Тень короля - Надежда Федотова

– Чего встала? – недовольно обернулся помощник капитана.

Девушка подняла на него горящий взгляд:

– Значит, я была права! Права, вы понимаете, Чарли?!

– Не понимаю. И понимать не хочу!.. Права она была… И держись уже, пока я тебя сам отседа не сбросил!.. До самых печенок допекла, убей меня бог!

– Да нет же, Чарли! – Она схватила сердитого пирата за рукав. – Вы совсем не понимаете!.. Брат Гэбриэл, который погиб, с этого самого уступа сорвался! Столько лет лазил трижды в неделю, а тут взял – и сорвался. А уступ-то дегтем вымазан!.. Значит… Чарли-и-и, ну погодите вы-ы-ы! Я же еще не закончила-а-а!

– Начинается. – С печатью мученика на лице Рваное Ухо сгреб в охапку отчаянно брыкающуюся девушку, закинул ее на плечо и, морщась от гневных воплей своей ерзающей ноши, начал спускаться вниз. – Мне вот любопытно – а сарай тут у них какой-нибудь есть, чтоб с засовом?.. Пихнем туда, и делов… Я не нанимался за дурными бабами по скалам весь день туды-сюды лазить!.. Да не вопи ты! Оглохну.

– Поставьте меня на землю! Что вы себе позволяете?!

– Не вопи, сказал. Поставить, как же… Чтоб ты вдругорядь к обрыву ломанулась? Вот уж нет, выкуси! И лежи спокойно, говорю, тропинка скользкая.

– Ну Чарли-и-и!..

– Цыц.

– Вы же правда ничего не понимаете! – в отчаянии воскликнула девушка. – И не знаете ничего, потому что только о еде и думаете с утра до вечера!.. А я… А мне… Я знаю, почему монахи ушли со Скеллига! И дело тут не в Божьем гневе, Чарли! Их отсюда просто-напросто выжили… А те пять братьев, что остались тут лежать навечно под каменными плитами, умерли вовсе не сами по себе!.. Их всех убили-и-и!

– Чего?.. – Пират приостановился, цыкнул зубом и покачала головой: – Вот же свезло-то кэпу… Да кто за эту сумасшедшую выкуп даст?! Муж небось тока порадуется, что мы его от «счастья» такого избавили.

– Чарли, я правду говорю! Я не придумываю!.. Поставьте же меня на ноги, ну пожалуйста…

– А не сбежишь? – с сомнением протянул он.

Нэрис быстро замотала головой:

– Нет-нет-нет! Честно! К тому же я и так уже нашла, что искала…

– Уф-ф. – Поколебавшись с минуту, Чарли все-таки опустил леди на землю и, мрачно покосившись на оставшийся позади уступ, буркнул: – Вот чего не сидится тебе, а?

– Да как же можно, Чарли? – широко раскрыла глаза девушка. – Как же мне усидеть, когда тут такие дела творятся? Ведь на святом острове божьих служителей одного за другим на тот свет отправляют, остальных в бегство повергают, а я – сиди?.. Разве можно так?

– Еще и не так можно, – скептически ухмыльнулся пират. Потом взглянул в глаза заложницы, полные искреннего негодования, и крякнул: – Да с чего ты взяла-то, что убили тут кого?.. Я слыхал, паломники болтали про мор среди монахов, ну так а что, случается же?.. Понаплела страшных сказок…

– Да нет же! – топнула ногой Нэрис и сунула под нос первому помощнику капитана свои черные ладошки. – Совсем вы меня не слушали! Вот, сами поглядите! Ну?!

– Деготь, – пожал плечами он. – И что с того-то?

– А то, что брат Гэбриэл нипочем бы просто так со скалы не сорвался. Ему в этом помогли. – Леди нахмурила бровки. – Так же, как другому монаху, что руку поранил, – мазь испорченную подсунули. И могу поклясться, что остальные братья, отдавшие богу душу, тоже не своей смертью умерли!.. Ах, знать бы подробности! А то ведь ничего у меня нет, кроме дегтя да мази этой… Хм.

