Внешний враг - Владимир Перемолотов

— Этот-то нас как отыскал?

Он не услышал ответа и добавил:

— Вы тут дня три назад умом мерились. Ну, кто самый умный оказался? Кто мне это объяснит?

Ни Исин, ни Гаврила не стали гадать, понимая, что Муря сейчас спуститься и сам все расскажет. Ковер близился, а Избор молчал, прибитый мыслью, что талисман у него в ковчежце — новая подделка.

Муря увидел богатырей и узнав их кругами начал спускаться вниз, крича и размахивая руками, что бы его ненароком ни с кем не перепутали. С довольной улыбкой он подошел к ним и тут же натолкнулся на мрачное лицо воеводы.

— Как нашел? Колдовством? — первым делом спросил воевода.

— Головой! — сказал старик. — Головой нашел. Колдовством не получается — вы же знаете!

Избор облегченно вздохнул.

— Я прикинул, — продолжил старик, — что после того, что вы в Труповце сделали, вы вообще страх потеряете и по наглому прямо по дороге попретесь. Ну и угадал.

— Интересно, ты один такой умный?

— Один, один… — успокоил Муря хазарина, потирая руки. — Хоть и не только я о вас думаю, да другим сейчас не до вас…

«Нашел один — найдут и другие», — подумал Избор и спросил:

— В городе-то что?

— Зубовный скрежет.

— Злые? — с удовольствием спросил Масленников.

— Не то слово.

Исин поднял коня на дыбы и повернул на не пройденную еще дорогу. Вслух он скал то, о чем Избор только подумал.

— Один нашел — и другие смогут. Нечего тут торчать. Поехали.

Муря сказал главное — остроголовым сейчас не до них — и Гаврила перестал обращать на колдуна внимание.

— Куда теперь? — спросил Муря.

— В Киев.

— Я с вами, — как о чем-то само собой разумеющимся сказал колдун. Гаврила в раздумье прищурил глаз, прикидывая будет ли от всего этого польза.

— Ну, если не боишься…

— В такой-то компании? — немного подобострастно хихикнул Муря.

— Да в такой!

Гаврила улыбался, но глаза оставались серьезными.

— На нашей стороне жарко. Встанешь рядом — шкуру могут подпалить.

— Ничего — самоуверенно ответил колдун — Я о своей шкуре позабочусь, да и за вашими присмотрю. Пока «Паучья лапка» у нас, мы сильнее всех!

— Ты думаешь?

Избор вспомнил, как жизнь мордовала их последнее время, не делая никаких скидок на то, что талисман все же находился у него за пазухой.

— А то как же! Просто враги полезут — я их своей волшбой сокрушу, а если посильнее меня маг на нас напорется, то вы его талисманом расплющите!

Богатыри переглянулись и ничего не сказали.

То, что говори Муря было правдой, но они знали, сколько надежд на лучшее было уже похоронено за эти дни.

— Ладно, — сказал Исин. — Лишнее плечо не помешает.

Он оглянулся, ища Иосифа. Не мог этот мальчишка не смотреть за ними хоть одним глазом, на то, что тут должно произойти.

— Иосиф! Иосиф!

Тишина молчала.

— Где этот мальчишка?

Три коня и ковер на небольшом отдалении от них в минуту добрались до поворота, за которым скрылся Иосиф. Следы показали, что мальчишка там не остановился — отпечатки копыт вели по дороге дальше и дальше.

— Плохо тому, у кого шило в заднице, — сказал Избор, но непонятно было, ругает он мальчишку или просто удивляется. — Сказано ведь было…

— Да ладно тебе. Мальчишка ведь.

Гаврила крутил головой, отыскивая маленького всадника.

— Ищи вот его теперь.

Задрав голову воевода прокричал колдуну:

— Мальчишку нашего не видно? Пропал куда-то…

Муря, крутившийся чуть в отдалении, поднялся повыше, и беззвучно скользнул над дорогой. Не пролетев и полупоприща ковер снизился, покрутился на одном месте и полетел назад.

— Нашел?

— Там телеги какие-то, — озабоченно сказал Муря свесившись вниз. — Много.

— Люди?

— Людей нет. Только телеги.

— Наверное попрятались…

Он оглядел Мурю. По этим местам наверное не так часто летывали колдуны на коврах-самолетах. Так что попрятаться люди могли бы и от него.

— Может от тебя и попрятались, — предположил сотник.

Посмотрев на далекие кусты, посоветовал.

— Слезь. Не пугай людей. Мы там кого нужно и сами напугаем.

— Ага. Вы верхом, а я что, бегом за вами что ли? — обиделся старик.

— Зачем бегом? Позади меня сядь. Доскачем как-нибудь…

Удары копыт по земле нанизывались один на другой, словно бусины на нитку и до Муриных телег они добрались в несколько минут.

Их там оказалось много. Спешившись богатыри пошли, касаясь телег руками, и заглядывая в мешки, что еще оставались наваленными на них. В телегах лежали не богатства Востока, а обычный сельский скарб — зерно, горшки с маслом, яйца и уже зачервивевшая баранья туша.

— Разбойники? — спросил Муря, оглядываясь по сторонам. — Лошадей-то кто-то увел…

— Вряд ли, — отозвался Исин. — Разбойники в первую очередь мешки бы растащили, да и телеги тоже денег стоят…

Гаврила, что шел последним шагнул за кусты и свистнул. Избор обернулся. Брезгливо отстраняя от себя богатырь держал чью-то отрубленную кисть.

Никто не успел ничего ни сказать ни даже выругаться, как из кустов начали вылезать люди. Они лезли без крика, обстоятельно, явно не желая никого пугать, а как-то по-деловому и по этой обстоятельности видно было, что вылезают они отсюда не первый раз. Муря отскочил назад, поднял руки, собираясь повоевать сразу за всех, но Избор остановил его.

— Погоди. Этих нам оставь. Их еще расспросить надо…

Окинув взглядом тех, что вылезли прямо перед ним Масленников понял, что перед ним не лесной сброд, а чьи-то дружинники. Высмотрев того, у кого плечи были пошире Гаврила спросил.

— Вы ведь не разбойники, добрые люди? Ну, только честно…

— А тебе какое дело? — спокойно поинтересовался кто-то из них.

Гаврила достал меч.

— Ну, все-таки… Не люблю разбойников почему-то. Мне как только разбойник попадается, так я его сразу на четыре части рву.

Он усмехнулся и пустил стальной зайчик в глаза самого здорового, словно послал вызов. Тот моргнул, но вызов не принял, засмеялся.

— Не разбойники мы… У нас служба…

Гаврила взмахнул мечом и весело откликнулся на это:

— Ну это другое дело. Таких я только на две части режу. Все легче.