Уничтожение - Филип Этанс

Животное скосило темные глупые глазки вниз и вы­тянуло шею назад и вверх, подальше от меча. Так они и застыли, и Рилд уже боялся, что они останутся в та­ком положении надолго: тварь отталкивает его, а он пы­тается проткнуть ей глотку.

— Халисстра! — взвизгнула Фелиани. — Нет!

Звук был пронзительный, исполненный паники, и прозвучал совсем рядом, и до Рилда наконец дошло, что обе женщины все еще здесь. Он был не один. Как заве­дено у женщин, они дали ему принять на себя основную тяжесть сражения, но они не бросят его в таком поло­жении... Или бросят? Судя по голосу Фелиани, именно это она и собиралась сделать.

Рилд удвоил усилия, но зверь сделал то же самое, и они не продвинулись ни на шаг, пока Рилд не услышал, как странно зарычала женщина, и не сообразил, что это Халисстра. Существо подалось вперед на ту самую до­лю дюйма, на которую рассчитывал Рилд.

Кончик большого меча вонзился в горло зверя, и по клинку заструилась кровь. Тварь хрюкнула, чуть при­открыв пасть, и клинок продвинулся еще чуть дальше. Горячая красная кровь хлынула ручьем, потом начала бить из шеи существа толчками в такт ударам сердца — Рилд, как и надеялся, угодил ему в артерию.

Он увидел башмаки Халисстры справа от себя и ус­лышал, как меч выскользнул из ножен. Она запрыгнула зверю на спину и, широко расставив ноги, занесла Лун­ный Клинок для смертельного удара.

Рилд отпраздновал ее появление тем, что провернул Дровокол в глотке существа, кровь потекла еще обиль­нее, по густой шерсти зверя прокатилась волной дрожь.

Фелиани подбежала к ним и, должно быть, с силой пнула тварь в бок. Халисстра охнула, и громадная туша начала заваливаться на бок. Рилд перерезал существу горло до конца: он не был уверен, что оно действитель­но мертво.

Ботинки Фелиани прошаркали по снегу к нему.

— Остановись. Во имя Эйлистри, Лунный Клинок был предназначен не для этого, — произнесла она.

Рилд дал содрогающейся туше скатиться с него и неуклюже рухнуть в кусты. Морщась от боли в плече и под мышкой, он выдернул меч из шеи мертвого зверя и поднялся на ноги, сделав несколько неверных шагов, прежде чем ноги начали снова слушаться его.

Халисстра и Фелиани стояли возле мертвого суще­ства. Жрица вцепилась в правую руку дроу.

— Я не могла... — выговорила Халисстра дрожащим голосом, и с каждым словом в холодный воздух выры­валось облачко пара. — Я не могла позволить убить его.

Обе женщины повернулись к Рилду, которому оста­валось только пожать плечами.

— Она всего лишь защищала своих детенышей, — сказала Фелиани.

Жрица Эйлистри смотрела на Рилда, но у Мастера Оружия было отчетливое ощущение, что говорит она это для Халисстры. Рилд не понимал. Кто защищал?..

— Зверь?

— Это гигантский земляной ленивец, — ответила жрица Эйлистри, отпустив руку Халисстры и отойдя от нее. — Был гигантский земляной ленивец. Они встреча­ются очень редко, особенно так далеко на севере.

— Что ж, — бросил Рилд, — это существо оказалось упрямее, чем можно было думать.

— Проклятье! — воскликнула Фелиани. — Она все­го лишь защищала своих детенышей. Ты не должен был убивать ее.

Халисстра глядела на свой меч. Клинок светился в темноте.

— Зачем ей вздумалось нападать на вооруженного дроу ради защиты детенышей? — спросил Рилд. — Она могла остаться жить и наплодить новых.

Фелиани открыла было рот, чтобы ответить, но не сказала ничего. Выражение ее лица было странным, та­ким, какого Рилд никогда еще не видел у дроу.

Халисстра посмотрела на мертвого ленивца и про­шептала:

— Она...

Рилд покачал головой. Он не понимал и начинал думать, что не сумеет понять никогда.