На вершине Амаравати - Валентин Румынин

С такими мыслями я прошел около половины пути до леса. Стало совсем темно, холод пробирал до костей. Но кое-что согрело мою душу — на далекой опушке горел костер! Я уже различал его свет, но моя радость быстро сменилась испугом — а если опять это слуги Найскату? Но, с другой стороны, они же меня не убили. Значит, не совсем они бандиты. Просто методы грубые. Хотя какой человек скажет правду без угрозы для его жизни? Правда, я ее так и не сказал. Да зачем им всем этот род сдался? Все равно любой из Риервы скажет, что я самый истинный Тинору. Решив таким образом для себя этот вопрос, я почти бегом направился к костру.

Минут через пятнадцать быстрого хода я, измотанный, но вполне довольный, сидел у костра и пил горячий эль. Мой кролик жарился на хорошем вертеле — у ребят, сидевших у костра, было все необходимое для приготовления хорошего ужина. Они оказались охотниками из города Веланир, что севернее Риротека. На вопрос, почему они забрались так далеко от дома, они ответили, что в этих местах очень много транов — маленьких зверьков с очень ценным мясом. Они считаются деликатесом, деньги за них дают большие, а охота на них хоть и ведется особым способом, но большого труда не составляет. Дело в том, что если зверьки гибнут от обычного оружия, у них в кровь выделяется смертельный яд, поэтому ловят их так: с помощью простого заклинания сна любой сносный маг может усыпить зверьков в радиусе двух-трех километров, после чего выпускают специально обученную собаку, которая находит их норы. Затем охотник достает зверя и специальной иглой выпускает кровь. Тран умирает во сне, мясо его становится достоянием очередного богатого стола. Вот за такими зверьми и охотились ребята.

— А кто из вас маг? — спросил я. — Простите мое любопытство, но у нас в Риерве магов нет, а заходят они в наши края крайне редко и обычно не ищут собеседников.

— Он сейчас на охоте, придет под утро, — ответил белобрысый юноша по прозвищу Рваный. Позднее я узнал, что его стали называть так после схватки с диким волком-одиночкой, в которой хищник разорвал парню ухо.

— Звать нашего мага Шаштр Драгну, он из южан, но человек добрый, — произнес второй, с длинным именем, которое я так и не запомнил. — Если хочешь поговорить, я тебя разбужу.

— Ладно, мне как раз вставать рано, — ответил я и улыбнулся. — Ты в ближайших городах знаешь какие-нибудь школы меча? — Этот вопрос меня особенно интересовал после рассказа о мастере Ли.

— Да есть одна в Риротеке, только туда берут с рекомендацией либо от мастеров меча, либо от кшатриев из Запредельного. Просто так туда ты не попадешь. А вот в школу магов возьмут легко, если задатки есть. Вот Шаштр придет и скажет, есть они в тебе или нет. Да только зачем тебе это? Вон сейчас везде Легион свой нос сует, проще к нему пойти. Они и мечом владеть научат, и звание, глядишь, дадут.

«Рваный явно плохо знаком с Легионом», — подумал я, но возражать не стал по соображениям безопасности.

— Да ты сказки-то не рассказывай, — сердито произнес второй человек, явно более опытный в таких вопросах. — В Легионе служить — себя не уважать. Хотя если король уже взял Великие Ашты, то и мы скоро туда попадем. — Он тяжело покачал головой. — Ты, Наан, лучше попробуй в Риротеке мастеров найти да позанимайся с ними месяц-другой. А там можешь и в школу пойти, если рекомендацию дадут.

Наш разговор постепенно перешел на более прозаичные темы. Вкусно запахло готовым кроликом, Рваный легко снял его с вертела и разделил всем поровну. Охотники угостили меня отменным элем, бочковым, с приятным ароматом облепихи. Так мы провели еще некоторое время, после чего я отправился на боковую.

Утром, ни свет ни заря, Рваный столкнул меня с лежанки. Митра еще только поднималась над горами, красный диск заливал багровым светом туманные поля Токанны. Я натянул сандалии и вышел из палатки. В глаза бросились развешанные на ветках тушки транов, похожие на беличьи. Они жалостливо источали запах ушедшей жизни…

— Не жалей. Кто-то умирает, кто-то убивает. Это закон природы, Наан, — произнес человек в длинном плаще с брошью в виде кинжала. — Рваный сказал, что ты интересовался магией. Это так?

— Привет тебе, Шаштр. В моем роду магов нет, но нас всех учат видеть в магическом диапазоне. Один странник сказал, что у нас есть врожденные задатки магии, — ответил я. Шаштр явно нравился мне своей простотой.

— Ты, вероятно, из Тинору? Я слышал о твоем роде. Несомненно, ты обладаешь способностями к простой магии. Они есть почти у каждого человека. Если хочешь, я могу сказать тебе, какой изначальный лер у тебя. Только не задаром! — При этих словах он откинул капюшон, и под лучами утренней Митры я увидел изможденное лицо собеседника.

— А что такое лер? — осторожно спросил я Шаштра, услышав незнакомое слово.

— Это степень твоих магических возможностей, вроде как ступень развития.

— У меня немного денег, но…

— Мне нужна другая плата. — Шаштр подмигнул мне и продолжил: — Насколько я знаю, ты идешь в Риротек. Нужно передать одну вещь магу Тодгору из клана Серых.

— Конечно, — кивнул я, — но если это важно для тебя, почему ты не сделаешь это сам? Ведь я могу и не дойти…

— Дойдешь, — уверенно сказал Шаштр. — Если я наложу заклятие, ты не сможешь потерять эту вещь или взять ее себе. Ты согласен?

Я с трудом подавил желание отвести от него глаза. Он преобразился — на меня теперь смотрел немолодой и сильный маг…

— Согласен. — Мне почему-то стало жутко. — Так ты мне скажешь о моих способностях?

— Пойдем в палатку. Не хочу лишний раз беспокоить моих спутников. Эй, Рваное Ухо, приготовь пару транов для нас! — Он повернулся ко мне. — Мы сегодня поймали их достаточно. Ты ведь не ел на завтрак транов? Поверь, бессонная ночь этого стоит.

…Кроваво-красный кинжал слегка мерцал неестественным светом. Его грани слегка подернулись дымкой, казалось, в нем теплилась жизнь, чуждая металлу. И металл пытался сопротивляться, выдавливая из себя чужеродную силу. Но энергия продолжала течь сквозь него, насыщаясь и впитывая в себя все вокруг. Когда Шаштр прикоснулся к рукояти, кинжал вздрогнул — настолько сила человека превосходила его собственную. Хозяин! И хозяин ответил новой порцией живительной силы. Чужая энергия ушла с остатками крови, обагрявшей лезвие кинжала. Хозяин вытер его и вложил в ножны. Металл замер и успокоился до следующего раза. Я хорошо видел все, что происходило в этом сумбурном потоке энергий и материй.

— Открой глаза, — произнес Шаштр, — металл испил твоей крови. Теперь ты связан с ним, а значит, и со мной. Ты видел течение энергии?

— Да, только почему металл не принимал мою энергию, а боролся с ней?

— Кинжал завязан на мне и никогда не примет чужую силу. Поэтому когда он касается чужой крови, то не принимает ее, и от этого раны, наносимые клинком, становятся гораздо опаснее. Но сейчас не в этом суть. Важно то, что я теперь смогу распознать твою истинную силу. Конечно, сильные маги легко увидят это и без подобных средств, но мой лер этого не позволяет. — Он тяжело вздохнул и опустился на лежанку.