Из рода Бурого Медведя. Том 4 - Федор Анатольев

Мы помолчали, а потом он сказал:

— Откажись Михаил, не позорься… ты всё равно проиграешь.

— С чего это вдруг? Мне думается я выиграю эти выборы…

— Зачем тебе это? Тебе ведь это не надо. Ты не ответственный, не думаешь о роде когда делаешь те или иные поступки. Признай это….

Я молчал. Он был кое в чём прав. Мне это не надо. Пока не надо, но в потенциале…

— Разговора у нас не получается, так что давай разойдёмся, пока не вышла драка, — сказал я.

Збигнев снисходительно улыбнулся и напоследок сказал:

— Ты даже забыл показать Огненный клинок, когда вышел к трибуне… ну какой ты лидер. Ширма для Фёдора…

Я кивнул. Резко направился к трибуне. Постучал молоточком три раза. И обратив на себя внимание притихшей публики сказал:

— Господин Збигнев мне сказал, что я забыл показать Огненный клинок… Я не сделал этого потому что вам и так известно что он у меня есть. Но для тех кто хочет увидеть воочию… вот, сморите он у меня минимум десять сантиметров. Он у меня есть! И больше чем у Збигнева!

Из руки вылетел Огненный клинок, метр в высоту, но тут же сам собой стал маленьким десяти сантиметровым. Все люди молчали. Я спрятал Огненный клинок и разговоры продолжились.

Проходя мимо Збигнева, я услышал от него фразу:

— Больше клинок это ещё значит, что ты меня сильней…

Когда все начали расходится меня поймал Никита и сообщил:

— Нужен адрес через который с тобой можно связаться.

Я подумал и сказал:

— Опасно…

— Чёрт с ним, предвыборный штаб требует! Связь будет через меня, а я не буду к тебе бегать без причины.

У них даже есть предвыборный штаб, поразился тогда я.

— Хорошо…, — сказал я и написал адрес. — Зовут его Финеев Михаил если что.

— Все в штабе будут работать на то что бы сделать вас с Фёдором главными людьми в роду… Но от тебя кое-что потребуется.

— Сами никак? — сказал я недовольно. Не хотелось мне как-то мелькать в делах рода, что бы не быть раскрытым.

— Никак… мы много чего кому пообещали, что бы они за нас проголосовали. А обещания надо выполнять.

— Но ведь голосов с запасом, — сказал я. — Неужели нельзя…

— Мишка! Да нельзя! — начал злиться Никита, его брови негодующе сдвинулись. — Тебе всего одно задание… ты же умеешь отличать ложь от правды.

— Ну умею, — напрягся я.

А дальше он изложил мне суть задания...

От меня требовалось сопроводить одного состоятельного родича на деловую встречу и определить насколько лживы или правдивы его потенциальные деловые партнёры.

Пришлось согласиться.

Глава 72. Решение проблем

По заданию предвыборного штаба и самого Фёдора Бурова, я отправился на деловую встречу вместе с Гостомыслом Елизаровичем. Это был крепкий коренастый старик, весь седой с крупными чертами лица и красным лицом.

По богатству, по финансовому могуществу, Гостомысл лишь немного уступал покойному Илье Фёдоровичу. Но вот по силе он с ним сравниться не мог, так как не входил даже в десятку сильнейших бойцов рода. Не сказать что бы они особо дружили с Ильей Фёдоровичем, но между ним всегда были нейтральные отношения. И сейчас этому человеку требовалась помощь. От него зависело как проголосуют ещё несколько семей, поэтому эту помощь ему решили непременно оказать.

Пока мы ехали в Беломорск к берегу Белого моря, я решил расспросить Гостомысла о том о сём, что бы вникнуть во взаимоотношения рода и в грядущее дело…

— Гостомысл Елизарович, — сказал я. — А как так получилось, что вам пообещали помощь…

Старик шмыгнул своим большим носом и сказал:

— Как-как, они выдвинули мне требование что бы я проголосовал за тебя… а я сказал: а вы мне что?..

— Как эгоистично, — позволил я себе сарказм.

Но Гостомысл Елизарович был ещё тем ворчливым стариком, сарказм он не оценил, хмуро на меня посмотрел и продолжил:

— А я сказал: а вы мне что? А они: а тебе что надо? Тогда я и говорю, у меня сейчас намечается сделка века. И если она выгорит я стану ещё богаче, ещё могущественней. Но партнёр иностранец… которого нашёл один из моих сыновей.

— А что с ним не так?

— Не хотелось бы посвящать тебя во внутренние дал семьи… но придётся. У меня два сына. Один из них нормальный, а второй дурак. Каким-то чудом шатаясь по кабакам или как их там... пабам Лондона он нашёл мне этот золотой контракт.

— Может и не в пабе он его нашёл, — заметил я.

— Может и так, но доверять дураку… Всё вроде замечательно в их предложении. Я и так проверял и так… и людей даже посылал на острова англосакские. Но всё чисто…, — он замолчал что-то обдумывая.

— И всё таки, что-то вам не даёт покоя.

— Да, — резко сказал Гостомысл Елизарович. — Мой сын дурак! А дурак не может найти достойные проекты и связи… ну и ещё моя интуиция мне подсказывает… Недоверие…

— В нашем роду есть провидцы, неужели они не увидели…

— Я же сказал! — раздражённо повысил голос Гостомысл. — Проверяли, ничего не нашли.

— Я понял, — сказал я, не замечая его грубости.

Начало марта выдалось в Петрограде дождливым и тёплым. Ну как тёплым. Температура толкалась где-то между нулём и минус одним, создавая в городе неприятную холодную сырость, много лишней воды на дорогах, а за городом непроходимую слякоть.

Но сейчас мы ехали на север и пейзажи становились всё более снежными. Температура падала всё ниже и сейчас градусник показывал минус пять при сильном ветре и солнце, которое казалось ослепительным при общей белизне вокруг. Замечательная погода, особенно когда едешь в тёплом автомобиле…

Позади нас ехал вторая машина, с охраной. На передних сиденьях нашей машины тоже были охранники — двое. И того шестеро охранников для одарённого это много, пусть и такого богатого как Гостомысл Елизарович.

— А что там в этом Беломорске? — спросил я.

— Закрытые клубы… филиалы иностранных закрытых клубов. Международные элитные курорты…

— Зимой что ли? — не поверил я.

— И летом и зимой… там и для дирижабля есть посадка. И причалы для захода личных яхт. Летом больше народу. Но и зимой есть, я же говорю иностранные закрытее клубы… а значит там не только отдых но и места для переговоров. Этот городок ещё называют «Северная Венеция»… не слышал?

— Нет, —