Темноволие - Руслан Алексеевич Михайлов

похожих на следы ударов топором. Времени размышлять не было, поэтому я подхватил массивный череп, оттолкнулся ногами и рванул вверх. Часть пути проплыл, часть пробежал по барьеру стражи, навалился плечом на борт канала, толкнулся сильнее и с шумом вынырнул. Череп со стуком опустился на берег, придавив голый хвост возмущенно запищавшей крысы, что решила не связываться со мной и рвануть прочь. Выбравшись следом, я встряхнулся как помойный пес, сбрасывая с плеч и головы всякую гадость. Запах то какой адский… домашний… привычный…

Усевшись на краю канала, я скрестил ноги, подтащил к себе клыкастый череп и чуть наклонил, что мы, так сказать, взглянули друг к другу в глаза. Поврежденный череп был мертв. Частокол улыбки казался насмешливым, из глазниц стекали слезы сточных вод. Выждав с минуту, я не выдержал и слегка постучал ладонью по костяной макушке:

- Эй там… кто в теремке живет, чужие кости грызет, живым спать не дает? Есть кто-нибудь?

В глазницах плеснул и тут же угас зелены свет. Аккуратно убрав с левого нижнего клыка кусок рваной крысиной шкуры, я постучал по макушке еще раз:

- Призываю! Эй!

Особой надежды я не питал – ну череп, ну вспышки зеленого. Нежить банальная обыкновенная. И нет ничего удивительно встретить живого мертвеца в темных катакомбах. Над черепом нет имени или уровня. Так что я был почти безразличен. Но стоило мне смахнуть с пробитого левого виска большой лист капусты, как мое безразличие мигом испарилось и в третий раз по макушке я стучал куда сильнее – под дырой на левом виске было вырезано изображение черепа в колпаке, выкрашенном чем-то в зеленый цвет. Это открытие резко меняло ход дела.

- ЭЙ! ЭЙ! – я орал так громко, что наверняка перепугал всех бродячих няф в округе.

Господи… что за жизнь у меня? Сижу весь грязный, мокрый, вдыхаю вонь канализации и ожесточенно стучу по макушке старого клыкастого черепа… Впору экзорцистам изгонять из меня одержимость как минимум… или легкую степень безумия.

- ЭЙ!

Зеленый свет снова вспыхнул, угас – будто батарейки полудохлые блин! Но их хотя бы можно пожевать и обратно вставить. А тут чего жевать? Может клык ему выломать?

- ЭЙ! Темный собрат! Услышь меня! – я почти молил, не желая терять эту крохотную надежду – Я друг Крутована Сказочника! А ты из Культа Аньрулла, верно?

Череп внезапно ожил, ворохнулся у меня в руках, клацнула нижняя челюсть, едва не откусив мне пальцы.

- Мы отринули старого бога – проскрипела черепуха и… свет в глазницах снова угас.

- Не провоцируй меня! – предупредил я, бросив быстрый взгляд на начавший прерывисто мерцать факел – Вот щас – не надо! Я друг Крутована!

Череп ожил внезапно:

- Крутован в кольце! В беде! В беде! А может нет… но не пройти… чресла мои там… а я вот тут… а где руки мои? – это было спрошено с таким обреченным трагизмом, что я едва не проронил слезу.

- Я найду! – опрометчиво пообещал я.

- Сохрани лишь голову… спрячь надежно… а остальное явится к нему само.

Я так и представил себе ползущие по грязи скелетистые руки, тащащие за собой реберную клетку…

- Череп твой я сохраню! – пообещал я еще раз – Скажи как попасть к Крутовану?

- Тюрьма в магическом кольце проклятой светлой стражи. Да проклянет их Тьма!

- Да проклянет! – горячо поддержал я эту мысль – Нет ли лазейки через стену?

- Отсюда нет… проклятая стена правосудия несокрушима для столь слабых как мы… Ох если бы еще жили темные титаны в наше время… эти крушители проклятого света…

- То есть никак?

- Попади внутрь кольца стены… и великий Крутован дотянется до тебя своими корнями… его шепот настигнет твои уши, Шмыг… я засыпаю…

- Подожди! Но как туда попасть?!

- А как попадают в тюрьму? Сохрани… сохрани мою голову, о темный друг…

- Да сохраню – вздохнул я, глядя как в глазницах угасают последние зеленые искорки – Где бы тебя подзарядить, а? И куда магопровод втыкать? Ладно…

Поднявшись, я забросил череп в тощий мешок, вытянул из кольца начавший угасать череп и торопливо зашагал к выходу, на ходу сверяясь с картой.

- В тюрьму так в тюрьму – пробормотал я и смахнул с щеки крупного слизня – И чего я тогда бегал от стражи?

Может воспользоваться советом Снесса?

Нет… сначала попробую все решить самостоятельно…

Глава 3

Глава третья.

Сдался я красиво.

Но дешево.

Это если судить по внешнему невзрачному виду. Переодеваться я не стал, боясь конфискации и всего прочего. Предварительно я прочел несколько коротких, но емких гайдов по тюремному вальдирскуому бытию и знал, что стражи на время изымут каждый предмет и каждый элемент одежды, если он может хоть как-то послужить для побега. Раньше игрокам удавалось часто обманывать стражей и покидать тюремные камеры, но при этом охранники быстро догоняли беглецов уже в коридорах и водворяли их обратно, обучаясь при этом и не повторяя прошлые ошибки.

Но в моих целях побег не значился.

Я просто сдался. И сделал это действительно красиво.

Как только в приветственно распахнутые врата вошла плотная группа игроков, что явно была единым отрядом и выполняли какие-то квесты, судя по обрывкам их веселой беседы, я отлепился от скрывающей меня колонны, пристроился рядом с ними и беспрепятственно вошел в большой внешний двор. Само собой, я мог сдаться и раньше, но очень уже хотелось проверить свои возможности. Все вполне получилось – без использования навыков, магии или снаряжения мне удалось миновать двух стражников незамеченным.

Во дворе я отлепился от уже начавших на меня удивленно поглядывать игроков, подошел к сидящему за столом пузатому стражу и буднично произнес:

- Здрасте! Я вор Шмыговик, что сбежал из-под стражи. Вот постер о розыске. Сдаюсь.

Удивленное молчание длилось несколько секунд. Разлепив наконец губы, страж признался:

- Необычно. Очень необычно, чужеземец Шмыговик. Нечасто воры и беглецы сдаются добровольно в руки закона.

- А я вот сдался – улыбнулся я и с надеждой спросил – Можно меня в камеру?

- Не торопись в заключение. Возможно, ты не знаешь порядков, но для чужеземцев предусмотрен особый…

- Путь признания вины и ее искупления не тюремным заключением, а искренним покаянием и возмещением причиненных убытков – кивнул я – Знаю. Но каяться не собираюсь. И ничего возмещать тоже не буду.