Она на минуту задумалась, потом сосредоточенно засопела и, вытерев грязные руки о платье (все равно уж стирать придется!), бодро поскакала вниз по тропинке, к кельям. Чарли только руками всплеснул:

– Куды?!

– Я потом объясню-у-у… – донесся до озадаченного пирата удаляющийся голосок. Рваное Ухо покачал головой:

– Ну семь пятниц на неделе. Опять понеслась… А куда? Зачем?

Он философски вздохнул, пожал плечами и принялся спускаться следом. Черт с ней, пущай носится – главное, чтоб на скалы больше не лазала!.. Этак ведь точно с пустыми руками остаться можно… Чарли задумчиво обернулся на оставшийся позади опасный уступ. Чего она там про убийство болтала?.. Вот ведь дурная, право слово!

Но с другой стороны, деготь-то как есть был. Там, где ему вроде как делать нечего. И монах этот, Гэбриэл, натурально пару недель назад оттуда сорвался… «Что за дела тут творятся? – настороженно подумал первый помощник, морща лоб. – А еще святое место, называется… Скорей бы уж кэп на ноги встал! Задницей чую – не ко времени мы сюда залетели».

Нэрис поспешала к молебному дому – один из послушников любезно подсказал, что брат Августин должен быть сейчас там. «Это, конечно, невежливо, – думала девушка, – и некрасиво. Приставать к божьему человеку с такими-то расспросами!.. Но… Какое у него лицо было, когда я в самый первый день про мазь-то сказала!»

Все началось именно со злосчастного лекарства. Вернее, со странной реакции монаха на трупный запах последнего… Да, аромат был тот еще. Но любая мазь может испортиться! Зачем же так бледнеть-то сразу?.. Вопрос этот не шел из головы леди Мак-Лайон всю вторую ночь пребывания на острове. Поэтому, дождавшись утра, Нэрис спустилась вниз к паломникам – за платьем и заодно удовлетворила свое любопытство… Почему ушли монахи – никто так и не смог ей сказать. Вот просто собрались и ушли. Один брат Августин остался, и то слава богу.

Однако Скеллиг-Майкл был остров маленький, слухи по нему расползались очень быстро. И факт пяти скоропостижных смертей мимо общественности не прошел, тем более его особо и не скрывали. Брат Гэбриэл, к примеру, вообще у всех на глазах со скалы сорвался… Опять же послушники, напуганные и огорченные потерями, по вечерам делились тревогами с сочувствующими. Так что более или менее Нэрис ввели в курс дела. Другой вопрос, что тех самых подробностей, коих так жаждала неугомонная леди, сообщить ей никто не мог. Никто, кроме самих членов общины, которые ушли со Скеллига в неизвестном направлении…

Но один из них таки остался.

И сейчас, переминаясь с ноги на ногу у входа в молельню, Нэрис уповала только на то, что тишайший брат Августин пойдет ей навстречу. И расскажет хоть чуток поподробнее, что же стряслось на святом острове на самом деле.

«А если не расскажет? – с опаской думала девушка. – Если он и сам ничего знать не знает?.. Хотя… А мазь?! Не просто же так он в лице тогда переменился?.. Стало быть, какие-то подозрения брат имеет. И чего бы мне это ни стоило, но я их из него вытяну!» Леди Мак-Лайон окинула взглядом безмятежные каменные зубцы Скеллиг-Майкла. Она не знала, зачем ей самой это все нужно. Но просто так оставить все как есть… Никуда не соваться… «Любопытство не порок, – говаривал Ивар, – но платить за него иногда приходится дорого. Поэтому лучше сначала хорошенько подумать, стоит ли овчинка выделки?» Нэрис тяжело вздохнула. В ее случае пресловутая овчинка всегда выходила боком. Но… «Не могу я! – про себя нахохлилась девушка. – Не могу, и все! Мне надо знать!»