Живой призрак - Лилия Герман

В задумчивости она чуть не проехала нужную остановку, ведь планировала выйти раньше, чтобы снова пойти через больничный парк. Она едва успела выскочить до того, как водитель закрыл дверцу маршрутки и двинулся с места.

Парк был окутан туманом. Здесь он казался плотнее, чем в городе. Видимость была не более десяти метров, а может и меньше. Лера подумала, что в таком тумане Паша не увидит, когда она придёт к нему, и ей придётся прозябать одной на скамейке. Но это её не остановило, она ускорила шаг и направилась к заветному месту.

На её удивление Паша сидел на скамейке и уже ждал её. Когда она приблизилась, очень обрадовалась этому. Павел ей тоже улыбнулся:

— Привет, я рад, что ты пришла.

— Я тоже рада тебя видеть, — улыбнулась Валерия, — Ну как ты? Что врачи говорят?

— Пока всё без изменений.

— Жаль, а я так надеялась, что тебе лучше. Тебе не холодно, сырость такая, а ты так легко одет, — забеспокоилась Лера, обратив внимание, что он без куртки, — Тебе только простуды сейчас не хватало.

— Не беспокойся, мне это не грозит.

— Закалённый? Спортсмен что ли?

— Есть немного, — усмехнулся Паша.

— Вот как? А чем ты занимался до болезни?

— Лазил по скалам.

— Скалолаз? И много вершин покорил?

— Пока ни одной, которой можно было бы гордиться. Но в горах бывал часто.

— Там, наверное, очень красиво?

— Есть такое, — улыбнулся Паша, — Ты что никогда в горах не бывала?

— Нет, не приходилось. Но мне это интересно. Наверное, сложно, когда снизу жара, а там в лютый холод попадаешь?

— Ну да, это как перелёт с юга на север. Только не перелёт, а переход пешком.

— Понятно. А расскажи мне про горы, какие они? Почему люди рискуют жизнью, чтобы в них попасть?

— Про это в двух словах не расскажешь.

— А я не спешу, я сегодня с работы раньше ушла.

— Ну хорошо… — Павел немного задумался, — Понимаешь… горы — это такое место, куда, если попал раз, потом хочется приходить снова и снова.

— Почему?

— Потому что это особые места. Там не только воздух особенный, там особый мир, изолированный от другого мира. Там всё по другому. Там на камнях могут расти деревья, и их желанию выжить можно позавидовать. Когда впервые туда попадаешь, порой кажется, что законы физики там работают по-другому. Особенно интересна горная фауна, удивительно, как на такой высоте существует животный мир. Горные козлы — это что-то фантастическое. Они лезут по вертикальным горам, словно это не горы, а ровная поверхность. И чем выше, тем им больше нравится. А горные водопады — это нечто. А когда поднимаешься выше, где лежит вековой снег, ощущения не передаваемые.

Лера с восхищением слушала рассказ Паши и живо представляла всё в своём воображении. Звук его голоса звучал размеренно и ласкал её слух. Вокруг не было ни души, парк утонул в тумане, и Лера была рада, что у них была возможность скрыться от посторонних глаз. Она не догадывалась, что туман скрывает от людей одинокую девушку на скамейке, разговаривающую с пустотой.

За его рассказами час прошёл незаметно. Лера с сожалением осознавала, что ей необходимо уходить, но ей этого совершенно не хотелось. Ей с ним было очень легко, казалось, что они знакомы уже целую вечность и никогда не расставались.

— Паш, мне пора, — с сожалением произнесла Лера, — Но я обязательно ещё приду снова. Ты давай выздоравливай, хватит в больнице прохлаждаться, тебя же горы ждут.

— Я бы рад, но не всё от меня зависит. Жаль, что ты уходишь.

— Мне ещё к маме зайти, а потом ещё домой на другой конец города добираться. Хотелось бы до темноты домой попасть, а то дни сейчас короткие, мигом пролетают. Ещё туман этот не даёт солнцу пробиться.

— Хорошо, я буду ждать тебя.

— А что тебе принести в следующий раз? Вот я растяпа, совсем забыла, тебе же сейчас витамины нужны, надо было прихватить чего-нибудь.

— Не волнуйся, у меня всё есть.

— Что такое всё у тебя может быть? К тебе же никто не ходит. Там хоть кормят нормально?

— Нормально, всё очень вкусно. Не надо ничего приносить.

— Слушай, а я сейчас к маме, я пару часов побуду у неё, могу за это время бульончик сварить и принести тебе тёпленький. Это рядом, через дом от больницы.

— Нет, спасибо. Я же сказал, ничего не нужно. У меня сейчас особая диета и ничего такого нельзя.

— А, ну тогда понятно. Но как только тебе можно будет, я буду приносить тебе вкусняшки, договорились?

— Договорились, раз ты так хочешь.

— Конечно хочу. Я бы с удовольствием позаботилась о тебе, пока ты болеешь. — она поднялась, — Ну всё, побегу я.

Ей хотелось чмокнуть его в щёку или хотя бы пожать руку, но он сидел неподвижно, и она была не уверена, что ему хочется того же. Поэтому она отошла на несколько шагов, повернулась к нему, отправила воздушный поцелуй и скрылась в тумане.

— Мам, я пришла, — крикнула Лера, заходя в мамину квартиру. Она была в отличном настроении, глаза сверкали, а на щеках играл румянец. Марья Петровна выглянула и залюбовалась на дочь, прислонившись к стенке.

— Лерочка, ты сияешь. Я так давно тебя такой не видела. В твоей жизни произошло что-то хорошее?

— Да, мам. Я, кажется, влюбилась!

— Правда? Я рада за тебя. А кто он?

— Один парень, ты его не знаешь.

— Ну понятно, что не девушка. А где ты с ним познакомилась?

— А тут рядом, он в больнице лежит. Я по дороге к тебе познакомилась.

— Что, прямо сегодня?

— Нет, мы знакомы уже несколько дней. Но тогда я ещё сомневалась, а сегодня…Мам, я так счастлива, он такой хороший.

— А что с ним, почему в больнице.

— Я не знаю. Да какая разница, он выздоровеет, я уверена. Не может быть, чтобы я во второй раз свою любовь потеряла, ведь так, мам?

— Всё может быть в жизни, дочка, к сожалению. Но будем надеяться, что с тобой ничего такого больше не случится и ты снова обретёшь своё счастье.

— Да, мама, я уже счастлива. Только… — она вспомнила про Митю, но Марья Петровна каким-то шестым чувством угадала её мысли.

— Ты не сможешь выкинуть его из головы и всегда будешь помнить о нём. Но это не помешает тебе снова полюбить и быть счастливой. Через такое многие проходят, нужно как-то жить дальше. Я думаю, Митя бы тебя понял и простил.

— Хорошо бы, мам, — задумчиво проговорила Лера. Она понимала, что рано или поздно ей придётся с ним объясняться. Это сейчас она запретила ему читать её мысли, но неизвестно на сколько его хватит. Если он что-то заподозрит, её запреты его не остановят. И не известно, как он к этому отнесётся.