Решительная - Холли Блэк

Я обрету покой — сродни покою

Измокнувшей листвы,

И стану холодней и молчаливей,

Чем ныне вы.

Сара Тисдейл. Мне будет все равно.[4]

Корни вытащил клетку из багажника и с удовольствием взглянул на фейри. Маленький хоб трясся, забившись в угол. Корни бросил крабовую ловушку на заднее сиденье, пересел туда сам и захлопнул дверь. Двигатель работал на холостом ходу, из вентиляции струился сухой горячий воздух.

— Я — могущественный этот… колдун, — сообщил Корни пленнику. — Не вздумай что-нибудь выкинуть.

— Да, — кивнул тот, быстро моргая. — Нет. Не буду пытаться.

Опять игра в загадки! Корни потряс головой. Он не позволит чертову фейри себя запутать или околдовать.

«Спокойно! — сказал он себе. — Тварь в клетке. Под замком».

— Я хочу узнать, как защититься от ваших чар, — сказал он. — И ты мне в этом поможешь.

— Я навожу чары, а не снимаю их, — чирикнул пленник.

— Фигня. Должен быть выход. Я не собираюсь в один прекрасный день радостно прыгнуть с пирса или снова стать счастливой подставкой для ног у какого-нибудь поганого фейри.

— Ни живое дерево, ни каменная стена, ни заклинание не спасут смертного от наших чар.

— Бред собачий! Ведь бывают же люди, которые не поддаются колдовству?

Маленький фейри отпрыгнул в дальний конец клетки и прошептал:

— Смертные с Истинным Зрением. Они могут видеть сквозь Ореол.

— Ага! Как обретают Истинное Зрение?

— Некоторые рождаются с ним. Но таких очень мало. Ты не из них.

Корни от души пнул клетку.

— Говори! Что мне еще надо знать?

— Но разве такой могущественный колдун, как ты…

Корни схватил крабовую ловушку и принялся трясти ее изо всех сил. Маленького фейри мотало во все стороны, бросая от стенки к стенке. Половинка шишки слетела с его головы. Он заскулил, а потом завопил во весь голос.

— Врубился? — спросил Корни. — Какой я, мать твою, могущественный колдун? А теперь, если вообще хочешь выйти отсюда, будь любезен, продолжай!

— Есть один юноша с Истинным Зрением. В огромном железном городе, где живут изгнанники. Он умеет снимать чары со смертных.

— Интересненько, — сказал Корни, доставая кочергу. — То-то же. Рассказывай дальше!

* * *

Ранним утром, когда многие гости все еще дремали на полу в огромном зале Зимнего двора, Ройбен уже созвал королевский совет. Он проходил в пещере такой холодной, что дыхание паром вырывалось изо рта. Вдоль стен, на выступах скал, тускло мерцали сальные свечи. Тающее сало пахло чесноком.

«Да будет наш король изо льда», — вспомнил Ройбен.

Ему хотелось бы, чтобы лед, который сковал холм и деревья, растущие на нем, заморозил и его сердце.

Дулькамара постукивала пальцами по деревянной столешнице, от холода твердой как камень. Над ее плечами поднимались шипастые скелетоподобные крылья, почти лишенные плоти. Бледно-розовые глаза смотрели на короля.

Ройбен невольно вспомнил Кайю. Ему уже начинало не хватать ее. Так человек поначалу не чувствует жажды, пока не подумает о воде.

— Мы слабеем.

Руддлз вышел на середину зала. Зубастая ухмылка не сходила с его физиономии. Он выглядел так, будто постоянно собирался кого-то укусить.

— Многие фейри, преданные Никневин, бежали, когда узнали, что десятина больше не связывает их с Зимним двором. Ряды наших войск поредели.