Запретный плод - Лорел Гамильтон

– На смотрителя они точно напали.

– Он мог быть оглушен.

– Как?

– Кто-то, наверное, мог его оглушить.

– Это похоже на правду?

– Нет. Гули с людьми не работают и с другой нежитьютоже. Зомби подчиняются приказам, у вампиров свои интересы. Гули похожи настайных животных, может быть, на волков, но куда опаснее. Им чуждо понятиесовместной работы с кем-нибудь. Если ты не гуль, ты либо мясо, либо что-то, отчего надо прятаться.

– Так что же здесь случилось?

– Дольф, эти гули проделали далекий путь, добираясьдосюда. Другого кладбища нет на много миль вокруг. Гули так не путешествуют.Так что, может быть – только “может быть”, – они напали на смотрителя, когда онпришел их пугнуть. Они должны были от него удрать. Может быть, они не удрали.

– А не может быть, чтобы кто-то или что-то пыталсяимитировать работу гулей?

– Может быть, но вряд ли. Кто бы они ни были, этогочеловека они съели. Это могут сделать и люди, но люди не могут так разорватьтело. Сил не хватит.

– Вампиры?

– Вампиры не едят мяса.

– Зомби?

– Возможно. Бывают изредка случаи, когда зомби сходят сума и нападают на людей. Они жаждут плоти. Если они ее не получают, то начинаютразлагаться.

– Я думал, зомби всегда разлагаются.

– Плотоядные зомби выдерживают куда дольше обычных.Известен случай с женщиной, которая сохраняет человеческий вид уже три года.

– Ее выпускают жрать людей?

Я улыбнулась.

– Ее кормят сырым мясом. Кажется, в статье было, чтолучше всего баранина.

– В статье?

– У каждой профессии есть свои журналы, Дольф.

– Как он называется?

Я пожала плечами:

– “Аниматор”. Как же еще?

Он и в самом деле улыбнулся.

– О'кей. Насколько вероятно, что это зомби?

– Не слишком. Зомби не бегают стаями, если не имеютприказа.

– Даже… – он посмотрел в записи, – плотоядные зомби?

– Таких известно всего три документированных случая. Ивсе – одинокие охотники.

– Итак, плотоядные зомби или новая порода гулей. Таковвывод?

– Да.

– О'кей, спасибо. Извини, что потревожил тебя ввыходную ночь. – Он закрыл блокнот и поднял на меня глаза. Он почти улыбался. –Секретарь мне сказал, что ты ушла на девичник в этот гадюшник. – Он вздернулброви. – Танцы-шманцы?

– Не доставай, Дольф.

– И не думал.

– Ладно, – сказала я. – Если я тебе больше не нужна, япошла обратно.

– Давай.

Я пошла к своей машине. Окровавленные перчатки отправились вмусорный мешок в багажнике. Подумав, я положила сложенный комбинезон поверхмешка. Еще может когда-нибудь пригодиться.

– Поосторожней сегодня, Анита! – окликнул меня Дольф. –Не хотелось бы, чтобы ты кого-то или чего-то подцепила.

Я сердито на него взглянула. Его ребята замахали руками и вунисон завопили:

– Мы любим тебя, Анита!

– Ну, вас к черту!

– Знали бы мы, что ты любишь смотреть на голых мужиков,– крикнул один из них, – мы бы тебе могли что-нибудь устроить.

– Тот мизер, что у тебя есть, Зебровски, и показыватьне стоит.

Хохот, кто-то шлепнул его по шее.

– Она тебя отбрила, парень! Брось ты ее цеплять, тебекаждый раз от нее достается.

Я влезла в машину под грохот мужского смеха и однопредложение стать моим “рабом любви”. Наверняка Зебровски.