Змееносец - Николай Степанов

– Ты б забрал свою змею, – сказала Таркова по-русски, показывая на ногу подруги.

Вархун несказанно удивился. Гюрза в ее нынешнем состоянии должна была сначала укусить любого из обитателей Жарзании и лишь потом, к примеру, переползти через труп. Воин поспешил к дамам.

– Поставь ей на пути руку.

– Я не могу, – произнесла Злавадская.

– Хочешь, чтобы она заползла под юбку?

– Не-эт! – чуть не плача затрясла головой журналистка.

– Тогда делай что говорю! Змея переберется на плечо и спрячется в капюшон. – Вархун давал советы, находясь в трех шагах от брюнетки.

– Мамочка! – Женщина выполнила приказ и дождалась, когда гюрза переберется в укрытие. – А д-дальше что?

– Я так понимаю, вы собрались в Гетонию?

– Д-да.

– Ну так пошли. За городом, когда змея успокоится, мы ее выпустим. Она просто заблудилась, бедная. В день Красного солнца это случается.

– А я т-тут при ч-чем? – Мадлену бил озноб.

– Певунья увидела безопасного человека и бросилась к нему. Вы как здесь очутились, дамы? Туристы, что ли?

– П-поч-ти.

Только через час журналистка смогла прийти в норму.

– Нам нужен купец Анвард, – сказала она мужчине. – Вы не знаете, где он проживает?

– Нет. Купец богатый?

– Скорее всего, он возглавляет компанию «Натуральные шелка Гетонии».

– Тогда мы его быстро найдем. Встретим первый же караван из Гетонии и выясним, в каком городе он проживает. Предпочитаете идти ночью или остановимся?

Вероника наотрез отказалась делать ночевку.

– Я почему-то так и думал, – усмехнулся вархун.

Как только солнце зашло, пешеходов накрыла непроглядная темень. Женщины остановились.

– Почему я ничего не вижу? – всполошилась Мадлена.

– Обычное дело после самого редкого дня. Через два часа появятся звезды, и все будет, как обычно.

– А сейчас нам как идти? – обиженно поинтересовалась журналистка.

– День закончился, – ответил мужчина и создал светлячка.

– Мадлена, спроси, сколько стоят его услуги. – Вероника решила сразу утрясти финансовые вопросы. – Только учти: у меня осталось всего пятнадцать монеток.

– Не стоит переживать, у меня есть это. – Злавадская вытащила подарок Лоргуда. – Тот, кого ты подозревала в коварстве, на самом деле оказался порядочным человеком.

Вархун внимательно наблюдал за подругами, пытаясь уловить смысл чужой речи. Понять ему ничего не удалось, но когда брюнетка достала кошелек, парень напрягся:

– Откуда у вас эта вещь?!

– Один знакомый подарил, – созналась журналистка.

– Вам нужно, чтобы он постоянно знал о вашем местонахождении?

– Нет.

Вархун выхватил кошелек и швырнул его в темноту.

– Ты чего?! – возмутилась Злавадская. – Там деньги за твою работу.

– Считайте, что вы ее уже оплатили.

Когда Мадлена с большой неохотой объяснила странное поведение наемника, Таркова тихо сказала:

– Знаешь, а я ведь тоже почти поверила, что мы ему понравились.

– Дамы, – вархун посмотрел на мучения подруг с постоянным переводом на непонятный ему язык и обратно, – если желаете, я могу быстро решить проблему понимания нашей речи.

– Каким образом? – Журналистка дернула Таркову за руку.

– Я же волшебник. Одно небольшое заклинание – и она станет разговаривать не хуже меня. Пусть ваша подруга посмотрит мне в глаза. – Амазонка так и сделала. – У нее амулет? – спросил чародей, почувствовав сопротивление колдовству.

– Да. Вероника, расстегни ворот.

– Зачем? Мне не жарко.

– Надо снять подарок магринца.

– Какая свежая мысль! Не забыла, мы с тобой уже пробовали.

– Пусть теперь он попытается.

Цепочка оказалась непростой. И мужчине пришлось использовать два серебристых кинжала, чтобы ее перерезать. Потом он приступил к волшбе и вдруг резко отшатнулся.

– Что это было? – спросил парень на чистом русском языке.

– Ого! – Журналистка перевела взгляд с одной на другого. – Я не поняла, кто кого учил? Ты свой собственный случайно не забыл? – спросила она на инварском.

– Нет, но вы представить себе не можете, какая каша у меня сейчас в голове! – Вархун также свободно говорил и на интернациональном.

Тич очнулся от толчка в живот и неприятного скрипучего голоса:

– Кто здесь? Говори немедленно или я из тебя песок сделаю!

– Меня зовут Тич. – Парень решил, что об него споткнулись. В кромешной темноте, окружавшей его, это было нетрудно.

– Чего развалился на дороге?! А ну отвечай как положено!

– Чего положено? – После столь необычного пробуждения трудно было сразу прийти в себя. У привратника до сих пор перед глазами стоял воин с занесенным для последнего удара мечом.

– Опять прислали неуча! Кто ж так представляется? Твое имя не дает ни капли полезной информации. Объясни немедленно, кто твой отец, откуда ты родом, сколько лет? Я что, сам об этом догадываться должен?!

– Я родился в Гудалане. Отца зовут Вансор. Мне двадцать семь лет.

– Ну дела! Они бы еще сюда девяностолетнего деда отправили! Кто ж в твои годы учебу начинает? Нет, наш мир окончательно сошел с ума. То они про меня напрочь забывают, то вдруг вспоминают, но присылают незнамо кого. Кем твой папаша работает, где находится Гудалан? Похоже, из тебя все клещами вытаскивать надо!

– Гудалан? На Инварсе. А отец там же и работает. Железнодорожником.

– Железнорожником? – удивился скрипучий незнакомец. – Разве их до сих пор не разогнали?

Привратник был окончательно сбит с толку. Сидя на каменном полу в каком-то полутемном месте, он с трудом различал неясные контуры напористого собеседника и не мог сообразить, чего тот привязался? Кархун приподнялся, приняв положение сидя, и сразу заметил, что незнакомец не отличается большим ростом. Скорей, наоборот.

– А зачем их разгонять? – спросил парень.

– Я слыхал, они посмели выступить против курмистра.

– Против кого?

– Слушай, молодец, а тебе точно двадцать семь?

– Да.

– А мозги, как у ребенка. Говорить давно научился, малыш? Может, потому тебя лишь сейчас и прислали? – Сарказм так и сочился в словах незнакомца.

– Куда прислали, кто?

– Да, случай крайне запущенный. Умственные способности – особо не разгуляешься. Как же тебя учить?