Предел не положен - Роберт Энтони Сальваторе

– Яне вижу ее глаз! – крикнула Альвильда Маргастер своей кузине Инкери. – Ее красивых серых глаз, таких сияющих, таких прекрасных!

– Ты думаешь, что сейчас это важно? – раздраженно отозвалась Инкери. – Перед нами открыт весь Север.

– Моя маленькая девочка.

– Заткнись! – заорала на нее Инкери.

«Заткнись», – приказал другой голос в голове Альвильды, голос, похожий на рык злобного гиганта с полным ртом жалящих ос.

– Возьми меня, – услышала Альвильда саму себя, но голос был не ее, а все того же демона.

– Да, – отозвалась Инкери и быстро сняла свою золотую цепь с крупным опалом, протянула его Альвильде и требовательно махнула второй рукой, приказав: – Дай мне твое ожерелье.

– Ничего я тебе не дам, – отказалась Альвильда, вернее, хотела отказаться, потому что слова превратились в неразборчивое бормотанье.

Они уже много раз менялись ожерельями, и всегда по настоянию Инкери. Она не знала, что за игру вела ее кузина, но демоны в каждом ожерелье были разными, и тот, который сейчас находился в подвеске Альвильды, обладал большим могуществом.

– Дай мне твое ожерелье, или будешь убита, – предостерегла ее Инкери.

Боль наконечником копья внезапно впилась ей в лоб, мысли спутались, и Альвильда даже не дослушала команду. Но это уже не имело значения, контроль над телом перехватило живущее в ней существо, и руки сняли через голову ожерелье, состоящее из золотой цепи и крупного рубина.

Альвильда ощутила разрыв контакта, но к тому времени ее собственное тело уже передало драгоценность Инкери, и та держала в руках оба ожерелья, по-прежнему протягивая кузине опал.

Альвильда отшатнулась.

– Думаешь, разумно предавать нас, сестренка? – осведомилась Инкери, воспользовавшись ласковым прозвищем, напоминавшим об их особой связи.

Альвильда была ее кузиной, а не сестрой, хотя воспитывались они вместе.

– Ты дала ей браслет, – обвиняющим тоном заявила Альвильда, подстегиваемая своим гневом.

– И существо внутри него в эти неспокойные времена защитит твою дочку Шэрон.

– Нет! – закричала Альвильда. – Нет, тысячу раз нет! Оно забрало ее глаза.

– Оно их не трогало.

– Кто же тогда? Какой демон? – потребовала объяснений Альвильда.

– Я не знаю, – призналась Инкери, но совсем другим голосом, голосом гиганта, который обитал в голове Альвильды, когда ожерелье было на ней. – Это неважно.

– Как ты можешь так говорить?

– Надень ожерелье, – приказал демон внутри Инкери, и в подкрепление приказа Инкери начала расти, руки и ноги стали огромными и сильными, волосы растрепались и приобрели оранжевый цвет, а лицо превратилось в морду орангутанга.

– А если не надену? – неуверенно пробормотала Альвильда.

Слова еще не успели затихнуть, как стоящий рядом монстр, уже не Инкери, а старший демон, известный как Барлгура, с устрашающей скоростью бросился вперед и схватил ее одной мощной рукой, словно детскую тряпичную куклу. Он поднял ожерелье над головой Альвильды, и женщина инстинктивно попыталась уклониться.

Барлгура сжал ее так, что перехватило дыхание, она упала на колени и сжалась в комок, стараясь превозмочь боль. Она чувствовала, что треснуло ребро. Она чувствовала, как сжалось ее сердце.

Ожерелье легло ей на шею, и Инкери – неожиданно она снова стала Инкери – отпустила ее.