Правосудие Девлина - Патриция Брей

Он не забыл, что Магахаран был одним из свидетелей предательства короля.

– Если желаете, я прикажу слугам принести вина. Несколько бутылок из моего собственного запаса все еще здесь, и я могу предложить их вам. Мне известно, что ваш народ уделяет большое внимание гостеприимству.

Значит, граф посвятил немало времени изучению традиций Кейрфолька. Должно быть, изучив историю, он составил себе представление и о силе, которую мог высвободить Девлин.

– Я не принимаю дары от врагов, – ответил Избранный.

Граф Магахаран откинулся в своем кресле в расслабленной позе человека, у которого нет никаких серьезных проблем.

– А разве мы враги? На востоке – крестьянское восстание или по крайней мере ходят такие слухи, а наши страны остаются союзниками. Ваш мудрый король и моя великодушная королева поклялись в вечной дружбе.

– Олафур мертв. Погиб от собственной руки прошлой ночью.

Посол резко дернул головой от удивления, услышав эту новость. Возможно, его поразило грубоватое заявление Девлина. Вне сомнения, какой-нибудь королевский советник потратил бы более четверти часа, чтобы преподнести подобную деликатную новость.

Однако Избранный – не придворный, и следовало напомнить Магахарану об этом факте.

– Час назад леди Ингелет разослала заявления о смерти короля и объявила, что меня выбрали регентом принцессы Рагенильды, – продолжил Девлин. – И мое первое решение на посту регента – разорвать союз с Сельваратом.

– Конечно, я бы хотел обсудить некоторые изменения в условиях существования протектората, – заявил Магахаран, поглаживая узкий подбородок пальцами правой руки. – При условии, конечно, что императрица согласится.

Дерзкий ход. Можно подумать, Сельварат обладал силой, с которой нужно считаться. Олафур мог поддаться подобному обману, однако Девлина не проведешь пустыми уловками.

– Никаких переговоров не будет. Протектората больше нет.

– От нас не так-то просто избавиться. Наши войска…

– Ваши войска повержены. Наемники Арнауда дезертировали, когда стало ясно, что обещания их господина не будут выполнены. А что касается армии, то тела ваших солдат разбросаны по всем восточным провинциям. Немногочисленные выжившие вояки ретировались в свои крепости, где теперь зализывают раны и надеются, что зима закончится раньше, чем они умрут от голода.

– Вы лжете!

Лицо графа покраснело от гнева, опытный дипломат все же потерял контроль над собой.

– У меня нет причин лгать, – возразил Избранный. – Ваша армия в Мирке уничтожена, а выжившие отступили на север и нашли укрытие в укреплениях на берегу Эскера. А силам на севере пришлось отойти к порту Треллеборга. Менее трети воинов, ступивших на землю Джорска, остались в живых на сегодняшний день, но большая часть не переживет зиму.

Граф Магахаран пристально всматривался в лицо Девлина, как будто пытаясь оценить правдивость его слов. У него должны были появиться подозрения, что война идет не так гладко, поскольку новости о восстании и победах Избранного все-таки просачивались в Кингсхольм уже в течение нескольких недель. Но оказалось, посол не понимал полного масштаба потерь Сельварата.

С самого начала угрозы Сельварата были простым блефом. Они поставили на карту все, отсылая при возможности каждого солдата, которого могли освободить от кровопролитных боев, для участия в плане принца Арнауда, и зашли так далеко, что обратились к наемникам для пополнения рядов своих войск. Вряд ли они найдут достаточно воинов, чтобы начать серьезную кампанию против врага, который готов защищать свои границы.

– И чего же вы хотите от меня? – спросил Магахаран.

– Завтра вас сопроводят к реке и на лодке отправят в порт Безек. Там вас будет ждать корабль, на котором вы поплывете в Сельварат и передадите мои личные сообщения императрице Тании.

Стояла поздняя осень, однако последний переезд еще можно совершить до наступления зимы, прежде чем Залив штормов решит продемонстрировать, что заслуживает свое название.

– К лету я жду от вас выполнения двух требований. Во-первых, леди Гемма из рода Эскеров и ее дочь Мадрин должны в целости и сохранности вернуться домой. Я буду ждать вестей об их прибытии с первым весенним кораблем.

– Это можно будет устроить.

Дальнейшие действия будут зависеть от того, как с ними обращались во время заключения. Мать и сестру Стивена сельваратцы удерживают в заложниках вот уже более года, к тому же Мадрин выдали замуж за одного из местных дворян. И если ее действительно силой заставили заключить брачный союз, лорд Бринйольф может требовать наказания, и Девлин не видел никаких причин отказывать ему в этом.

– Также вы можете послать корабли в Треллеборг и в залив Санрайз в Эскере, чтобы забрать своих солдат. Мы тщательно проследим за этим. Если вы попытаетесь обмануть нас или высадить войска, мои воины полностью уничтожат захватчиков, и я подниму армию, чтобы завоевать Сельварат. Скажите Тании: если она хочет войны, то я без колебаний удовлетворю ее желание.

– Дерзкие слова представителя страны, которая несколько месяцев назад умоляла нас о помощи. Вы никогда не победите нас, – заявил Магахаран.

– Не стоит угрожать мне, – наклонился к графу Девлин и протянул к нему руку. – Принц Арнауд уже совершил подобную ошибку. Он посчитал меня слабым и беспомощным, заковав в цепи. Он думал, что сможет контролировать меня. Однако последнее, что он видел, – свое сердце, бьющееся у меня в кулаке.

На какой-то момент Избранный вспомнил, с какими ощущениями он держал в руке сердце принца. Теплая кровь капала на пол, когда он сжимал подрагивающую плоть. Магахаран зачарованно смотрел на руку Девлина, тяжело сглотнув, когда тот стиснул кулак.

– Вы сумасшедший, – пролепетал граф.

Не все так просто. Девлин – не сумасшедший, хотя пытки принца Арнауда довели его до крайности. Точнее было бы сказать, что он – совокупность всего опыта. Каждый поступок, который Девлин совершал, привел его туда, где он сейчас. Смерть его семьи от котравов. Скитания, которые привели его к посту Избранного. Новая цель в жизни – защита тех, кому неоткуда ждать помощи.

Самое главное – предательство со стороны короля Олафура. Если бы король приветствовал возвращение Избранного, он провел бы последние месяцы в Кингсхольме, оставаясь пленником желаний монарха, удерживаемый Заклятием Уз. Никакого восстания и освобождения для тех, чьи земли предназначались сельваратским поселенцам. Вместо этого Олафур невольно отдал его в руки чародея, одного из немногих, способных разрушить Заклятие Уз. Девлин вышел из сурового испытания со свежими шрамами, но и с душой, которую он теперь по праву мог назвать своей.

– Я тот, кем должен был стать, – наконец промолвил Избранный. – Человек, верный друзьям, и самый безжалостный враг, с которым вам когда-либо доводилось встречаться. Поезжайте и передайте императрице, что ей не стоит становиться моим противником. У нее есть шанс заключить мир.