Живой металл - Абрахам Грэйс Меррит

Гарриман поднялся из кресла.

— Послушайте, мингер ван дер Вельде, давайте, заключим пари. Геологи в один голос говорят, что алмазы — результат вулканической активности. Что же, по-вашему, ждать от Луны, — он положил перед голландцем большую фотографию.

Торговец бриллиантами равнодушно посмотрел на снимок Луны. Кратеров было не менее тысячи.

— Туда еще надо добраться, мистер Гарриман. Гарриман убрал фотографию.

— Доберемся, будьте уверены. И алмазы найдем. Возможно, не сразу, но лет через двадцать, от силы — сорок мы отыщем большое месторождение. Я обратился к вам, чтобы загодя мирно урегулировать возможные конфликты. Только полный кретин берется за большое новое дело, не учитывая всех последствий. Я не люблю скандалов и паники. Я вас предупредил, а теперь — прощайте.

— Присядьте, мистер Гарриман. Довольно непривычно, когда пекутся о твоей выгоде. Лучше расскажите, каких выгод вы ждете для себя, а потом мы обсудим, каким образом можно защитить алмазный рынок от инфляции.

Гарриман снова сел.

Гарриман любил Голландию. Его умилял и молочный возок, и деревянные башмаки на ногах возницы. Он без устали щелкал фотоаппаратом, не подозревая, что все это заведено специально для туристов. Он навестил еще нескольких торговцев алмазами, но о Луне уже не говорил. Среди прочего он купил брошь для Шарлотты — в качестве белого флага.

Потом он спецрейсом отправился в Лондон, поговорил с представителями алмазного синдиката в Англии, обстряпал у Ллойда страховку на подставных лиц — от успешного полета на Луну, — и связался со своим офисом. Он выслушал отчет о текущих делах и узнал, что Монтгомери отправился в Нью-Дели. Он позвонил и туда, долго говорил с Монти…

На следующее утро он уже был в Петерсон-Филд, к югу от Колорадо-Спрингс. Он явился в собственные владения, но на космодром его едва пустили. Конечно, можно было позвонить Костэру и все решилось бы в одну минуту, но Гарриман хотел сперва осмотреться сам. Вызвали начальника охраны — он, по счастью, знал Гарримана в лицо, и тот пропустил шефа на территорию. Больше часа он бродил по цехам, трехцветный значок на лацкане позволял ему ходить где угодно.

Механики работали на средних оборотах, двигателисты — тоже, но в других цехах было пусто. Гарриман пошел к инженерам. Чертежники и математики пахали вовсю, но в отделе агрегатирования его встретила тишина, в металлургической лаборатории — тоже. Он собрался было идти дальше, но тут перед ним вырос Костэр.

— Мистер Гарриман! Мне только что сказали, что вы здесь.

— Проклятые шпионы! — воскликнул Гарриман. — Мне не хотелось тебя беспокоить.

— Какое беспокойство! Идемте ко мне в кабинет.

Они расположились в кабинете, и Гарриман спросил:

— Ну, Боб, как твои дела?

— Вроде бы хорошо, — ответил Костэр, но нахмурился.

Гарриман заметил, что стол инженера завален бумагами, и корзина тоже полным-полна. Прежде чем Гарриман успел сказать хоть слово, на селекторе зажегся огонек.

— Мистер Костэр, — донесся мелодичный женский голос, — вас вызывает мистер Моргенштерн.

— Скажите, что я занят.

— Сэр, он говорит, что у него очень срочное дело, — сказал селектор минуту спустя.

— Извините, мистер Гарриман, — вид у Костэра был озабоченный. — Ладно, давайте его.

— Наконец-то, — на это раз говорил мужчина. — Почему меня с вами не соединяют? Шеф, мы здорово влипли с этими грузовиками — всем им нужен капитальный ремонт. Оказывается, «Уайт Флинт Компани» за это не отвечает, так и в контракте написано. Мне кажется, нам нужно расторгнуть этот контракт и заключить новый, с «Пик-Сити Транспорт». Они предлагают выгодные…

— Займитесь этим! — оборвал его Костэр. — Вы заключили контракт, вам его и расторгать.

— Да, шеф, но вам это будет удобнее. Это вопрос вежливости…

— Займитесь этим. Мне наплевать, что вы будете делать, лишь бы у нас был транспорт.

Он выключил селектор.

— Кто это? — спросил Гарриман.

— Моргенштерн. Клод Моргенштерн, мой помощник.

— Рассчитай его.

Костэр нахмурился. Прежде чем он успел ответить, пришла секретарша с ворохом бумаг. Он не глядя подписал их и отослал девушку.

— Это не приказ, — продолжил Гарриман, — просто деловой совет. Я не стану командовать через твою голову. Можешь ты уделить мне несколько минут?

— Естественно, — удивленно ответил Костэр.

— Гм… тебе ведь никогда не приходилось бывать таким большим начальником?

Костэр чуть помедлил, потом кивнул.

— Я пригласил тебя потому, что Фергюссон уверен в тебе. Он говорит, что уж если ты не построишь лунную ракету, ее не построит никто, и я с ним согласен. Но одно дело — инженерная работа и совсем другое — административная. Сейчас я покажу тебе пару фокусов, — он немного помолчал. — Пойми, я не критикую тебя, но бизнес — это как секс: его не узнаешь, пока не займешься вплотную.

Про себя Гарриман уже решил выставить Костэра, если тот будет стоять на своем, и пусть Фергюссон говорит что угодно. Костэр помолчал, побарабанил пальцами по столу.

— Я не понимаю, шеф, отчего все идет наперекосяк. Наверное, все дело во мне самом. У меня такое ощущение, будто я все время плыву против течения.

— Ты много работал в последние дни?

— Насколько это было возможно, — он обреченно махнул рукой в сторону второго стола, что стоял в углу. — Вчера сидел до глубокой ночи.

— Вот это и плохо, Боб. Ты нужен мне как инженер. Все вокруг тебя должно крутиться, а твой кабинет должен быть тих, как могила. А у вас тут все наоборот — ты крутишься, а цехи похожи на кладбища.

— Знаю, — Костэр на миг погрузил лицо в ладони. — Но смотрите, шеф, что получается: каждый раз, когда я пробую решать техническую проблему, какой-нибудь кретин отрывает меня разговорами про грузовики, телефонные аппараты и прочее. Мне очень жаль, что я не оправдл рекомендации мистера Фергюс-сона… Мне казалось, я смогу…

— Не расстраивайся, Боб, — мягко сказал Гарриман. — Тебе, во-первых, нужно отоспаться. Вот что мы сделаем: я посижу за этим столом пару дней и займусь административными делами. Мне нужно, чтобы ты думал о векторах, горючем и скорости истечения, а не о грузовиках.

Гарриман вернулся в приемную — там сидел какой-то человек, который вполне сходил за клерка.

— Эй вы! Идите-ка сюда!

Тот явно удивился, но поднялся и подошел к Гарриману.

— В чем дело?

— Я хочу, чтобы вон тот стол и все, что есть на нем, перенесли в пустой кабинет на этом же этаже.

— А кто вы такой?

— Не все ли равно?

— Делайте, что вам говорят, Вебер, — вмешался Костэр.