Пират против всей галактики - Дмитрий Емец

Хотя после деметрианской равнины воздух казался сухим и затхлым, пахло жженой проводкой, а кое-как заваренные борта еле слышно вибрировали, Андрей испытал острую радость оттого, что вернулся на «Звездный странник», в последние месяцы ставший для него единственным настоящим домом.

С полной серьезностью и без всякого смеха он смотрел, как капитан Крокс опустился на колено и поцеловал навигационный куб боевого флагмана, на котором виднелось несколько свежих латок.

– Здравствуй, «Странник», старый дружище! Вот я и вернулся к тебе! Я никогда не смог бы тебя покинуть, – сказал пират с дрожью в голосе.

Рогатый робот последовал примеру капитана. Он грохнулся на колени, но так как рта у него не было, а был лишь речевой динамик, то он несколько раз со звоном стукнулся о навигационный куб рыцарским шлемом.

– Заставь дурака богу молиться, он и лоб себе разобьет, – проворчал Баюн.

В отличие от пиратов и своего воспитанника, старый нянька недолюбливал «Звездный странник». Он хорошо помнил, что из-за этого корабля у них и начались все неприятности. И зачем он поддался на уговоры Андрея и забрался в тот злополучный ящик с ням-нямчиками? Ведь не попади они тогда в контейнер, продолжали бы как ни в чем не бывало жить на Деметре, даже не зная о капитане Кроксе и его боевом флагмане.

Дочь президента уже несколько минут озадаченно разглядывала свою ладонь.

– Что-нибудь случилось? Порезалась? – участливо спросила у нее Василиса.

Лависса подошла к ней, явно обрадовавшись случаю поделиться своим затруднением.

– Нет, не порезалась. Видишь это кольцо с бриллиантом?

– Красивое, – не без легкой зависти похвалила Василиса, у которой никогда не было дорогих колец и украшений.

– Ну и что, что красивое, я не об этом. Оно у меня всегда было на безымянном пальце, а сейчас почему-то переместилось на средний.

– Может, ты сама его переодела?

– Думаешь, у меня склероз? Переодеваю кольца и сама об этом не помню? – обиделась Лависса. – Если хочешь знать, это кольцо вообще не снималось, разве только с мылом. И вдруг ни с того ни с сего оно исчезает с одного пальца и оказывается на другом!

Василиса пожала плечами.

– Не знаю, как такое могло произойти, – честно призналась она.

Взмахивая пестрыми крыльями, к ним подлетел попугай, успевавший сунуть свой крючковатый клюв во все, что происходит в рубке.

– Какие пр-роблемы? Какие вопр-росы к моей пер-рсоне? – выпалил он. – Кольцо не там очутилось? Да будет тебе известно, что это совсем не то кольцо и совсем не те пальцы!

– Как «не те»? Это мое кольцо и мои пальцы! – не поняла Лависса.

– Твои-то они твои, никто их и не забирает, да совсем не те, что были раньше, – успокоил ее попугай.

– Почему? – забеспокоилась Лависса.

– Давай рассуждать логически, – терпеливо сказала носатая птица. – Из чего состоит твое тело? Каждый школьник знает, что из молекул. Могли ли твои молекулы всего за несколько секунд пролететь пол-Галактики? Задумайся об этом своей хорошенькой головкой, и ты поймешь, что, с точки зрения физики, это невозможно. За такое время этот путь мог проделать только пространственный импульс, то есть сигнал, который послал перемещатель.

– А как же мои молекулы? – недоуменно спросила Лависса, не осмыслившая пока всего процесса.

– Опять не поняла? Это же элементар-рно! Твои молекулы, молекулы твоей одежды, твоего кольца и прочего, что у тебя с собой было, остались на Деметре. Сюда же пришел только импульс и собрал твое тело из других подходящих молекул, как из конструктора. Так что ты теперь совсем новенькая, с чем тебя и поздравляю!

– А как же кольцо?

– Подумаешь, кольцо! Ну, пальцы перепутаны – мелкая техническая погрешность, сбой в работе программы! Радуйся, что хотя бы голова у тебя растет оттуда, откуда надо, и правая рука не перепутана с левой ногой! – И попугай зачихал в восторге от собственного чувства юмора.

Сообразив, что все сказанное попугаем чистая правда и она находится в новом теле, Лависса едва не грохнулась в обморок. И зачем она стала задавать вопросы про кольцо? Жила бы и ничего не подозревала, а теперь вот ходи и мучайся, стараясь угадать, что еще в тебе переставили.

Андрей тоже стал разглядывать себя украдкой, и ему показалось, что маленький шрам на правой ладони (упал в детстве с велосипеда) сместился на несколько сантиметров выше, чем был. В остальном же все было как будто без изменений.

– Этот пространственный перемещатель какой-то бракованный! – недовольно проворчал мальчик.

– То, что произошло с вами, ерунда! – утешил его попугай. – Вот лет сто назад, помнится, был случай, когда президенту Земли и его жене перепутали головы. То-то был скандал! Именно после этого пространственные перемещатели и запретили. Никогда не знаешь, что выкинет эта штука.

Капитан Крокс вывел на экран монитора звездную карту и предельно укрупнил сектор космоса, в котором они находились. Он был пустынным, и лишь в нескольких миллиардах километров по направлению к Альдебарану и скоплению звезд Гиады на карте различалась небольшая красная звезда.

Баюн взглянул на ее номер и пролистал звездный атлас, ища ее название.

– Урюк, Утка-II, Улей… Ага, вот: Ундина! Тут про нее всего несколько строчек: «Ундина – угасающая звезда». Вес, радиоактивность, спектр излучения, атомный состав – все как обычно, это можно опустить… А вот что интересно: «В систему Ундины входит одна планета – Оригус. Максимальное удаление орбиты – 60 млн. км. Диаметр – 6 тыс. км. Атмосфера отсутствует. Сведений о наличии биологической жизни не имеется. Ежесуточный перепад температуры – от минус пятидесяти до плюс сорока градусов. Планета была исследована роботом-зондом модели «Следопыт-I» в 2951 году. Результаты исследования, полученные со «Следопыта-I», см. в базе космоданных за тот же год».

– Ничего необычного. Вполне заурядная планетка, – заявил Андрей.

Он прочитал в свое время несколько астрономических учебников и полагал, что разбирается в астрономии.

Капитан Крокс насмешливо обернулся к нему:

– Поверь моему небольшому опыту, мы знаем о космосе очень немного. Возможно, одну миллионную всех его тайн. В нем нет заурядных планет, как нет и двух похожих. Вселенная непредсказуема, как женщина, и свободна, как океан. Ее надо уважать, и уж тем более никогда не чувствовать себя в ней хозяином. Она существовала задолго до возникновения человечества и будет существовать после него.

– Вот-вот! – поддакнул Грохотун. – Неужели ты думаешь, парень, что несколько скупых строк дурацкого отчета, сделанного к тому же древним зондом, дадут тебе полное представление о планете? Да даже исходив ее вдоль и поперек, мы ничего толком не сможем сказать. Я знавал классных ребят, которые погибли именно потому, что не учли какого-нибудь пустяка вроде песчаной зыби или не заменили фильтр в скафандре.