Сердца не покоряют силой - Мария Берестова

Плакала она самозабвенно и горько, вцепившись в плечо Рэми и громко всхлипывая.

Понять эту вспышку было невозможно, и что делать в такой ситуации – оставалось непонятным. Ну разве что гладить безутешную по спине и смущённо уверять, что всё в порядке и что всё будет хорошо.

От души нарыдавшись, эта эксцентричная особа столь же неожиданно успокоилась и соблаговолила ввести опешившую гостью в курс дела.

Выяснилось, что пару лет назад Рассэл начал всерьёз ухаживать за Тунь, и дело вроде как успешно двигалось к сватовству, неспешно и осторожно: жених был младше предполагаемой невесты на шесть лет, и на тот момент был безобразно юн. Тунь это обстоятельство не смущало: ей импонировала в Рассэле его способность принимать её такой, какая она есть. До этого все предполагаемые кавалеры упорно пытались переделать ей и заявить, какой она должна быть – ведь их жена должна соответствовать неким представлениям! Рассэл был приятным исключением в этой череде: его восхищал характер Тунь таким, каким он был, и он единственный из всех её знакомых действительно умел ценить её вполне.

Она не была влюблена так уж сильно, а может, даже и совсем не была влюблена. Но она ощутимо разглядела в Рассэле своего будущего мужа и успела постепенно привыкнуть к нему: такому надёжному, такому понимающему, такому поддерживающему. Учитывая общую взбалмошность Тунь, которая, по её собственному утверждению, была слегка влюблена во всё, что носит брюки, такое восприятие мужчины как соратника и будущего мужа и было тем, что в её случае имело смысл назвать любовью. Во всяком разе, её отношение к Рассэлу существенно отличалось от всего, что она испытывала к другим мужчинам. Рассэл был уникален и неповторим.

И тут – грянула эта история с Элпи, которая так легко вскружила юноше голову!

Тунь приняла удар героически: никто и не заметил, чтобы она что-то испытывала по поводу покинувшего её кавалера.

– Как Эртан только мог так говорить! – снова всхлипывала она, вспоминая сегодняшние дипломатические заходы. – Ты понимаешь же, Рэми, что это ведь унизительнее всего: он, видите ли, готов на мне жениться ради каких-то политических выгод!

Рэми, которая по ходу рассказа прониклась, уже мысленно планировала слегка убить Элпи, вправить мозги Расу и выговорить Эртану по поводу его бестактности.

– Это не так, Тунь! – горячо возразила она, беря женщину за руку. – Ты бы слышала, как Рас о тебе говорит! Ты ему по-настоящему дорога.

Тунь ни капли не утешилась; её лицо стало хмурым и горьким, когда она парировала:

– Я ему дорога, но жениться он хочет на этой вертихвостке.

Вскочив, Рэми гордо заявила:

– Я с ними разберусь! – и рванула разбираться, но её остановил неожиданный смех.

– Ох, Рэми! – смеялась Тунь так искренне и беззаботно, будто не рыдала только что так горько. – Какая же ты наивная! – та затормозила и задумалась, не посчитать ли себя оскорблённой. – Впрочем, – тем временем продолжала мысль Тунь, – это весьма идёт к обычной манере Эртана и изящно её дополняет.

Ничего не понимая, Рэми уселась обратно и взглядом затребовала объяснения.

– Тобой слишком легко манипулировать, милая, – охотно растолковала свою мысль Тунь, поглядывая весело и дружелюбно. – Достаточно слегка нажать на твоё горячее чувство справедливости – и ты готова бежать и спасать кого угодно, даже не вникнув в ситуацию.

Хмурясь, Рэми поняла, что её опять провели. Видимо, не только Эртан владеет искусством жалостливых взглядов! Но… как же так? Тунь выглядела такой искренней и казалась такой откровенной и беззащитной в своём горе…

Разгадав размышления принцессы, Тунь махнула рукой:

– Нет, я не играла, конечно, просто показала свои переживания так, чтобы это было выгодно мне. Уму непостижимо, Рэми, что ты так легко покупаешься на подобные трюки. И это ведь тебе ещё повезло, что ты своя для А-Ларресов!

Чувствуя, что настроение упало ниже некуда, та переспросила:

– А что не так с А-Ларресами?

Рассмеявшись, Тунь удобно вытянула ноги, развалившись на скамье, пошарила под сидением, нашла там какие-то орешки, поделилась с собеседницей, и, защёлкав, принялась с энтузиазмом объяснять:

– Против А-Ларресов поди сдюжь. Ты же знаешь Аркаста, да? – дождавшись кивка, продолжила: – Этот просто идёт напролом и игнорирует любые возражения и препятствия. С ним только силой и совладаешь. Но если и справишься – тут тебя ждёт второй уровень, – она залихватски закинула щиколотку на щиколотку, – к тебе подкатит Рас и задурит голову так, что всё отдашь и сделаешь по его, и ещё рад будешь. Правда, если есть опыт в интригах, то Раса кое-как ещё можно отразить. И тут-то они выпустят на сцену Эртана! – Тунь мечтательно закатила глаза, явно восхищаясь столь продуманной тактикой. – Который так тонко, естественно и искренне разыграет карту «о, я несчастный правитель, который ни с чем не справляется, помоги же мне!»… что сама не заметишь, как воплотишь в жизнь какой-то его хитроумный план, при этом будучи чётко уверенной, что всё происходит по твоей инициативе, – Рэми рассмеялась, признав в описании ухватки супруга.

– А если удастся не поддаться эртановскому обаянию? – с луковой улыбкой спросила она.

Запрятав ноги под скамью, Тунь наклонилась к собеседнице и таинственным шёпотом продолжила:

– О, тогда с тобой случиться самое страшное: А-Ларресы извлекут на свет Божий Тьера!

– Тьера? – нахмурила бровки Рэми, пытаясь вспомнить.

Кажется, на свадьбе был какой-то безвыразительный мужчина с таким именем, но она тогда слишком волновалась, чтобы хорошенько разглядеть и запомнить всех, кого ей представляли.

– Тьера! – покивала головой довольная Тунь. – Страшный человек, Рэми! Ты знаешь, – принялась делиться впечатлениями она, – он ведь ничего такого вроде из себя не представляет. Но если уж А-Ларресы берутся разыграть эту карту… – она подобралась и, активно жестикулируя, нарисовала ситуацию: – Тьер приходит спокойно и без лишних слов и политесов. Не пытается уговорить, надавить или обыграть. А просто своим сухим, безэмоциональным тоном коротко перечисляет последствия того, что с тобой будет, если ты не сделаешь так, как тебе говорят, – догадавшись по глазам Рэми, о чём та подумала, Тунь эмоционально возразила: – О нет, это не угрозы. Он просто перечисляет объективные последствия твоего выбора. Очень сухо и беспристрастно. И, знаешь, ещё глядит на тебя так, будто прям в череп смотрит, – рассмеялась она с некоторым принуждением, видимо, вспоминая неприятный опыт, а после переключилась: – Я слыхала, он даже старшего А-Лерси однажды сшиб так.

В какой-то момент Рэми стало искренне интересно, задействовали бы А-Ларресы этого таинственного Тьера, если бы она не купилась на котёночные взгляды Эртана. И что бы этот Тьер мог ей сказать? Грозить войной? Загубленной репутацией? Звучит не так уж и страшно, по правде-то.

Между тем, закончив короткий обзор основных сил противника, Тунь продолжила свою тему: