Приёмная дочь чёрной друзы - Мариэм Санди

— Устала?

— Нет, что вы, глава Сайшатор, все прекрасно, — сверкнула глазищами девушка. После недолгих споров, ехать она решила в боевом седле, что конечно вызывало опасения у мужской части нашего отряда.

Попросту у всех. Но тихая Радна неожиданно оказалась способна настоять на своем и, ни разу не пожаловалась не неудобства.

— Эр Сайшатор, глава, я хочу сказать вам кое-что, наедине, точнее показать, — эри смутилась, опустила голову и принялась внимательно рассматривать луку седла перед собой. Смотреть там было особенно не на что, обычное потертое седло, как и у остальных. Без резьбы, камней или чеканных накладок, как подобало бы высокородной эри.

— Отъедем? Или это может подождать до привала?

— Да-да конечно подождет, — явно обрадовалась отсрочке девушка, а я мысленно ругнулся, теперь потревоженное любопытство не даст расслабиться.

О чем же она хочет поговорить, да еще и наедине? Последние пару дней, я ловил на себе ее задумчивые взгляды, но стоило посмотреть в ответ, Радна тут же опускала глаза и притормаживала своего фара, прячась за спинами воинов. А те и рады. Вот и сейчас, стоило ей отстать на пару шагов, два наемника пристроились по бокам, почти задевая ее юбки стременами. Ну еще бы, единственная эри в отряде, я раздраженно отвернулся от чересчур оживленно беседующей троицы. la привале она подойти не соизволила. Пришлось самому напоминать о необходимом ей разговоре.

— Если вы не против, может быть, пройдемся до них? — указала Радна на растущую поблизости кучку деревьев.

Вечерняя прохлада оседала легким туманом в овражках. Выступала живительными капельками росы на серебристом разнотравье саванны. Вбирала в себя нежную горечь ароматов распускающихся ночных цветов и переливчатые призывные трели страдающих от любви птах.

— Вы сердитесь на меня, эр Сайшатор? — Радна пыталась не отставать, но длинные юбки путались в мокрой от росы траве, облепляли тонкие щиколотки, а я упрямо не сбавлял шаг.

Стоило отойти от группы деревьев выбранных отрядом для привала, как мы очутились в другом, неизведанном мире.

Древняя, живущая своей загадочной жизнью саванна пугала и завораживала одновременно, пробуждая темную глубинную часть сущности.

— Тебе нравятся эти наемники? — выскочило, прежде чем я успел одернуть себя.

Звезды казались заметно ближе в этих диких местах, чудилось, протяни руку и дотронешься. Так же и она выглядела досягаемой но на самом деле недостижимой. Пересечь видимую одной ей границу Радна не позволяла никому, даже обожаемой ею Диаманте. Просто делала шаг назад и сохраняла дистанцию.

— Я… Они просто жалеют меня, пытаются отвлечь от трудностей путешествия пустыми разговорами, глава Сайшатор, — выдавила из себя Радна и неуверенно добавила, — мне нельзя с ними разговаривать? Вы запрещаете?

Развернулся к ней лицом, резко останавливаясь, и придержал уткнувшуюся в меня по инерции девушку.

— Я ничего тебе не запрещаю, Радна!

Стоило дотронуться до нее, как душа содрогнулась от ощущения, что мир, в этот миг, сжался до размеров наших тел. Каждая клетка моего организма кричала, что мы последние люди в этом мире, а вокруг нас лишь тьма и пустота.

— Наемники не лучшая компания для эри, — ошеломленно выговорил, пытаясь взять себя в руки. Радна смотрела удивленно и испуганно.

— Я, как глава, переживаю, что они воспользуются твоей неопытностью. — Я выталкивал из себя слова, пытаясь исправить ситуацию, но сделал только хуже.

— Для эри с вискерами, подходит любая компания. Нет никого ниже по статусу, — она опустила глаза, но промелькнувшую в них горечь я заметил.

— И эти эры общаются со мной только лишь потому, что не знают об их наличии. Именно об этом я и хотела поговорить с вами глава Сайшатор, — плавно поведя плечами, Радна выскользнула из моих рук, а я почему-то позволил ей это. И странное наваждение рассеялось.

— Когда эри Диаманта влила в меня чуть ли не пол хранилища силы черной друзы, вискеры изменились.

Точнее, они стали слушаться моих мысленных приказов. Мне хотелось, чтобы они исчезли совсем, и у меня почти получилось, — сбивчиво начала пояснения моя "дочь", делая шажок назад, от меня, и разматывая тонкое покрывало. Почти получилось? Отчего же тогда ее голос звучит так расстроено?

За покрывалом медленно и неуверенно последовал камис, тонкий, но с длинными рукавами закрывающий от жарких лучей солнца все, что только можно.

— Вот, смотрите, — протянула ко мне тонкие руки девушка.

А я судорожно сглотнул. В неверном свете луны и звезд Радна выглядела волшебным видением из древних сказаний. Духом ночи посланным Тьмой вводить в искушение слабых телом грешников.

— Вы не смотрите, — заслуженно упрекнула она, подняв на меня невозможно черные глаза с отражающимися в них звездами.

— Я смотрю Радна, — ответил севшим голосом и как завороженный потянулся вновь дотронуться до перламутровой в лунном свете кожи. Удостовериться, что она живая, теплая, а не сотканный лунным светом ночной мираж, но увидев ее недоуменный взгляд, отдернул руку.

— Как тебе это удалось? — спросил, чужим, хриплым голосом все больше и больше злясь на себя.

Вискеров действительно нигде не было, только чистая, обнаженная кожа. Ну, насколько можно было судить по шее, рукам и излишне скромному декольте этого дорожного платья. Мысли вновь приняли неправильное направление.

— Мне не удалось, — печально вздохнула девушка и разжала кулаки, в которых мерцала темнота, — они могут теперь выбираться за пределы моего тела, но остаются связанными со мной. Кажется, избавиться от них полностью не получится никогда, — грустно подытожила она. Собиралась сказать что-то еще, но тихий шорох со стороны высоких кустов, заставил меня напрячься. Ощущая, как встают дыбом мелкие волоски на шее, я плавно шагнул, закрывая ее собой. Показалось или ветви шевельнулись против ветра?

Замер, напряженно вглядываясь в окружающую нас чужую землю полную неизвестных опасностей.

— Вы тоже услышали, глава? — тихо шепнула Радна, почти прижавшись к моей спине, — у меня весь день не проходит ощущение чужого взгляда.

Она зябко поежилась, и я с трудом заставил себя стоять на месте. Ее близость мешала сосредоточиться, стук ее сердца перекрывал своим раздражающим грохотом все остальные звуки.

— Отступай назад. Медленно. И не вздумай повернуться спиной, — стараясь ничем не выдать своего беспокойства, ровным голосом сказал я.

— Но я хотела вам показать, — прошептала она мне в спину. Теплое дыхание коснулось через тонкую ткань рубашки кожи между лопаток, и напряжение моего тела достигло своего пика.

— Не сейчас Радна! Делай, что тебе говорят, — повел плечами, пытаясь расслабить мышцы, и почувствовал движение воздуха. Радна резко отстранилась, пробормотав, — простите, глава Сайшатор.