Vi Sørger - Despaired

— Я дал клятву, эльф. И не одну. Мои гейсы не дают мне умереть, но смерть мне будет лишь милосердием.

Я посмотрел в его глаза, которые он не отводил от меня. Когда-то в этих глазах горел огонь, и даже сейчас было видно, как в них что-то тлеет, но… куда больше там было старого праха и тлена.

— И что ты хочешь, норманн?

— Я должен отомстить последнему, из-за кого погиб мой ярл. Я должен лично схлестнуться с ним в бою и умереть, забрав его с собой.

— И ты даже не планируешь выжить? — с необычной для него иронией спросил Талфель.

— Я проводил в последний путь пятерых сыновей, трёх внуков и невестку. Я чуть не потерял свою последнюю внучку, и её спасителем были вы, длинноухие. Из-за этого я с вами вообще говорил.

— Не будет ли безответственно оставить эту-самую внучку одну? — в этот момент мне хотелось одёрнуть Талфеля, но я не успел.

— Я нашёл ей наставницу, которая дала клятву обучить её так, как я не смогу никогда. Но я должен свершить то, что было обещано мной ранее.

— И после того, как ты отомстишь, ты… — сатир не успел договорить.

— У меня только один исход. Иного не дано, да и я искать его не буду.

— Раз так, то, считай, у тебя остался последний шанс, — мне оставалось лишь слегка пожать плечами. — Этому змею осталось жить едва ли несколько дней.

— Что, он болен? — дёрнулся норманн. — Нет чести добивать такого…

— Абсолютно здоров, думается мне. Мост недавно сломать ему ничего не помешало.

— Ты…

— Я. Этот змей — угроза для моих людей, и я от неё избавлюсь. Но я уважаю данные клятвы, и вас, северян, я могу понять. Я не буду уговаривать или просить. Я лишь один раз предложу — помоги мне, и я помогу тебе исполнить твою клятву.

Полыхнувший взгляд Талфеля заставил меня покачать головой и показать глазами в сторону, мол, не сейчас. Удовлетворения в его прищуре не было, но он промолчал.

— И какую же помощь ты хочешь? — медленно произнёс Бенгт.

— Время уже стало неспокойным, норманн, — я слегка потёр подбородок левой рукой, акцентируя внимание на перстне лорда. — И ты сам понимаешь, что ничто в этом мире не вечно. Всё движется вперёд.

— Говори уже прямо, у меня уши вянут от твоего локийского говора, — несмотря не недовольный голос и сморщившееся лицо викинга, отношение не уменьшилось. — Коротко и прямо.

— Раз так… Талфель, сколько вас, морских, осталось? — от этого вопроса на его лице появилась сначала непонимающая мина.

— При всём уважении, лорд, но… — я поднял руку, прерывая его.

— Мне это, в целом, и не важно. Ты сам это знаешь и оценишь. Сколько здесь живёт викингов я увидел, если, конечно, здесь нет их других поселений, в чём я сомневаюсь. Мы же находимся на островах, — на последнем слове я выделил особый акцент. — Мой народ отнюдь не лучшие мореплаватели, а мне нужен флот. И я его получу, так или иначе.

— Так ты хочешь, чтобы я…

— Поспособствовал в принятии нынешним ярлом правильного решения, — переведя взгляд на Талфеля я добавил. — И к тебе, Талфель, это относится также. Но уже по отношению к твоему народу.

— Длинноухий, ты… — руки викинга сжались на колуне, а на лице заиграли желваки. — Ты предлагаешь мне предать свой народ? Чтобы они легли под тебя?

— Предать? — мои брови взлетели вверх. — Если объединение или союз для тебя предательство…

— Как будто вы, неумирающие, удовлетворитесь таким!

— Уж я свои аппетиты прекрасно знаю, Бенгт. И в них входят все острова здесь, и за пределами этой области, на один или два перехода в каждую из сторон, — на мой ответ он даже удивлённо наклонил голову. — И в моих планах есть место как для вас, викингов, так и для морских эльфов. И я не хочу терять ни одного союзника, ни другого.

— Как будто вы, длинноухие, сдержите слово. Клятвы вам… — уловив взгляд Талфеля он прервался, а вот я решил копнуть чуть глубже.

— А что, много клятв встречать пришлось? Иль эльфов иных видал?

— На мне клятв как на блохастой псине, но каждую я принял по своей воле и не откажусь ни от одной из них. А ваш род видал, давно. Чернее тебя, а волосами белее. С пауками. Далеко на юго-востоке… и уж им честное слово не знакомо.

— Ну, с нами он договорился полюбовно, — отметил Зенон разницу между мной и другими тёмными эльфами. — Да и с полурослями-соседями тоже честно сыграл.

Повисла пауза, во время которой чувствовалось повисшее в воздухе напряжение. Тальфель же молчал, задумчиво наклонив голову. Борьба внутри него была видна невооружённым взглядом, как и его попытки оценить все «за» и «против», пока он наконец не проговорил.

— Нас осталось мало, лорд. Я помогу тебе поговорить с нашим легатом. Меня, одному из… — он на секунду замолчал, но не озвучил свой ранг. — Он выслушает.

На слова Талфеля я кивнул, сделав зацепку на слове «легат», после чего повернулся к викингу.

— Можешь не соглашаться. Продолжай жить, в конце концов это не худший исход, верно? — я пожал плечами, как бы невзначай. — В конце концов, тихая жизнь или смерть в лучах славы… это выбор каждого. Станешь одним из самых старых викингов что жили и, быть может, дождёшься… ах, да. В Вальгаллу попадают только те, кто падут в бою. А ты… — сквозь прищур я вновь окинул его тело взглядом. — Сколько боёв осталось тебе, Бенгт? Два, три?

— Последний… — буквально прорычал он, а мышцы на его теле вновь заходили ходуном. — Я смогу вступить лишь в один, в мой последний, самый достойный бой. Иначе Хельхейм станет лучшим пристанищем.

Он опустил взгляд, выравнивая дыхание, а я покачал головой. В его словах не ощущался страх, но, если он называет Хельхейм лучшим пристанищем… пожалуй, я лучше не буду представлять, что его ждёт в случае неисполнения клятвы.

— А клятв на тебе полно. Сколько из них будут нарушены, если ты потратишь свой последний бой на иное? Хотя, не удивлюсь, если была