Ранк - дитя Урхура - Михаил Чертопруд

чтобы мы с Чинком при нем сражались на тыках. Большого интереса в этом уже давно не было – Чинк был сильнее и легко мог отлупить меня тыкой как дубиной, а я зато умел почти в любой миг ткнуть его куда захочу. Ловкость и сила вышли на 3/5, так что тыка больше не вываливалась из рук и в целом стала неплохим оружием. Кстати, теперь это была бывшая тыка Чинка – а себе он подобрал палку помощнее.

Анкус посмотрел на наш бой, хмыкнул и вдруг отобрал у брата тыку. Пришлось сражаться с самим шаманом – а он довольно умело применял копейные удары, коварно используя длинные руки. Правда, это ему не очень помогло – увернуться и уколоть его тыкой все равно оказалось несложно. После третьего раза Анкус отдал тыку Чинку и заметил, что мне пора тренироваться настоящим оружием с настоящими бойцами, только в деревне нет ни того, ни другого. Когда мы спросили про отца, шаман хмыкнул еще раз и ответил, что это уже не поможет.

Ну так вот – мы построили шалаш. Теперь стало можно играть в военный поход. Например, мы с Лаксом подкрадываемся к шалашу как захватчики, Руни играет в крестьянина и должна вовремя закричать, а Чинк и Отуз – защитники деревни и должны быстро прибежать из города. Нам нужно заблокировать Руни, успеть срезать подвешенные под крышей тушки сегодняшних хуесов и убежать с ними, например, домой. В общем, весело – особенно, если в виде крестьянина посадить самого Чинка или, скажем, уговорить на это дело Окси – она-то посильнее нас всех, хоть и не учится драться.

Дело шло к вечеру. Мы как раз закончили играть и собрались отводить домой козу, когда прибежал Лакс с бешеным лицом.

– Там наших грабят! Ма сказала всем бежать, и коз прятать у ручья.

– Что? Кто грабит? А где отец?

– Чужие. На площади драка, но их больше. Все надо прятать!

Как-то вышло, что все смотрят на меня. Что-то надо сказать… и сделать.

– Отуз, Руни, Лакс – гоните всех трех коз в кусты у ручья. Чинк – ты со мной, тихо.

Подкрались мы осторожно. Но поздно. В деревне хозяйничали чужие гоблины и стаскивали на площадь наши вещи. На площади двое с копьями стояли над раненым Анкусом, привалившимся к стене хижины. Еще трое лежали без движения… Отец. В середине торчал кряжистый тип в кожаном доспехе с блестящим нагрудником, опираясь на здоровенное копье.

Кримс, гоблин, боец. Ранг F 9.

Кримс ругался с другим гоблином – тот махал мечом и, похоже, собирался добить Анкуса.

Торк, гоблин, боец. Ранг F 4.

– Смотри, шестой уровень – это же опыта сколько! Все равно помрет, старый.

– Устав помнишь? Убивать – только в бою.

– Да бой только что был, какая разница?

– Все равно нельзя. К тому же – он шаман, и все узнают. Хочешь, чтоб война из-за тебя началась? Убери меч и грузи припасы.

– А чего грузить – вечер уже. Давай тут и ночевать, домики есть, девки – чего еще надо?

– Надо торопиться, пока тан Угер не взял нас со всем барахлом. Быстро все грузим и тащим обратно к Лутку. Там по дороге родник был – хоть до него дойдем.

– Да в этой дыре даже телеги нет… Мы же сдохнем все переть.

– А ты не жадничай. Берем только металл и тряпки. Вон, на девок можно нагрузить – приданое им будет.

Черт… в углу уже связаны три наших девицы, и одна из них – Окси… Анкус как-то рассказывал – вот так, в походах, иные воины добывают себе жен. Это считается престижнее, чем жениться на девушке из своей деревни. Вот Окси влипла… Интересно, где мама с мелкой?

Кримса слушались. Чужие бойцы живо погрузили наше добро в мешки с лямками, нагрузились и пошли на выход. Девок наших тоже подгрузили. Восемь воинов, в основном второго-третьего уровня… Похоже, у наших не было шансов.

Враги ушли, мы подскочили к Анкусу. Нет, сначала к отцу… но он уже и не хрипел. А шаман… заворочался.

– Анкус, ты жив?

– Ранк… Это хорошо. Вот так выглядит поход с другой стороны. Кажется, в это вы играли на лугу…

– Что нам делать?

– Эх… ничего тут не сделаешь – сироты вы теперь. И сестру жалко… Я вот Байса послал корову прятать, а то бы и он тут лежал. Теперь у нас ни бойцов, ни оружия… даже кашу не сварить.

– Может, они что-нибудь выкинут? Проследить за ними?

– Так бывает… Особенно, если завтра в Лутке их перехватит Угер со своими бойцами. Да, проследить было бы хорошо… Знаешь, Ранк, ты ведь уже кое-что можешь. Пожалуй, это твой шанс. Зайди в мою хижину и отодвинь плоский камень за очагом, достань оттуда нож и неси сюда.

Анкус не прост. Этот плоский камень мы с Чинком еле отодвинули вдвоем. В ямке под тряпочкой лежал сверток с семью урхами и узкий кинжал в кожаных ножнах на ремне. Для меня – с локоть длиной, даже чуть больше. Не системный, конечно… но и не тыка с обугленной вершиной.

Пока мы возились, на площадь стали собираться наши. Анкус лежа ставил себе исцеление на голову – он был вроде и целый, но чем-то его здорово треснули.

– Ранк, Чинк. У вас в руках – наше последнее стальное оружие. Не вздумайте переть на них открыто… Ранк – ты старший, и подумай сам, что можно сделать. Говорят, сила павшего воина может проявиться в первом бою. Но учтите – ваши жизни и этот нож дороже жизней врагов. И еще. Угеру лучше тоже не показывайся.

– Анкус, кто убил отца? Ты видел?

– Да какая теперь разница… Торк.

Подошел Байс, усадил Анкуса лицом к площади, стал обходить всех. Оцепенение прошло – соседи считали потери и обсуждали, кто что успел спрятать. Похоже было, что деньги в