Наследник в довесок, или Хранитель для дракона - Ная Геярова

– Лучше! – отчаянно взвыла я. – Я же воин! Хасраши! И волосы! Такие волосы… Это неприемлемо!

Знал бы он, чего мне стоило не кинуться к нему и не отрубить проклятую ладонь. Ту самую, посмевшую сотворить со мной подобное.

Дракон нахмурился.

– Неприемлемо появляться к будущему наследнику престола в том виде, в котором вы находились. У вас были не волосы, а пакля. Мало того, ваше лицо никак не укладывалось в роль будущей няни драга Хэйвена. А вот сейчас…

Я повернулась, и мне показалось, что на миг дракон даже слова проглотил от ярости в моих глазах.

– Вы издеваетесь? – честно спросила я чуть охрипшим голосом. И невольно руку на рукоять ножа, что на поясе, положила.

– Ни капли, – тут же взял он себя в руки. Губы дракона раскроила довольная усмешка. – Такая вы мне даже нравитесь. Очень мило.

– Мило? – Как жаль, что я завишу от этого дракона. С каким наслаждением я бы воткнула ему нож между глаз. Между вот этих изумрудных, полных сарказма глаз.

– Всего год, – нагло улыбаясь, напомнил дракон. – А после можете себя резать, обжигать, лишать волос. Как вам будет угодно. Но здесь и сейчас вы должны иметь достойный нашей империи вид. Ни одна драконица не позволит себе ходить с короткими волосами. Вы в нашей империи, чтите наши законы и правила.

Я все слова проглотила, и злость тоже. Дракон прав, я в чужой империи и здесь свои правила. На целый год это и мои правила тоже. С трудом отпустила рукоять. Прошла, взяла книги со стола и, мрачно буркнув: «Спасибо, владыка», – направилась к двери.

– Будущий владыка, – предостерегающе напомнили мне в спину.

Я повернулась, театрально отвесила поклон и повторила:

– Спасибо, будущий владыка.

– Вейлар Шайрен, – оскалился дракон.

Я медленно выпрямилась, посмотрела в глаза принца чешуйчатого и сквозь зубы, но как подобает истинной леди, чуть притупив глаза, медовым голосом пропела:

– Спасибо, о будущий владыка вейлар Шайрен.

В ответ услышала довольное хмыканье.

Развернулась и вышла.

***

Ох и тяжело мне будет. Все-таки хасраши не привыкли лебезить и быть тактичными. А уж до леди мне как до орочьих ушей.

– Не переживайте, все не так уж и плохо для вас, – подал голос Элкар, провожающий меня. – Всего год. Не так уж и много, тем более что хасраши славятся своей выдержкой.

Я невольно усмехнулась. Какая уж тут выдержка, если у меня коса до пояса.

Но Элкар продолжал еловым голосом:

– Юный наследник не доставит вам слишком много хлопот. Драги его возраста активны, но… – Он мягко улыбнулся. В отличие от вайлара Шайрена, этот дракон старался показаться приятным. – Куда больше проблем у вас возникнет на разговорном уровне.

Я уныло кивнула.

– Он говорит только по-драконьи?

Элкар развёл руками.

– Он совсем не говорит.

Я вопросительно посмотрела на дракона.

Тот, увидев мое недоумение, медленно начал объяснять:

– Драги до момента становления не способны внятно изъясняться. Так же как не могут и обращаться в человеческую ипостась. И только в момент становления они обретают речь, причем сразу драконью и общую, а также способность принимать вид человека.

– Почему? – искренне удивилась я.

Элкар пожал плечами.

– Характеристика магии драконов такова, что при рождении она словно мешок, который в течение какого-то времени собирает в себя знания и умения. И когда он наполняется, то происходит раскрытие.

– Становление?

– Именно, – подтвердил дракон. – В один момент мешок открывается и возникает дракон, умеющий магичить, говорить и обращаться.

– Это, наверное, очень интересно?

Элкар кивнул.

– Это очень необычно. Вам предстоит увидеть становление наследника, что вдвойне необычно. Темные драконы немного отличаются от остальных.

– Чем?

Элкар кинул взгляд на книги в моих руках.

– Вейлар Шайрен дал вам очень хорошую литературу. В ней есть о становлении драгов правительственного рода.

Я хмуро впитывала то, что говорил мне Элкар.

– А до момента становления как вы с ними разговариваете? Ментально?

Элкар улыбнулся.

– Даже этот навык у драгов исключен. – И вдруг засмеялся. – Языком жестов, никак более. Они вполне приспосабливаются жестами указывать на необходимое. А нужно им не так уж много. Драги очень много спят. Именно во сне идет накапливание магии и приходят знания древних. В такие моменты вам не стоит его трогать. – Тут он стал мрачен. – Обычно драконицы беспрестанно присутствуют при своих драгах. Но тут другая история. И Хэйвен отказывается принимать хоть кого-нибудь, кроме вас. После смерти родителей он замкнулся в себе. И вы единственная, кого он захотел видеть в качестве… Гммм…. Замены своей матери.

Я шла, задумчиво сдвинув брови. Интересно, и за что мне такая привилегия?

– А как так могло произойти, что он попал в Шаркарох? – задала мучивший меня все время вопрос. – Он же наследник! За ним небось куча охраны приставлена.

Элкар помолчал, видимо раздумывая, что именно мне ответить. И наконец сказал:

– Его никто не крал. Он сам ушел.

– Сам?

– Еще одна способность драгов. Они способны проходить через стены. Сейчас его материальная оболочка дает возможность проникать сквозь твердые предметы.

Ого! Шикарная способность.

– Потом это пропадает? – изумленно спросила я.

Дракон кивнул.

– Да, в момент становления драг покрывается толстой чешуей и эта способность пропадает. Как и многие другие.

Чем больше я слушала Элкара, тем сильнее удивлялась. До сегодняшнего дня для меня драконы были просто чешуйчатыми ящерами. А оказывается, в их жизни так много всего необычного. Даже высшие маги не умели проходить сквозь стены, а драги могли. Можно ли считать их самым высшим звеном магической цепи? И почему они теряют эту способность после становления?

– Переходя от драга к дракону, вы становитесь другими?

– Да, – кратко ответил Элкар.

– Почему?

Похоже, что мужчину мои назойливые вопросы не раздражали. Поэтому я пыталась узнать как можно больше о тех, с кем мне придется жить в течение года.

– Никто не может дать разумного объяснения таким переменам, – пояснял мне Элкар. – А мы после становления не способны вспомнить даже то, что происходило с нами в возрасте драгов.

Я остановилась, удивленно смотря на дракона.