Творцы миров - Юрий Никитин

Аллодис и Скоффин лениво обсуждали систему дальнейшегоразвития кланов и гильдий, возможности строительства собственного дома и дажезамка… Все-таки решили не убирать возможность покупать дома и замки хоть заигровые, хоть за реальные, а не только строить. Самому или с помощью нанятых вигре ремесленников. Торговать можно не только шкурами убитых зверей, но иземельными участками. И товары можно продавать как самому, так и нанимать дляэтого торговцев, живых или НПСов, неважно.

Кулиев сказал мечтательно:

– Эх, сделать бы еще разрушаемые поверхности… Пока ни водной байме такого не было…

Аллодис и Скоффин переглянулись, на лицах хитрые усмешки. Ятоже смолчал, знаю, что втайне пытаются втиснуть разрушаемость в движок, чтобыпри захвате замка можно было не только приставлять лестницы и карабкаться настены, но и разрушать их таранами, разбивать тяжелыми камнями из катапульт итребушетов. И даже, дабы упрочить свою ужасную славу, полностью снести замокврага с лица земли.

Николай приподнялся на локте, повертел головой, как чашалокатора, что старается засечь вражеские танки на пределе видимости.

– Я не понял, – сказал он с ленивымнедоумением, – чего так страшились этих ПКашников?.. Вот сколько брожу, ниодного не видел! Они все лоу, редко – миддл лэвелы. Ни разу я не видел ПКашникахая. Когда иду в своем шестидесятом, любой ПКшник поспешит убраться с дороги.

Кулиев сказал рассудительно:

– А как иначе? ПКашники встречаются только в начальныхлокациях. Во-первых, только совершенных нубов и удается пэкашить, да и тобольшей частью с помощью разводов, во-вторых… ПКашники – сами нубы. Уже ссорокового лэвела я нигде не видел, в каких бы местах ни качался, ни одногопомидора. Это как корь: одни болеют, другие нет, но у всех проходит в нубстве.

Ворпед проворчал:

– Детские травмы оставляют след на всю жизнь!

– И что? – возразил Кулиев. – Запомни илизапиши ники этих гадов. Как прокачаешься выше, встретишь и убьешь. Как вонЛилюшка, глава нашего альянса, одного такого по имени Кadavr встречала потом ивовсю лупила, лупила и обзывала, вызывая на ПвП! Он уклонялся, а потом сказал,что лучше бы тогда сразу убила и насытилась местью, чем вот так…

Он прервал себя на полуслове, вскочил и помчался наискось похолму, подстегивая себя заклинанием скорости. Мы видели, как догнал какого-товоина в кожаном доспехе, коротко переговорил с ним, ударил, тот ответил двумяударами. Ники обоих загорелись фиолетовым, что значит – оба в честном поединке,после чего Кулиев тремя ударами убил противника, что-то сказал распростертому уего ног трупу и бегом вернулся к нам.

Любопытствующий Николай спросил жадно:

– Что, бабу не поделили?

Кулиев отмахнулся:

– Если бы!.. А то этот сопляк вчера попался мне,обматерил, обозвал по-всякому, а потом ушел через телепорт…

– А что ты с ним выяснял?

– Спросил объяснений.

– И что?

– Он говорит, – объяснил Кулиев с усмешкой, –что это не он был.

– А кто?

– Младший брат, – ответил Кулиев с той жеусмешечкой. – Пока он мылся в душе, братишка, мол, вошел в игру и успелкого-то развести, других обложить матом, а с одним подрался.

Николай тоже хохотнул, только всегда серьезный Скоффин сказалраздраженно:

– Неужели не понимают, что такие оправдания не катят?Твоя игра, твой перс – ты и отвечаешь!

Кулиев сказал с той же усмешечкой:

– Да мне другое смешно. Во всех семьях теперь «айнкиндер», а в играх у всех оказываются братики и сестрички. Обязательномладшенькие, которые все и портят. Если верить такой статистике, тодемографическая ситуация у нас поправляется!

Аллодис сказал раздраженно:

– Да ладно тебе. Ничего вникать во все эти… случаи.Рубить головы, то есть банить, без разговоров и объяснений. Вот и все.

А еще через неделю Аллодис пришел в офис измученный, подкрасными воспаленными глазами повисли круги. Тяжело рухнул в кресло, рукидрожат, едва не расплескал кофе.

– Ухожу, – сказал он глухо.

На него воззрились с удивлением, только Николай туповатоспросил:

– Куда, по бабам?

– Из Реального Мира, – ответил Аллодис. – Ивообще… Сколько можно? У меня есть миллион долларов? Есть больше. Я мечталотдохнуть и оттянуться?.. Так чего же я продолжаю себя каторжанить?

Все замерли, только Николай ахнул:

– Ты чё? Одурел? Твои мозги всех наших стоят!

Аллодис помотал головой:

– Не могу. Надо уйти. У меня ничего не осталось: жены,друзей, вечеринок, кино, книг… Есть только Реальный Мир! Вы не задумываетесь,что мы изобрели самый мощный наркотик?

– Играй по часику в день, – легкомысленно сказалВорпед. Ощутил фальшь, сказал извиняющимся голосом: – Трудно, знаю, но можно жесебя как-то ограничивать?..

Все отводили глаза: ограничивать себя как-то не удаетсяникому. Как только сядешь за комп, то уже оторваться трудно. В тягостноммолчании я сказал невесело:

– Не мы, так другие сделают. А что, если и наркотик?..Книги тоже наркотики. Есть книгоманы, есть киноманы, есть еще какие-то маны. Ночеловечество не вымерло. Согласен, мы сделали свой больше мощным. Ночеловечество не вымрет! Какая-то часть будет в работу влюблена больше, чем вигру. Они всегда останутся вне игры, потому что создавать ту же игру намногоинтереснее, чем в нее играть. Разве не так?

Аллодис ответил, пряча глаза:

– Так. Но я не могу работать постоянно, я выгораюбыстро. Это вон Николай может медленно и неспешно делать работу целый день. Ато и трое суток подряд. А я выкладываюсь за три-четыре часа, а потом… раньшебыло вино и девочки, а теперь вот эта зараза. Оказалось, что куда там девочкам…

Николай спросил удивленно:

– Что-то не врубаюсь. Ты же разработчик! Как ты можешьвходить в этот разрабатываемый нами мир, словно это что-то… реальное?

– А вот такую гадость мы свагранили, – ответилАллодис, улыбка кривая, в глазах стыд и попытка держать разговор на шутливойволне. – Убойную штучку, надо сказать. Молодцы мы… и сволочи изрядные.

Скоффин сказал с неудовольствием:

– Только не начинай про ответственность передчеловечеством! И всякие моральные проблемы. Мы не атомную бомбу создали. Этопусть Оппенгеймер страдает, а мы сделали, а теперь совершенствуемразвлекательную штучку для отдыха после работы.

Я увидел, как Николай хотел что-то возразить, но словнопоперхнулся. Кулиев просто опустил глаза, а Ворпед взглянул на одного, другого,быстро поднялся и пошел засыпать зерна в кофемолку.