Козырные тузы - Пэт Кэдиган

— Вот видишь, я не смог этого сделать, — прошептал он и изумился тому, что глаза вдруг защипало. — Я знаю, ты предпочел бы, чтобы я убил тебя, но я не смог. И несмотря на все, чему нас учили, смерть не лучше бесчестья.

Том стоял, сжимая кулаки, и упивался волнами возбуждения и радости, прокатывавшимися по всему его телу. Он смог! Да, он приложил такое усилие, которым можно было бы сдвинуть с места бульдозер, а шпага Забба отклонилась всего на волосок. Но этого оказалось достаточно! Тахион остался в живых — по сути, победил, — и все благодаря Тому. Черепаха небрежно повернулся к инопланетному прибору. Черный шар просвистел по воздуху и с восхитительным шлепком приземлился прямо ему в руки.

— Эй, Тахи, нам пора! — крикнул он, и его круглые щеки вспыхнули от волнения.

Тахион осторожно уложил Забба на пол и подскочил к своим друзьям. Ни один из его родственников не шелохнулся.

Том с неуклюжим полупоклоном передал ему прибор. Тахион благодарно склонил голову.

— Молодчина, Черепаха. Я знал, что у тебя все получится.

Он взглянул на Бенаф'сай, отвесил ей изящный поклон, подмигнул и приказал шару перенести их домой.

* * *

Они словно очутились в сердце вихря пустоты. Их окружали леденящий холод и кромешная тьма, а Тахиону, который усилием мысли удерживал всех четверых в сфере действия сингулярного переместителя, казалось, что его сознание рвется на части.

«Во имя предков, — взмолился он. — Пусть мы хотя бы приземлимся на сушу».

* * *

Тахион лежал на земле, черный шар выкатился из его бесчувственных пальцев. Глюкс сидел на корточках в канаве, держась за голову, и только повторял:

— Ух ты!

Тома несколько раз вырвало: его возмущенный желудок пытался определить, где во времени и пространстве он теперь обитает. Вокруг творилось нечто невообразимое: люди кричали, окна с треском распахивались, машины гудели и останавливались, а их пассажиры высовывались из окошек и глазели на сцену у обочины. Том протер ладонями глаза, взглянул на Тахиона и быстро опустился рядом с ним на колени. Кровь медленными толчками вытекала из длинной раны на руке такисианина, сочилась из ноздрей, а лицо его было пугающе бледным. Дыхание еле трепетало, и Том прижался ухом к его груди. Сердце билось слабо и неравномерно.

— Эй, дружище, он оклемается? — пробормотал Глюкс.

— Не знаю. — Том вскинул глаза и обвел взглядом кольцо черных лиц. — Кто-нибудь, вызовите врача.

— Вот черт, да они просто выскочили из ниоткуда.

— Телепортировались. Думаете, они тузы или кто?

— Врача, зовите врача! — рявкнул какой-то полный мужчина.

Аста медленно отделилась от круга зевак и принялась незаметно оглядываться в поисках черного шара. Его разглядывала пара ребятишек, и она подошла к ним.

— Отдайте его мне. Даю каждому по пять долларов.

— Пять долларов! Обалдеть! Это же просто шар для боулинга, да еще и без дырок. Зачем он вам?

— Секрет, — сказала она шутливо и вытащила из сумки бумажник. Обмен был быстро произведен, и она спрятала инопланетный прибор.

Вой сирен возвестил о приезде полиции и «скорой помощи». Тахиона загрузили в машину, и Том полез следом за ним.

— Эй, а где та штуковина?

Аста раскрыла рот, захлопала ресницами и снова закрыла рот.

— Хм, не знаю. — Она огляделась вокруг, как будто ждала, что шар вот-вот появится в воздухе. — Наверное, кто-нибудь из толпы подобрал.

— Эй, приятель, ты хочешь, чтобы твоего друга отвезли в больницу или нет? — прикрикнул один из медиков.

— Ладно… поищи его, — велел Том и запрыгнул в машину.

Аста с выражением преувеличенной любезности помахала вслед уезжающей «скорой».

— О, непременно.

Кин будет очень доволен.

Покачивая бедрами, она двинулась по улице в поисках ближайшей станции метро.

* * *

Замок со скрежетом открылся, и Тахион толкнул маленькую боковую дверцу, ведущую в здание склада. Глюкс и Черепаха вошли следом за ним в гулкую тьму, и Глюкс пробормотал что-то невнятное при виде корабля, стоящего в центре огромного пустого здания. Янтарные и бледно-лиловые огоньки в остриях выступов слабо помаргивали в темноте; со всех сторон к кораблю тянулись спиральные завихрения пыли: он бесшумно собирал крошечные частицы и перерабатывал их в топливо. Он пел одну из множества героических баллад, которые составляли столь большую часть корабельной культуры, но с появлением Таха песня оборвалась. Музыка, разумеется, была неслышной для людей.

«Малютка», — телепатически обратился он к кораблю.

«Мой повелитель. Мы улетаем?» — спросил тот с трогательной надеждой.

«Нет, не сегодня. Открой, пожалуйста».

«С тобой люди. Они тоже могут войти?»

«Да. Это Капитан Глюкс, а это Черепаха. Они мне как братья. Почитай их».

«Да, Тисианн. Я хотел бы узнать ваши имена».

«Они тебя не слышат. Как и большинство их сородичей, они лишены ментальной силы».

«Печально».

Но Тахиона, который уже вел друзей в свой личный салон, терзала сейчас боль другой печали. Воспоминания — неужели он до сих пор помнил все с такой ясностью? — о том дне, когда отец привел его выбрать себе корабль.

Он устроился среди подушек ложа и приказал:

«Поиск и контакт».

«Там будут другие лорды?»

«Да».

«И один мой сородич?» — спросил «Малютка» с той же трогательной надеждой.

«Да».

Секунды тянулись, как минуты, Тахион уютно расположился на своем ложе, Глюкс, словно заполошная несушка, пристроился на диванчике, а Том нервно покачивался на носках ног.

Стена замерцала, появилось лицо Бенаф'сай. Корабль усилил его телепатические способности, и связь была установлена.

«Тисианн».

«Кибр, ты ждала моего зова?»

«Ну разумеется. Я же знаю тебя…»

«С пеленок. Я помню».

«Ты удивил меня, Тисианн. Мне кажется, пребывание на Земле сказалось на тебе благотворно».

«Оно многому меня научило, — поправил он сухо. — Как хорошему, так и дурному. — Tax замолчал, поиграл пышным кружевным жабо под подбородком. — Ну что, мы по-прежнему будем на ножах?»

«Нет, дитя. Можешь оставаться среди своих неотесанных землян. Поражение Забба положило всему конец. Он больше не может надеяться обрести власть. Ты должен был убить его. — Тахион лишь покачал головой. Бенаф'сай хмуро оглядела собственные руки, поправила кольца. — Значит, мы расстаемся. Жаль, что у нас не осталось ни одного образца, но эксперимент увенчался несомненным успехом, и Бейконур будет рад получить наши данные. Этот успех станет спасением для нашей семьи».