедил сквозь зубы мой отчим.

— Шалисса? — жених обеспокоенно взглянул в мою сторону.

Коснувшись ноющего затылка, я кивнула. Пальцы остались чистыми, крови не было.

— Скажи, чтобы убрали отсюда всех лишних, и будем договариваться, — устало произнес мой жених.

Еще немного пререканий, и Айзек вместе с магами-проявителями ушли. Крейстон был в бешенстве. Мало того что вчерашние подростки обставили его, так еще и выставили слабым перед другими скарабеями. Он готов был рвать и метать, но вместо этого вынужден был просто стоять и ждать, что же будет дальше.

Ожидание продлилось несколько минут. Столько потребовалось, чтобы Арабель смогла подтвердить — посторонние действительно ушли, а не затаились где-то неподалеку.

— Вот теперь предлагаю обсудить условия магического соглашения… — продолжил Шален.

— Иначе ты выльешь яд и расплющишь жука? — Мариам старалась, чтобы в голосе звучало превосходство.

Получалось из рук вон плохо.

— Рад, что мы понимаем друг друга, бабуля.

Ее натурально перекосило.

— А что, если я хочу жить вечно? — все еще пыталась делать хорошую мину при плохой игре особа, которой перевалило за две сотни лет.

— Не хочешь, — спокойно возразил Шален. — Иначе бы не хранила яд. К тому же изо дня в день беспокоиться, а не подлили ли его во что-нибудь, тебе тоже вряд ли понравится.

Крейстон на этот раз даже спорить не стал.

— Мы желаем получить назад похищенные у нас магические предметы, — первым обозначил свое условие он, а Мариам кивнула. — Я бы попросил еще и Шалиссу, но, подозреваю, по этому пункту договориться не удастся…

— Наверное, ты удивишься, но я — не предмет! — прошипела и сморгнула навернувшиеся слезы. — Мной нельзя распоряжаться, как какой-то вещью.

Больно было, как в первое утро, когда я проснулась в незнакомом городе. Странно… Я думала, что справилась с этим. Оказывается, не до конца.

— Так я и думал, — разочарованно покачал головой ректор «Скарабея».

Моя очередь. По законам магии, обеих магий, после этих двоих, в чьих условиях содержатся вопросы жизни и смерти, я тут самое заинтересованное в договоре лицо.

— Я хочу спокойно учиться, свободно общаться с обеими своими семьями и самостоятельно решать, где жить. Чтобы меня больше не пытались использовать в борьбе проявителей и метаморфов. Больше никаких опасных стажировок! И я не собираюсь скрывать от мамы, как со мной обошлись.

Отчиму это очень не понравилось. Но что он мог поделать?

— Поддерживаю. — Кэйлик улыбнулся самыми уголками губ и обнял меня за плечи.

— Крейстон, ты сделаешь меня своим преемником на посту ректора элитной школы «Золотой Скарабей», — продолжил пополнять договор условиями Джарс. — Да не смотри ты так, я — Вольстенгард и просто возвращаю свое наследство! И да, прекрасно понимаю, что за пять лет учебы ты с меня шкуру спустишь.

Мы с Кэйликом переглянулись. Теперь все честно! Будет. Через несколько лет.

Возникло еще несколько мелких пунктов: о том, каким образом Шален передаст ректорам их имущество, и о судьбе проделанного Джарсом хода в стене. Его решено было оставить, но сохранить в секрете.

Магический договор оказался интересной штукой. Все то время, пока мы говорили, в воздухе кружил большой лист плотной бумаги с золотистым тиснением по краям. Ручка с рубином, я видела такую в магазине, принадлежащем… теперь, наверное, Шалену, методично заносила в документ каждое сказанное слово. К концу «рубин» посветлел, стал прозрачным. У Крейстона и Мариам были собственные магические печати, Кэйлику же пришлось дать свою кровь… До сих пор жуть берет при воспоминании, как он эту ручку «заправлял» и настраивал на себя.

Но результат, подразумевавший «долго и счастливо» для нас всех, того определенно стоил.