Камбер - еретик - Кэтрин Куртц

Кроме того, присутствовала сила, неопасная, но реальная. Тавис чувствовал ее остатки в пепле, незначительные, но неоспоримые. Любой, кто обладал внутренним зрением, не мог не заметить этого. Но у Джавана не было зрения. Как ему удалось заметить? И эти лилипуты?

– Джаван, почему ты думаешь, что это нечто большее, чем просто костер пастуха? – наконец спросил Целитель, поднимая глаза на мальчика.

Джаван покачал головой.

– Это не костер пастуха. На прошлой неделе был день осеннего равноденствия. Тогда простые люди зажигают огни, а они.., они танцуют вокруг костров. Я читал про это. Почему они так делают, Тавис?

– Ну, это связано с очень древними повериями, – начал Тавис, удивляясь, как мальчик смог откопать такие сведения в библиотеках Валорета или Ремута, не отличавшихся ни величиной собрания, ни полнотой. – Это должно улучшать здоровье людей и скота. Говорят, что иногда селяне прыгают через огонь и заставляют делать то же самое своих коров и овец.

– Говорят… Это должно… Они так делают или нет? – требовал Джаван.

– Я действительно ничего не знаю про животных, – ответил Тавис, склоняя голову. – Это очень древние обычаи. Насколько известно, теперь они распространены только среди крестьян. Я помню кое-что о значении танцев, что-то связанное с выращиванием… А почему ты спрашиваешь, Джаван? Почему это так важно?

Джаван пожал плечами.

– Не знаю. Просто это место какое-то странное. Волшебное, что ли.

– Волшебное? – Тавис улыбнулся и потрепал подбородок мальчика. – И как вы об этом узнали, мой маленький принц-человечек? Кто забивает тебе голову сказками о волшебстве?

– Это не смешно, Тавис, – обиделся Джаван. – Я что-то почувствовал. И теперь чувствую. После стольких раз, что я помогал тебе, я подумал, что и ты это понял!

Разгневанный Джаван развернулся на каблуках и захромал вниз с холма, раздраженно хлопая охотничьей рукавицей по бедру. Растерянный Тавис наблюдал за ним, не зная, что и думать, затем пошел следом. К месту бивака они подошли вместе, и для стражи и слуг мальчик изобразил на лице радость, но Тавис чувствовал – под маской все еще бушуют страсти.

Охотники привели одежду в порядок, очистив от пыли, плотно поели и устроились на послеобеденный отдых. Стражники расположились поближе к лошадям, скучающий Рис Майкл развалился под деревом, а слуги бродили вдоль ручья.

Джаван выбрал место так, чтобы его разговоры не долетали до ушей остальных. Чуть в сторонке он, прислонившись к валуну, кидал в ручей камешки. Посмотрев, где остальные, Тавис не спеша подошел к Джавану, опустился на колени и следил за кругами на воде.

– Мне очень жаль, я легкомысленно отнесся к твоему вопросу, – тихо сказал он, – и отвечал, не подумав. Ты же знаешь, я готов отдать за тебя жизнь.

– Жизнь, да. Но ты больше не доверяешь мне.

– Я… Что?

– Я помог тебе в ночь нападения или нет? – прежним тоном спросил Джаван, но теперь в его голосе слышалось больше силы. – Я помог тебе вспомнить, что случилось в ночь смерти моего отца, или нет? Ты обещал мне помочь вспомнить или нет?

– Джаван, ты же знаешь, я пы…

– Не нужны мне эти отговорки взрослых! Несколько недель я вел себя спокойно. Я сдержал свое обещание, не приставал к тебе. Что хорошего из этого вышло? Тавис, я должен знать. Что случилось со мной в ту ночь, когда умер мой отец?

Подавляя дрожь, Тавис исподтишка огляделся вокруг. Робэр был немного музыкантом, он достал свою лютню и теперь тихо наигрывал. Корунд дремал, Джейсон и Эйдиярд играли в кости. Слуги Дорн и Томэйс ушли вверх по ручью, иногда ветер доносил обрывки разговора. На другом конце поляны лежал Рис Майкл и наблюдал, как у горизонта облака выстраиваются в подвижные фигуры. Следовало говорить потише, чтобы младший Халдейн ничего не услышал.

– Прости, Джаван, – зашептал Тавис. – Ты же знаешь, я работаю над этим. По-моему, осталось совсем немного. Я думал, ты понимаешь. Пока я не уверен, что нашел именно те компоненты, которые использовал Рис. Не хочу рисковать твоей безопасностью больше одного раза.

– Что тебя может убедить? – высокомерно спросил Джаван. – Понимаешь, я не могу ждать вечность.

– Знаю, – прошептал Тавис, склонив голову. – Я собирался поговорить с тобой об этом позже. Я полагаю, что придется снова возвратить тебя в тот вечер и снова прочитать твои воспоминания о запахе и вкусе. Я должен быть уверен, что все совпадает с моим рецептом. Возможно, нам удастся проделать это сегодня вечером.

– Зачем ждать до вечера? Давай сделаем прямо сейчас.

– Сейчас?

– Ну да, сейчас. Все остальные спят или чем-нибудь заняты. Войди в мой мозг и посмотри. Мы довольно часто повторяли это. Не будет никакого шума.

– Но твой брат…

– Тебе мешает мой брат! – воскликнул Джаван, по-прежнему стараясь говорить тихо. – Если его близость беспокоит тебя, усыпи его. Можешь пойти принести мне вина, а на обратном пути остановись поговорить с ним. Другие ничего дурного в этом не усмотрят, да и он не узнает.

– Но Джаван…

– Ты мне друг или нет? Ты сделаешь это? С улыбкой (он надеялся, что она выглядела не совсем уж вымученной), Тавис кивнул и поднялся на ноги, направляясь к стреноженным лошадям. Когда он проходил мимо Риса Майкла, тот поднял на него глаза.

– Вы с Джаваном ссоритесь?

Тавис мгновенно остановился и присел рядом с мальчиком.

– Ссоримся? Нет, конечно. У него болит нога. Я собирался принести ему немного вина и поработать со ступней. Почему бы вам не поспать? – предложил Тавис мальчику, пожатием руки готовя его Ко сну. – Вы, верно, устали за день. Вечером будете веселее, если сейчас немного поспите.

– Думаю, ты прав, – Рис Майкл зевнул, прислоняясь к Дереву. – С ногой Джавана не будет проблем?

– Разумеется, – Тавис улыбнулся, погладил мальчика по лбу и встал. – Просто нужно немного поработать, вот и все.

На другом конце поляны молодой солдат с вьющимися светлыми волосами краем глаза видел, как Целитель поднял бурдюк с вином и направился к старшему принцу. Частью мозга Дэвин по-прежнему следил за костями, которые встряхивал его партнер. Но другую половину интересовало, о чем разговаривали Целитель и принц, когда Тавис дал мальчику вина, опустился на колени и снял ботинок с правой ноги. Дэвину хотелось воспользоваться своими способностями, но Тавис мог обнаружить это, особенно вступив в роль Целителя.

Ботинок был снят, Джаван облегченно вздохнул и улыбнулся, откупорил мех с вином и сделал небольшой глоток. Когда Тавис стянул с него чулок, Джаван отложил бурдюк, повернулся на левый бок и положил голову на согнутую в локте руку.

– Ты очень рискуешь, – Целитель говорил, опустив полотенце в воду, он хотел вначале остудить больную ступню. – Кроме того, ты заставляешь меня сильно рисковать.

– Что ты делаешь такого, чего они не видели добрую дюжину раз? – возразил Джаван. – Они люди, Тавис. Что они знают?