Драконьи Авиалинии - Ольга Пашнина

Кайл прервал Андра хохотом. Таким, что несколько студентов, стоявших у стенда с расписанием, удивленно обернулись к нам.

— Я ей не нравлюсь! Смешно, парень. Порадовал.

А потом Кайл наклонился и меня поцеловал. Не то чтобы очень грубо, просто не совсем тактично намекнув на право собственности. Так что я и понять ничего не успела.

— Кайл! — когда он отстранился, выдохнула я. — С ума сошел?!

Попыталась было вырваться, но куда уж мне против этой силы.

— Она моя жена, придурок, — сообщил Златокрылый Андру. — Сделай милость, растворись. Настроение портишь. Пошли, сладкая, надо документы заполнить.

Ухватил меня за руку и потащил в кабинет к декану, не обращая внимания на обиженное сопение. И зачем была нужна эта демонстрация власти? Мужчины как дети, правильно кто-то сказал.

— Ну ладно, — донесся в спину голос Андра. — Нравятся использованные вещи, и хорошо. Кто-то же должен таких подбирать.

Кайл замер. Я тоже хотела, но потом такая злость взяла, что страшно стало. Андр… Не зря я его не простила. Говорила мне интуиция, что эта скотина себя покажет, и в кои-то веки я ее послушала. Слова, продиктованные злостью и ревностью, не стали обидными. Но все-таки неприятно царапнули. Кайла же привели в бешенство.

— Нет! Кайл, не трогай его, еще не хватало в неприятности вляпаться, — взмолилась я и ухватила мужа за руку.

Но тот осторожно вырвался, отстранив меня к стене. И повернулся к Андру. Белый дрогнул и отступил на полшага, оценив уровень опасности, исходящей от Кайла.

— Белый, — нехорошо усмехнувшись, произнес Кайл, — ты бы язык с мылом мыл. А то несет от него, даже находиться рядом противно. В общем, я тут подумал — ты какой-то странный. Так что можешь собирать свои вещички и выметаться из Академии. Ты здесь больше не учишься.

Андр побледнел и мигом растерял задор.

— Господин Златокрылый…

— Что? — Кайл закатил глаза. — Я вообще существо доброе. Очень доброе. Когда ты чуть не убил меня, я тебя пожалел и дал доучиться. Ты доброты не ценишь. Значит, выметайся отсюда. Последняя моя уступка, уж больно мать у тебя хорошая. Увижу рядом с моей женой твою тухлую рожу, навсегда лишу способности передвигаться самостоятельно. Будешь пускать слюни в воротник и общаться междометиями. Все, я кончил, спасибо. Лучше запиши и периодически перечитывай.

— Ты знаешь мать Андра? — спросила я, когда Андр скрылся в коридоре.

— Она как-то Эллу лечила, — нехотя ответил Кайл. — Все, идем подписывать документы, и домой.

Он, хоть и старался не показывать этого, все еще быстро уставал.

Декан смотрел на меня с откровенным любопытством. Но без презрения или насмешки. Мы не виделись с самого момента поступления, когда он передал абитуриентку Сияющую коллеге — декану факультета Зрячих. А теперь я сидела напротив, уже в качестве студентки Златокрылой, и писала заявление на перевод.

К слову, о Златокрылой…

— Оставь старую фамилию, — шепнул Кайл.

— Что? — Я моргнула и уставилась на мужа.

Тот хитро улыбался.

— Оставь. Чтобы документы тебе выдали на старую фамилию. Просто поверь мне и сделай, как прошу.

Пожав плечами, я подчинилась. Возможно, Кайл хочет честных оценок для меня. Вряд ли кто-то узнает, что я его жена. С другой стороны, а как скрыть? И Андру он все прямо сказал. Ох, никогда я не пойму собственного мужа. Но зато теперь знаю, что он может не только насмехаться, но и защищать меня. Спокойно, четко, не опускаясь до драки. А еще он может целоваться…

Так, все! Документы. Быстро заполнила все бланки, поставила подписи. Дождалась нового студенческого билета, красивой зачетки с логотипом Погонщиков — драконом, расправившим крылья. Получила поздравление от декана и расписание. Удобно мы пришли, в пятницу. В понедельник заканчивался мой карантин, который я уже нарушала раз двадцать, с понедельника же начинались занятия с новой группой. Расписание — жуть. Приползать буду в первое время никакая. Еще нужно доедать кучу всего…

— Успокойся, — поморщился Кайл. — У нас впереди месяц, сдашь.

— Месяц?! — Я так и остановилась посреди дороги. — Мне дали время до весны! Десять предметов!

— Сладкая, я же выхожу на работу через месяц. Что я буду делать все это время? Учить тебя, естественно. Тем более что это предполагает такую массу интересных развлечений.

Он мимолетно провел рукой по моей щеке, и я тут же покраснела. Как-то неловко было вспоминать прошедшую ночь.

— Я придумаю систему наказаний и поощрений, — хмыкнул между тем муж. — Пойдем пообедаем где-нибудь.

Он вдруг еле слышно охнул и остановился — нога все еще периодически болела. Почувствовав, как на миг замерло сердце, я подскочила к Кайлу.

— Ты как?

— Нормально, — процедил он сквозь зубы.

Это его «нормально» было совсем не нормальным.

— Пойдем домой, а? — вздохнула я. — Там еды куча. Спать ляжем.

Потом, видя, что Кайл явно не настроен на продолжение диалога, добавила:

— Массаж сделаю.

Имея в виду просто массаж, конечно. Жалко его почему-то было. В самом хорошем смысле этого слова. То же чувство, как и во время болезни Эльки — хотелось что-то сделать, поухаживать.

— Я что, инвалид, по-твоему? — буркнул Кайл.

— Ты свалился с дракона, — напомнила я. — Допускаю, что некоторое время твои синяки могут болеть. Чего ты кривишься? Не нравится, что тебя жалеют?

— Почему же, — невозмутимо ответил Кайл. — Ты мне скажи только почему. Почему ты дергаешься, когда у меня болит нога, Блейк?

Что я ему могла ответить? Если и сама не знала, почему каждый раз, когда Кайл морщился, неудобно ступая на ногу, готова была подскочить и… И что? Не знаю. Сложный вопрос. Уж не влюбилась ли я в этого человека?

— Так что, сладкая? Ответишь на мой вопрос? — Кайл сдаваться не хотел.

— Я волнуюсь за Эльку, — наконец ответила. — Она привязана к тебе и очень остро все переживает.

— Идем домой, — буркнул Кайл.

И, не оглядываясь на меня, пошел вперед. Прихрамывая совсем чуть-чуть.

Причины странного желания Кайла сохранить мою прежнюю фамилию стали известны буквально спустя пару дней. У меня была вторая пара под загадочным названием «Основы теории и практики тренировочных полетов». И проходила она в лабораторном корпусе, но где именно — загадка та еще.

Зрячие там никогда не занимались. Отстав от группы, которую я толком и не запомнила, потратила лишние десять минут на поиск нужного корпуса и аудитории. Вошла, как подобает, постучав. Протараторила извинение… и осеклась, увидев на кафедре, за преподавательским столом, собственного мужа.

— Сияющая, — Кайл радостно оскалился, — что у нас в уставе сказано об опозданиях?