Страшная тайна - Том Ллевеллин

– Избавься от этой штуки, и поскорее, – твердил Генри по пути к Брайт-хаузу. – Старик сам сказал, что она сатанинская. С нечистой силой лучше не связываться.

– Генри, ну ты и зануда.

– Говори что хочешь, но есть вещи, с которыми лучше не иметь дела, и Сатана – как раз из них.

– Он не существует, – сказал я, но только прозвучали эти слова, как я немедленно почувствовал себя хрупким и уязвимым, окружённым различными опасностями мира. Прежде мне не случалось задумываться о собственной душе и о том, что с ней будет после моей смерти. Теперь же, с загадочной бутылочкой в руке, смерть стала казаться куда более реальной. Прежде чем перейти мост на Якима-стрит, нависший над глубоким высохшим руслом, я дважды посмотрел по сторонам (проверил, нет ли машин).

– Если его не существует, – продолжал нудеть Генри, – то как ты получил свой доллар обратно?

– Это просто стариковский трюк, – возразил я, силясь выбросить тревожные мысли и опасения из головы. – Готов поспорить, что он подсунул мне этот крошечный скомканный доллар в карман. Например, при первой встрече. Да, наверняка он провернул это, когда только вошёл в магазин.

– Ну, если ты считаешь, что бутылка никакая не волшебная, выкини её с моста, да и всё.

– Да не могу я её выкинуть! Ты что, не слышал, что старик сказал? Если я попытаюсь избавиться от неё, не продав с убытком, она просто вернётся ко мне.

– Ты ж вроде как в неё не веришь, – хмыкнул Генри, вырвал бутылку у меня из рук и подбежал к перилам моста.

– Генри, не смей!

– Я тебе услугу оказываю. Душу спасаю. – Он запульнул бутылку как можно дальше.

Даже для кетчера в бейсбольной команде рука у Генри верная. Он не слишком шустрый. Хиттер из него так себе. Но с «дома» он запросто мешает раннеру добраться до второй базы. Бутылочку он швырнул так, будто игра шла полным ходом. Она описала дугу в воздухе и приземлилась в овраг, точнёхонько в заросли ежевики.

– Ах ты гад, Генри! – Я со злостью толкнул его.

Он отлетел в сторону и отбежал на несколько шагов:

– Тебе бы спасибо мне сказать!

– Убирайся отсюда, пока я тебя не треснул!

– Когда-нибудь ты меня ещё поблагодаришь! – крикнул он, убегая по мосту в сторону своего дома.

Я спустился в овраг и полчаса ползал по кустам, спугнув не меньше дюжины ворон, но так ничего и не нашёл. Всякий раз, царапаясь об острые шипы ежевики, я ругал Генри последними словами. Наконец мне это надоело, и я пошёл домой.

Вернувшись в Брайт-хауз, я встретил на тротуаре доктора Мандрагору. Он расхаживал взад-вперёд и, заметив меня, воскликнул:

– Наконец-то, вот и ты, юный Морской Козёл! Долго же я тебя ждал.

– Вы ждали? Меня?

– Да! Да, именно так. А теперь расскажи мне про свой день. Я ведь был прав, так? Насчёт того, что это будет крайне необычный день. Острый, как бритва.

– Что верно, то верно. Он был необычный.

– Ага! Я так и знал! Я был прав! Я был прав! И я сказал, что у тебя будет выбор. Ты сделал правильный выбор?

– Без понятия. Вы не пропустите? Мне сейчас немного не до болтовни.

– Минуточку, юный Морской Козёл. Я ещё не закончил. Я должен рассказать тебе о престранной вещи, которая произошла со мной буквально только что. Я вышел наружу, чтобы приветствовать нынешний день и поразмыслить об отношениях с Землёй и Солнцем. Я стоял здесь, раскинув руки, открытый настоящему, в мире со всем миром – и тут на меня налетел ворон.

– Птица?

– Всё верно, чёрный ворон. С широко раскрытыми крыльями, отчаянно каркая и – это самое важное – держа кое-что в когтях. – Доктор Мандрагора полез во внутренний карман плаща. – Ворон сбросил вот это. Прямо к моим ногам. И я понял – не знаю как, но сразу же понял, – что эта вещь для тебя. Ничего особенно ценного, но странный предмет возопил: «Отдай меня юному Морскому Козлу!» Вещь пустячная, сущая ерунда. Так, где же она? – Он принялся шарить по карманам. – Я точно знаю, что надёжно припрятал её. А. Вот она.

На ладони доктора Мандрагоры лежала белая бутылочка. У меня перехватило дыхание.

– И её сбросил ворон?

– Да. Понимаю, это пустяк. Но порой и мелочи оказываются чрезвычайно важны. И я чувствую определённые эманации, исходящие от неё. Мощнейшую энергетику. С меня сразу сон как рукой сняло. И она принадлежит тебе. – Он запахнулся в плащ и вошёл в дом.

Я посмотрел на бутылочку. Она показалась мне страшно тяжёлой. По её гладкой поверхности снова промелькнула тень. На сей раз в этом не было никаких сомнений.

– Значит, ты вернулась, – проговорил я. По спине пробежал холодок, и я снова вздрогнул. Может, мне загадать желание? Или постараться избавиться от бутылочки как можно скорее? На пару мгновений мне показалось, что Генри всё-таки был прав.

Из дома вышел папа, одетый в форму «Быстро-пиццы».

– Привет, сынок. Как дела в школе?

– Нормально, – буркнул я.

– Что это у тебя?

Надо было мне сразу же рассказать папе правду, пока всё не пошло кувырком. Зря я не выложил ему всю историю в тот же момент. Но я этого не сделал.

– Мне доктор Мандрагора её отдал.

– Правда? Тогда будь с ней поосторожней. Этот тип очень странный. Ты знаешь, что он даже не настоящий астроном? В общем, ладно, мне пора бежать.

– Ты уезжаешь? Прямо сейчас?

– Мне пора доставить пиццу-другую.

– Но мне нужно с тобой поговорить.

– Поговорим позже. Но я поздно вернусь. – Он похлопал меня по макушке и двинулся к машине.

– Стой! – позвал я.

– Что?

Я посмотрел на бутылочку, которую держал в руках.

– Я хочу… я хочу, чтобы ты получил свою работу обратно, – выговорил я.

– Я тоже, сын. – Папа уехал.