ЧВК Херсонес – 2 - Андрей Олегович Белянин

По другой легенде, благородный скакун просто стоял на всех четырёх, подражая каменным скульптурам древних тибетцев. А по третьей, этот здоровущий комок золота просто слегка напоминал силуэт пасущейся лошади. Вроде бы так, ничего личного и ничего лишнего, мы уже об этом говорили. Но дальше-то всё ещё более сумбурно, ох…

Митридат зарыл коня (зачем-то?) в горе, которую все вокруг дружно назвали его же именем, в окрестностях греческого полиса Пантикапея, а ныне – нашей российской Керчи. Был ли это искусственно насыпанный погребальный курган, где схоронили скифского царя вместе с его сокровищами, никто не знает.

Однако саму гору Митридат в начале двадцатого века взрывали два или даже три раза, но ничего, кроме десятка черепков, так и не нашли. Но поскольку этой хренью страдали военные люди, не имеющие ни малейшего понятия о ценностях археологии, то так им и надо! Каждый должен заниматься своим делом, а не лезть в чужие песочницы.

Помнится, как-то раз писатель Антон Чехов был приглашён к кому-то в гости. И там оказался полковник артиллерии, который попытался наехать на классика:

– А раз вы у нас писатель, так вы нам чо-нить почитаете?

На что Чехов незамедлительно парировал:

– А раз вы у нас артиллерист, так вы нам куда-нить стрéльнете?

Может, это и просто исторический анекдот, но ведь многие так же верили в скифскую версию кражи золотого коня. Многие учёные пытались копаться на горе Кастель, в районе Алушты. Там местные жители много лет за стакан вина охотно рассказывали всем желающим жаркие легенды о царице Феодоре! Так что, видимо, в чьём-то нетрезвом разуме имя Митридата вплелось в общий контекст и смешалось с иными. Такое часто имеет место быть. Увы…

И хотя Феодора не имела ни малейшего отношения к скифам, а обычаев хоронить цариц с конями у древних греков тоже не было, но археологи уже сделали стойку! А почему? Да потому что как у тогдашних, так и у современных историков всегда были и есть амбиции! Чего вам ещё надо? Задрав штаны, все побежали выкапывать Феодору с конём…

Ряд других учёных так же громко требовали перенести поиски в район современного Армянска! Ибо там тоже сохранились скифские курганы, как уверяли местные армяне, уже приготовившие гостевые дома, шашлык и разбодяженный коньяк для доверчивых столичных археологов. Но упёртая группа провинциальных оппонентов, наоборот, утверждала, что царь Митридат если где и похоронен, то уж наверняка в искусственных пещерах на крутых склонах горы Медведь, рядом с Гурзуфом. Представляете себе разброс поиска?

А как известно, владык такого уровня частенько хоронили с жёнами, слугами, домашним скотом и кучей сокровищ, поэтому вполне логично, что следы золотого коня следует искать именно там. Но, блин, медведь Аю-Дага большо-о-ой, перекопать его весь жизни не хватит! Не говоря уж о том, что там сейчас (опять!) открылся детский лагерь Артек, и посторонних с лопатами не пускают…

В общем, мужская часть нашего коллектива выползла из комнатки Земнова на свет божий уже ближе к закату. Нас ждал стол, накрытый к ужину, и мрачная, как бобриха, красавица Гребнева. Как вы понимаете, разборки начались практически в ту же минуту:

– Значит так, вы меня игнорируете, что ли? Позвольте узнать почему и с чего? Неужели только из-за того, что я женщина и все ваши претензии исключительно сексистского толка?! Герман, ты раньше не был таким, ты уважал Ипполиту, ты сам надевал женское платье и сидел за прялкой, поэтому я тебе верила… Да, вином пахнет только от одного из вас или уж скорее разит, как из поганой бочки, остальные не пили, верю, но… Александр, как вы-то могли? Вы же просто забыли обо мне, бросили меня одну, не вспомнив ни разу, хотя я уже готова была, образно выражаясь, раскрыть для вас свои ворота Трои, но…

Пока мы с Земновым стояли, виновато опустив головы, наш языковед вдруг испустил истерический писк придушенной мыши и собственноручно облил Светлану из амфоры красным вином от макушки до пят. Asinus asinorum in saecula saeculorum![5] Такого вопля я не слышал никогда…

– Нам пришла смерть? – тихо спросил меня Герман.

– Что бы сказала любая женщина, если б ей вылили сладкое красное вино на чистые волосы и белую тунику? – задумчиво спросил я сам себя. – Пожалуй, смерть будет слишком милосердным наказанием за такое-е…

– Кунай её в фонтан, бро! Отмоем по-быстрому, и нет проблем!

Я не знаю, почему мы послушали этого кучерявого провокатора, но в три пары рук мигом перенесли визжащую на уровне ультразвука девушку к греческому фонтану, с головой опустив её в ледяную воду!

Крики разом стихли, Гребнева сидела на самом дне, медленно отводя руками волосы от лица, и весёлые струйки били её по голове. Она смотрела на нас мрачным взглядом мокрой кошки, а потом я впервые увидел, как вокруг неё закипает вода, а месть оказалась страшной…

Розовая, в пятнах, короткая туника тяжёлым мокрым комком сбила с ног Денисыча, отправив его трансфером под стол. Потом тонкие, нежные девичьи пальчики стальной хваткой поймали меня за грудки, а Германа – за армейский ремень на камуфлированных шортах. Мама!

Секундой позже яростная полуобнажённая (в эффектном нижнем белье!) Афродита топила нас обоих в том же фонтане, где для троих явно было слишком мало места. Пьяненький Диня хихикал из-под стола, крымское солнце улыбалось оранжевым краем, клонясь к закату, ворчливый Сосо заново накрывал ужин, день прошёл недаром…

– Почему именно байкеры?

– Почему нет?

– Просто объясни, я имею право знать.

– Ой, ну они брутальны, недалёки, у них мотоциклы и полная безбашенность.

– А ещё они знают на вкус всех насекомых?

– Фу-у! Они красавчики, носят кожаные жилеты, банданы, сапоги, всё блестит…

– У тебя есть какие-то особые отношения с Хирургом?

– Нет.

– Точно?

– Естественно! Где Хирург, а где эти дебилы…

– Хорошо, а с кем тогда есть?

– Ни с кем.

– Их банда носит знак с изображением гидры. Сколько я помню, у этой твари было много голов.

– И что?

– Много голов – и ты ни с кем? Имей в виду, дорогая, я всё равно узнаю!

– Не подавляй меня как личность!

– Мы единое целое, дура! Как я могу тебя подавить?!

– Абьюзер, тиран, диктатор, варвар, асоциальный тип!

– Истеричка.

– Манипулятор.

– Иди ко мне…

– Нет, нет, нет!

– И я тебя люблю…

…Примерно через час, прооравшись, отматерившись, напроклинавшись и успокоившись, мы все как лапушки сидели за одним столом, заливая накопившиеся проблемы подогретым вином.

И хоть наш специалист по языковедению считал