Цель оправдывает средства - Алексей Фомичев

– Где док?

– На месте.

– Инструмент при нем?

– При нем. Готов начать в любой момент.

– Отлично. Гарик, на тебе вся охрана.

– Ясно.

– Пока док будет возиться с этим пацаном, чтобы никто даже близко не подходил.

– Да.

– И на тебе возвращение его в город. Пройдет как надо – половина долга с тебя списана.

Гарик подавил вздох разочарования. Он рассчитывал списать весь долг. Но со старшим не поспоришь.

– Идите.

Кент покидал комнату последним. Шел за Гариком, глядя в его спину, и улыбался. Подстава вроде прошла. На Гарика все шишки, а Кент в плюсе. Еще немного – и бригадира можно будет столкнуть с места. После чего вся банда, считай, в его руках. Это один из этапов плана. Затем настанет очередь следующего.

* * *

– А какой джип?

– Хотел импортный: «ландкрузер», «форд». Но может, и наш «белиз» возьму. Проходимость у него супер, хотя внешний вид подкачал.

– Хороший тебе подарок родители сделали.

– Это не совсем подарок. Я подготовил для отца аналитическую записку по одному предприятию, с которым работает его организация. Руководство оценило это в двадцать тысяч рублей. И через отца передало предложение – по мере необходимости исполнять роль приглашенного эксперта. Остальную сумму подарили родители.

– Круто! Считай, работа после института у тебя в кармане.

– А у тебя нет?

– Есть один вариант. Только там таких бабок не платят. Слушай, надо бы твою покупку обмыть, а?

– Конечно. На ближайшем пикнике.

– Заметано…

Утром позвонила Татьяна. Решилась наконец. Но разговора не вышло. Поняв, что он не склонен просить прощения и вообще не спешит увидеть ее, она высказала все, что о нем думает, и бросила трубку.

Илья с минуту сидел возле телефона, прокручивая разговор в памяти, потом покачал головой и вслух сказал:

– Нет так нет. Сама захотела. Забыли!..

Выбросив из головы прежнюю подружку, он быстро собрался и поехал в институт. Сегодня много дел. Надо попробовать сдать еще один зачет. После заехать в автосалон, присмотреть машину. И закончить все дела к шести. Вечером они с Маринкой идут на концерт новомодной группы «Мистерия». Маринка их обожает…

Бобер, Хват и Шумахер приехали на место заранее. Прошлись по аллее, проверили, действительно ли выход к дороге не виден со стороны. Потом распределили роли и нашли место для машины.

Ради такого дела они переоделись. Кожу и банданы сняли, натянули брюки, футболки и кроссовки. На головах – кепки с длинными козырьками.

Хват, старший в группе, проверил электрошокер, глянул на часы и скомандовал:

– По местам. Минут через десять он должен появиться. Его тачка еще в ремонте, значит, придет пешком.

– Лишь бы никого больше не было, – заметил Бобер. – А то еще валить придется…

– Никого валить не надо. Заруби это на своем носу. Только этого Илью. Шумахер, ты ключи от машины куда дел?

– В кармане.

– Не потеряй, как в тот раз.

Хват хмыкнул, вспоминая забавный эпизод. Шумахер нахмурился, зло посмотрел на приятеля:

– Нечего зубы скалить!

Кличку он получил за виртуозное, почти сказочное умение водить машины. На спор на скорости в сто пятьдесят проходил все дороги и повороты в городе. Правда, вечером, когда машин меньше. Его не мог догнать ни один полицейский. А еще он умел водить машину без рук, удерживая руль и переключая скорости ногами. И так пару часов подряд. А мотоциклы Шумахер не очень жаловал, считая их слишком легкими.

– Все, – опять глянул на часы Хват. – По местам. И без шума!..

Они заняли позиции в кустарнике и за деревьями, внимательно глядя на дорогу. Через пять минут на противоположном конце аллеи показалась одинокая фигура…

Маус сидел за вентиляционной трубой на крыше двенадцатиэтажного дома, стоявшего метрах в двухстах от аллеи, и наблюдал за происходящим в тридцатикратный бинокль, полученный от Спицы. В хорошую оптику были отлично видны лица байкеров и даже капли пота на бритых затылках.

Он первым заметил Реброва, топавшего к засаде, и едва удержался от желания позвонить по мобильнику и предупредить Хвата. Но потом вспомнил, что Спица категорически запретил светить свое присутствие, и опять поднес бинокль к глазам. Сейчас будет самое интересное.

От пеших прогулок по городу он отвык и сейчас с удовольствием шел по улице, глядя по сторонам и щуря глаза от яркого солнца. Оказывается, это так здорово – спокойно пройтись на своих двоих, попивая холодную минералку и глядя на встречных девчонок. А то все на лету да на лету!..

До встречи с Мариной еще час. Есть время легко перекусить, принять ванну и переодеться. Но сперва за цветами. Подружка обожает бархатные розы, а ими торгуют только на рынке. Что делать – женская прихоть!

Перейдя дорогу, Илья свернул к аллее и чуть прибавил шаг. До дома оставалось идти минут двенадцать…

Когда человек подошел ближе, Хват внимательно рассмотрел его лицо. И сравнил с фотокарточкой. Фото было чуть смазанным и не очень четким – делали впопыхах. Но все же можно понять, что тип на дороге и есть тот самый Илья Ребров. Да и другие приметы совпадают. Высокий, спортивного сложения. Только вот стрижка иная. Но это мелочи – наверное, подстригся. И фигура слишком плотная. Впрочем, все дело в просторной одежде.

Подождав, пока тот подойдет ближе, Хват достал шокер и приготовился. Как только Ребров миновал скамейку, Хват крикнул и вылетел из засады. Тут же на дорогу выскочили остальные.

«Наркоту тырить, сука! – привычно заводил себя перед сшибкой Хват. – Лох поганый!..»

«Лох поганый» явно не ожидал внезапного нападения. Бросил взгляд по сторонам и замер на месте.

Хват краем сознания отметил странное поведение Реброва. Тот не убегал, не кричал и вообще стоял словно окаменевший. Может, впал в ступор от страха? Отбросив лишние мысли, Хват подскочил вплотную и занес руку для удара.

Кулак почему-то просвистел мимо, не встретив податливой мякоти живота. А потом что-то тяжелое и твердое ударило по шее. Черная туча враз накрыла Хвата и швырнула его в омут беспамятства…

«Что это?..» – мелькнула и пропала последняя мысль…

Первая высадка была неудачной. «Контур» перенес нас в какое-то странное место, больше напоминавшее парк юрского периода. Гигантские папоротники, укрытая мхом и травами земля. Незнакомые растения, яркие цветы, застывшие потеки смолы на тонких стебельках. И всюду назойливый запах гниения.

Харким даже не успел развернуть аппаратуру, когда почти над нашими головами где-то на полутора километрах проскочил черный силуэт самолета.