Высшее образование для сироты, или родственники прилагаются - Мария Вересень

— Да-а-а, неспокойное место стало, — задумчиво протянул Велий, выразительно глядя на остатки рыбины.

После завтрака Геронтий и Велий ушли секретничать на крыльцо, а Миколка побежал угощать сахаром кобылу мужика.

— Верея, я вот все думаю о прошедшей ночи… — завела старую песню Алия.

Я махнула рукой:

— Алия, прекрати виниться, если бы ты не убежала, окаменела бы. Навряд ли меня хватило бы на нас обеих. Просто замечательно, что я стояла одна. Но вот что меня по-настоящему напрягает, так это то, что мы еще ни разу не видели проверяющего.

— Ну и что? — безразлично поинтересовалась Алия. — Может, он просто не показывается.

— Алия, ты бы его почуяла. По правилам он должен приходить каждое утро, а в идеале вообще ночь с нами находиться. Это мне Аэрон перед отъездом сказал, чтобы не беспокоилась.

— Вот еще! — воскликнула Алия. — Да у нас все веселье ночью-то и начинается!

Лейя мечтательно улыбалась — наверняка представляет себе проверяющего, который непременно окажется лицом противоположного пола.

— Школа несет за нас ответственность, и не только за нас, но и за охраняемое кладбище, поэтому они должны были приставить к нам инспектора, который бы за нами приглядывал и не давал нам делать глупости.

— А может, они нам доверяют, — очнувшись, проговорила Лейя.

— Держи карман шире, — фыркнула Алия. — Те, кому доверяют, кладбища не охраняют.

Скрипнула дверь, и мы резко поменяли тему разговора. Вернулись Велий и Геронтий.

— Погода сегодня отвратительная, — заметила Лейя. — Чем займемся?

— Дома будем сидеть, — с кислой миной сказала я. Алия вздохнула и посмотрела в окно.

Геронтий попрощался, и мы пошли его провожать до ворот. Миколка забрался в телегу и счастливо улыбался: ехать намного лучше, чем идти пешком, пусть даже и недалеко.

— Я на три дня уеду, — тихо сказал Велий. — Надеюсь, в мое отсутствие вы ничего не натворите.

Мы с Алией посмотрели на него с негодованием, но промолчали.

— Нашелся присмотрщик, тоже мне, — прошептала Алия мне на ухо. Лейя поникла, с грустью глядя на Велия, но тот только усмехнулся. Мы постояли у ворот, провожая глазами удаляющуюся телегу, Лейя даже выудила откуда-то платочек и махала вслед с видом горькой вдовушки.

Когда телега скрылась за поворотом, Алия, повернувшись ко мне, спросила:

— Ты действительно решила весь день сидеть дома?

Я повертела пальцем у виска:

— Щас! Я хочу проверить, откуда выползла эта змеюка. — Я ткнула пальцем в василиска. Алия в восторге подпрыгнула на месте, а Лейя радостно потерла ручки. Сидение дома никак не входило и в их планы.

Готовясь к предстоящему походу, мы с Лейей сменили платья на удобные штаны и рубахи, поглядели в окно на нудный дождь и добавили длинные кожаные безрукавки с капюшонами, подвязались Поясами и с удовлетворением посмотрелись в зеркало. Алия вытащила из сундука лук со стрелами и охотничий нож, который и принялась со зверским видом точить, сидя на крыльце. Я положила в заплечный мешок сыру, вяленого мяса, соль и несколько вареных картофелин (благо Геронтий все это доставил еще утром). Вернувшись в избу, Алия сунула в мешок моток веревки и огниво. Лейя раздобыла аж три зеркальца и выдала каждой по одному, наставительно приговаривая:

— Василиски дохнут от зеркала.

Лейино толкование того, что говорил Велий, меня рассмешило. Мы вышли за ворота и оглянулись.

— Надеюсь, к ночи вернемся, — сказала Алия.

Идти по следу василиска не представляло труда, пожухлая трава и облетевшие листья с деревьев показывали направление. В лесу было тихо и влажно. С ветки на ветку, изредка перекликаясь, перелетали птицы, и тогда на нас обрушивался водопад воды. Алия встряхивалась, Лейя взвизгивала, а я поглубже натягивала капюшон. Алия пару раз пыталась подстрелить какую-то живность, но совершенно не кровожадная Лейя тут же принималась упрашивать ее пощадить зверушек, и Алия с сожалением опускала лук дождь прекращаться не собирался, хотя мы уже вымокли до нитки, мокрые волосы прилипали к лицу. Лейя, затравленно оглядываясь на темные стволы деревьев, начала тихо поскуливать. Я, послушав ее жалобы, тоже стала задумываться: может, сидение дома не такое уж и скучное занятие?

Внезапно лес кончился, мы оказались на краю глубокого оврага.

Я с опаской посмотрела вниз:

— Глубокий. — Я оглянулась на подруг. — Спускаемся?

— Спуститься всегда можно, хоть на жопе. Лучше подумайте, как обратно взбираться будем, — охладила мой пыл Алия, вытаскивая веревку из заплечного мешка. Выбрав дерево понадежней, мы обмотали вокруг него веревку и, скользя по глине, спустились в овраг. Внизу оказалось еще мерзостней. От дождя земля и глина превратились в кашу. На сапоги налипло, наверное, по пуду. Лейя, шагая, высоко поднимала ноги и была похожа на мокрую курицу, я выглядела наверняка не лучше.

— Верея, это твоя идея — пойти посмотреть, откуда вылез василиск, — обвиняющим тоном проговорила Лейя.

— А ты эту идею с радостью поддержала, — напомнила я ей.

— Тише вы! — прикрикнула на нас Алия, всматриваясь во что-то сквозь пелену дождя. — Там что-то чернеет.

Лейя пискнула, вытащила зеркальце и, вытянув его перед собой, стала вертеться на месте. Алия, хмуро понаблюдав за ее суетливыми движениями, пояснила:

— Лейя, не кто-то, а что-то.

— Очень похоже на дыру или лаз, — сказала я, приглядевшись. — Наверно, из этой норы василиск и вылез.

Мы с Алией тоже достали на всякий случай свои зеркальца (дурной пример заразителен) и все трое сгрудились у входа в огромную нору, прислушиваясь. В норе стояла гробовая тишина.

— Ну все, — дрожащим голосом сказала Лейя, — мы посмотрели, откуда приполз василиск, пора домой.

— Неужели тебе неинтересно, что там внутри? — удивилась я.

— Мне страшно.

— Девочки, там темно, — сказала Алия. — Нужен факел.

Пришлось возвращаться к веревке, забираться с ее помощью наверх и искать подходящие палки для факелов. Лейя от нытья перешла к бурчанию, она совсем не горела желанием лезть в сомнительную дыру, да и факел ей не требовался.

Алия пожертвовала для факелов сухой рубахой, и мы наконец ступили в широкий лаз.

— Эй! Есть тут кто? — звучно выкрикнула Алия. — Выходи, по башке дам!

— Так он тебе и вышел после таких слов, — сказала я.

— Все хорошо, никаких василисков тут нет, сухая теплая пещерка. — У Лейи, похоже, началась тихая истерика.

Мы тесной компанией продвигались в глубь тоннеля. Никаких леденящих душу каменных изваяний заметно не было, зато под ногами похрустывали косточки, судя по виду, мелких животных.