Ангел и Демон «Подарок Судьбы» - Ирэна Солар

Он осторожно обхватил мой подбородок двумя мощными пальцами и повернул мою голову к себе так, что мы невольно встретились взглядом.

– Хорошо-хорошо, – решил согласиться со мной он. – Но сейчас ты опять красавица?

– Ты что не видишь? Я совсем другая стала!

– Я не знаю какой ты была, но сейчас ты мне определенно нравишься, – безапелляционно заявил он и впился в мои губы сладостным поцелуем.

Мгновенно растаяв от его умелых ласк, я отдалась на милость победителю.

– Я хочу тебя с того момента как впервые увидел. Но ты смотрела на меня как на жабу съевшую комара.

– Что? О чем ты говоришь?

Он засмеялся.

– Я сразу тебя заприметил, как только ты заявилась вчера в офис. Стоял и смотрел на тебя с открытым ртом. Услышал, как кто-то произнес твое имя и повторил его следом. Ты взглянула на меня исподлобья, и я оробел как мальчишка.

– Не было такого! – сказала я пытаясь напрячь свою память.

– Было, – весело покачал он головой. – Увидев, как ты накинулась на закуску, я попытался привлечь твое внимание и неожиданно заметил твой ответный интерес. А то что ты набросилась на меня с поцелуями у меня в квартире для меня стало полнейшим сюрпризом. Я в тот вечер думал, как развести тебя на секс, а ты сама меня развела. Соблазнительница! – весело засмеялся он.

Он втянул мой торчащий сосок в рот и застонал от удовольствия.

– Я хочу снова почувствовать себя в тебе. Не смей мне отказывать, Фиона.

Он прижал меня крепко за запястья к подушкам и раздвинув коленом ноги осторожно вошел до упора во всю длину.

– Да! – едва не закричала я от удовольствия.

Я раньше и не знала, что была такой страстной и могла заниматься любовью часами напролет.

– Да Фиона, кричи и царапай мне спину. Ты доводишь меня до безумия.

Шеф брал меня во всех мыслимых и не мыслимых позах до тех пор, пока я не взмолилась о пощаде.

Вымотанная, но получившая дозу огромного удовольствия я опустила голову на подушку и погладила шефа по голой груди.

Он смотрел на меня с такой любовью что я едва не расплакалась от охватившего меня в тот момент счастья.

Я его тоже очень любила и все это время думала, что нам никогда не быть вместе.

Вот дура-то! – корила я себя по чем зря.

– Фиона, ты просто богиня! – прошептал нежно шеф и заглянул в мои глаза.

– Меня вообще то Марфой зовут! – сказала я с улыбкой, и я увидела, что шеф нахмурил брови.

– Не понял. Тебя ведь Фионой называли.

– Это кличка. Меня так звали потому что я была похожа на героиню из мультфильма про Шрека.

– Ты шутишь? – спроси шеф краснея.

– Увы, но это так.

Он дико заржал, а потом поперхнулся и закашлялся.

– Так ты Марфа?

Я кивнула.

– А я Сергей.

– Приятно познакомится! – ответила я и засмеялась.

Ситуация была просто абсурдной.

Но такова жизнь бедной одинокой женщины.

– Знаешь была у нас в компании одна вредная грымза, все мечтала похудеть, но ее морде мог помочь только кирпич, – ни с того ни с сего начал шеф свой рассказ.

Я напряглась, понимая о ком он сейчас говорит.

– Такая уж грымза? – спрашиваю я, а у самой начинают течь горькие слезы.

Он хохочет, прокручивая у себя в голове былые воспоминания и не глядя на меня кивает головой.

– Я ее тайком шваброй называл, – посмеиваясь сказал он и я от его слов резко вскакиваю с места.

Он недоуменно смотрит на меня и хмурится.

– Ты чего?

Я обиженно поджимаю губы и начинаю собирать с пола его разбросанные вещи.

Срочно все собрав кидаю ему их в лицо и приказываю немедленно убираться из моей квартиры.

Он пытается отшутиться, но видя мое состояние перестаёт улыбаться и берет вещи в руки.

– Сумасшедшая! – зло шипит он, одеваясь, и уходит из квартиры громко хлопнув железной дверью.

Этот глухой звук эхом проносится по всей квартире, оповещая меня о том, что я снова осталась одна.

Едва сдерживаюсь чтобы не закричать от боли в душе.

Словно в трансе я сажусь на кровать и надеваю на голое тело свой махровый халат.

Вдруг чувствую, как кто-то гладит меня по спутанным волосам и вздрагиваю.

Прижимаюсь к пернатому всем телом и начинаю рыдать.

– Ну что, опять все испортила, горемычная? – говорит грустным голосом ангел и я заливаюсь слезами еще пуще прежнего.