Ведьма - Алина Багазова

– …Хозяюшка!!!

Я открыла глаза.

Я лежала на печи, утопая в мягкой перине, по дому вкусно пахло печеным. Рядом активно тормошил меня и испуганно вглядывался в мое лицо домовик. Увидев, что я «вернулась к жизни», он облегченно всхлипнул, вздрогнул всем телом и бросился меня обнимать.

– Я так испугался, лежишь вся белая-то, какось стена. Но слышу – дышишь… Аленькая ты моя, – настолько нежно произнес он, что у меня аж сердце защемило, – теперь ты настоящая ведьмочка, сильная и смелая, как ты их прогнала-то!

– Дём… А я все время здесь была? Никуда не пропадала? – осторожно поинтересовалась я.

– Ах ты ж, батюшки, ну конечно нет, – удивился домовик, отстраняясь, – как есть вся туточки лежала. Как в обморок-то грохнулась на рассвете, так я тебя на перину и втащил – чего, думаю, на полу-то голом отдыхать…А отдых ты заслужила, лежи, милая, а я сейчас завтрак накрою, разогрел тут…

Он резво соскочил с печки и, радостно припевая под нос, кинулся вытаскивать из недр печи остатки вчерашних блинов, налил в плошку сметаны.

Я села и ощутила во всем теле слабость, словно всю ночь кирпичи таскала. Но и одновременно с ней – приятную легкость, какую-то внутреннюю радость, словно родилась заново. Так ощущает себя человек, перенесший длительную болезнь. Я осторожно спустилась вниз. Домовик разливал отвар, да так трогательно, радостно суетился, что я невольно улыбнулась.

– Дёма, спасибо тебе…

– За что? – ахнул домовик и залился краской.

– Ты мне очень помог. Ночью. Помнишь, ты позвал меня. Я в тот момент чуть не уснула… Если бы не ты…

– Да ладно! – застенчиво отмахнулся Дёма. – Всего-то делов. Они ведь на тебя забвение-то наслали, значитца, не по-честному это… Вот я и окликнул… Ладно, давай завтракать.

Мы пили отвар и весело болтали. Самое страшное было позади, я чувствовала себя настолько хорошо, насколько не чувствовала уже 23 года, то есть с момента своего рождения. И хотя впереди по-прежнему маячила неизвестность, чутье подсказывало мне, что испытание пройдено и отныне будет по-другому.

После завтрака Дёма почесал затылок и с грустным отчаянием посмотрел на меня так, словно что-то хочет сказать.

– Говори, – шутливо улыбнулась я.

Он вспыхнул, растерялся и пропыхтел:

– Я это…

Я почувствовала неловкость и неуверенность, но молчала.

– Я вспомнил… Этоть еще до твоего появления получилось. В общем… Познакомился я тут в лесу с одной лесовичкой, ну свидание ей на сегодня назначил… Хочу уговорить ее со мной в доме поселиться…

Я едва не рассмеялась, так это трогательно прозвучало.

– Надо бы идти…

– Ну так что же ты? – поддержала я.

– А ты? – покраснел еще больше мой милый друг. – Как тебя одну оставить-то?

– А что? Я никуда не исчезну, надеюсь, – засмеялась я, – а лесовичка расстроится, если не придешь.

– Вот и я думаю, что расстроится… – удрученно покивал Дёма. – Так ты меня подождешь? Не уйдешь? Обещай!

– Подожду, – кивнула я, едва сдерживая смех от такой серьезной его мордашки.

– Ну я этоть… Пойду тогда… Но ты жди! Поешь еще, поспи, будешь гулять – далеко не отходи, мало ли что… Тут у нас такие всякие-разные водятся…

– Ладно-ладно! – стараясь сохранять серьезность, кивала я. – А ты не опаздываешь?

– Да! – подпрыгнул Дёма и придирчиво себя осмотрел.

Я встала и поправила ему взъерошенные волосы. Домовик вновь залился краской (как же он, такой застенчивый, на свидании-то будет?) и, буркнув что-то благодарное, юркнул за дверь.

Я, уже не в силах сдерживаться, захохотала. Вдруг дверь открылась, и внутрь просунулась голова моего неугомонного друга.

– Пойдешь гулять – двери подопри, не оставляй нараспашку, мало ли тут кто бродит… – строго буркнул он и исчез.

Ну право слово – домовик!

Я достала с полки буфета Алисины записи и углубилась в чтение.

«Теперь, когда первый и самый важный шаг уже сделан (а я надеюсь, что это так), еще раз поздравляю тебя! Итак, я расскажу тебе о важных вещах, которые ты, как ведьма, должна знать.

Первое задание не за горами, возможно, уже сегодня. Оно само тебя найдет, поверь мне…»

Я услышала за дверью голоса и оторвалась от чтения. По голосам я определила, что это мой домовичок с кем-то ругается. Дверь резко распахнулась, и на пороге замаячили четыре силуэта: Дёма и трое незнакомых мужчин.

– …А я вам говорю, она никого не хочет видеть! Госпожа устала, и вообще! – отчаянно кричал Дёма и отпихивал мужчин.

Я невольно улыбнулась, услышав, каким эпитетом он меня наградил. «Госпожа»! Ну домовичок!…

– Пожалуйста! – отчаянно, но решительно напирали мужики, заглядывая внутрь. – Нам очень нужно видеть госпожу ведьму!

– Придите попозже, а лучше завтра или через недельку… – возражал Дёма, косясь на меня.

– Нет-нет, – вскочила я, отложив записи. – Дёмушка, впусти их, заходите!

Я была очень рада увидеть каких-никаких, а людей!

Дёма очень неохотно посторонился, когда все вошли, захлопнул дверь и, недовольно что-то бурча под нос, подошел ко мне и встал рядышком. Вид у него был такой, что казалось, стоит хоть одному из вошедших сделать ко мне хоть один шаг, он бросится и разорвет. Словно чувствуя этот враждебный настрой, мужики не шли дальше от двери, топтались на пороге. Они явно были не в своей тарелке, но взбудоражены до предела.

– Госпожа ведьма! – выступил вперед один, теребя в руках ружье. – Мы охотники…

– Видим! – рявкнул Дёма. – Ходют тута, пугают лесных обитателей… Лесовичка вон на меня обиделась, прогнала…

– Да мы не на них охотимся, батюшка, – как бы оправдываясь, вставил другой мужичок, – так… на зайцев, куропаток каких-нить…

– Ага! – злорадно подхватил Дёма. – А зайцы так – нежить, да? Тоже жители лесные!!!

– Но ведь надо нам что-то есть…

Мужик, который поздоровался со мной, не решался прервать их диалог, но я-то видела, что он переступает от нетерпения с ноги на ногу. Видно было, что они сюда очень спешили и пришли не просто так. Однако прервать разговор с домовиком он не решался, боясь, что тот разозлится и выгонит. Нужно было брать инициативу в свои руки.