К чему приводят девицу... Дивные сны - Анна Рассохина

— Это я с иллюзорных картин того вечера срисовала.

Я еще раз оглядела великолепный портрет, на нем я казалась себе невероятно красивой! Это порадовало.

— Мне нравится! — объявила я во всеуслышание.

Йена подошла ко мне и шепнула:

— Осмотри внимательнее свою комнату, там тебя еще один подарочек от меня дожидается!

Я удивленно посмотрела на кузину, она приложила палец к губам. Я подавила в себе желание немедленно броситься наверх и все посмотреть, сдержалась и взяла в руки следующую коробку.

В ней находился набор цветочных горшков, разных по размеру, но украшенных одинаковыми рисунками.

— Ты давеча жаловалась, что тебе некуда растения пересаживать, вот я и заказала тебе такие посудины в одной из гончарных мастерских, — поведала Лиссандра.

— Нужная вещь, — согласилась я, уже прикидывая в уме, какие растения я могу сюда посадить.

Взгляд упал на коробку от тетушки Гораны. Она казалась самой объемной, но, в отличие от предыдущей, была достаточно легкой. В ней я обнаружила очень красивое платье из светло-голубого атласа. Воздушное, изящное, легкое, с множеством оборок на юбке и вышитыми цветами голубых незабудников по вороту и рукавам. Восхищенно выдохнула, кузины тоже не остались равнодушны к этому наряду.

— Нет слов! Спасибо вам, тетя Горана, — поблагодарила я от души.

— Я старалась, — улыбнулась в ответ родственница. — Помню, Йена мне рассказывала о ваших метаниях в поисках платьев для осеннего бала. Вот я и сшила его для тебя, чтобы было в чем танцевать. — Потом тетя покосилась на Эльлинира и поспешно добавила: — Или для выпускного бала пригодится.

— Не переживайте, моя дорогая террина, — вклинился эльф. — Я найду повод пригласить вас куда-нибудь, и вы сможете надеть это чудесное платье.

Батюшка залпом допил вино, а матушка отчетливо скрипнула зубами. Я схватилась за следующую коробку. Вероятно, так утопающий хватается за первую попавшуюся соломинку.

Подарок тетушки Ираны был небольшим — очередной браслет. На сей раз украшение изготовили из прозрачного лунного самоцвета. С виду браслет был совсем простым, но я знала, что тетушка-ведьма не станет дарить простых вещиц. С любопытством посмотрела на тетю Ирану, и она мне сказала:

— Это очередной амулет. Правда, одноразовый, — досадливо покосилась на Эльлинира, но продолжила: — Это амулет пространственного перехода. Доставит прямиком сюда, в Крыло. Вдруг срочно захочешь с нами увидеться или помощь понадобится.

— Ого! Замечательно! Какая нужная вещь! Я такой же хочу! — впечатлились кузины, а эльф отчетливо фыркнул, но вслух ничего не сказал.

— Принцип действия простой, — продолжила тетя Ирана. — Просто бросаешь, и все!

— Спасибо! Спасибо вам всем за подарки, — искренне поблагодарила я и бросилась обниматься со всеми своими родственницами.

— О! Я вовремя успела! — По лестнице к нам спускалась Этель. — Все подарки посмотрела?

— Да. — На всякий случай я еще раз огляделась.

— Не все, — раздался вкрадчивый голос перворожденного.

— Ой, — спохватилась я, поглядела на большой букет эльфийских розарусов и бодро предложила: — А давайте поставим цветы в воду!

Про себя подумала, что можно поставить букет в воду и посмотреть, не появятся ли со временем на стеблях почки.

Матушка с недоверием взглянула на меня, видимо, она надеялась, что я верну букет эльфу.

Пока Тенгвин приносил вазу, Эльлинир уже протягивал мне небольшую коробку. Проигнорировав недовольный взгляд маменьки, я развернула подарок. Там находились серьги в форме цветков розаруса с мелкими алмазами, словно капельками росы. Украшения были очень изящными, тонкой эльфийской работы. Мне понравились.

— Спасибо. — Я не смогла удержать восхищенного возгласа.

— Примерьте их, моя дорогая террина, — тихо попросил Эльлинир.

Я осторожно посмотрела на родителей. Матушка стояла, недовольно поджав губы. Батюшка поглядел на тетю Ирану. Та подошла ко мне и пристально осмотрела серьги.

— Самое обычное украшение, без всяких тайн! — зло процедил эльф.

Тетушка продолжала изучать подарок, а затем просто кивнула, подтверждая слова перворожденного. Мне разрешили надеть украшение. На Йену и Этель я старалась не смотреть, ведь серьги мне понравились, и я захотела оставить их себе. Потом подумала и решила все-таки спросить разрешение у сестер.

Все сели за стол. Тихая размеренная беседа перемежалась поздравлениями в мой адрес. В конце вечера папенька обратился к Эльлиниру:

— Господин мир Тоо’Ландил, вы ведь останетесь у нас на ночь?

Эльф бросил проницательный взгляд на мою матушку и с нескрываемым ехидством изрек:

— Если госпожа Лекана позволит…

Маменька безмолвствовала, батюшка бросил на нее недовольный взор и проговорил:

— Да чего уж там, оставайтесь! Негоже в такую погоду ни зверю, ни человеку, да и никому другому на улице находиться!

Перворожденный кивнул. Мы с кузинами переглядывались — нам не терпелось подняться наверх.

— Мам, — жалостливо посмотрела я на родительницу, — можно мы пойдем?

— Нам поговорить хочется, — поддержала меня Лисса.

— Обсудить все, — дополнила Йена.

Мы все с мольбой смотрели на родительниц.

Батюшка с долей неудовольствия смотрел на нас.

— Нилия, у нас гость, — напомнил он.

Я перевела взгляд на Эльлинира. Он улыбнулся и милостиво разрешил:

— Идите, моя террина, я подожду. У нас с вами впереди вся жизнь.

Родители отпустили нас, и мы всей гурьбой поспешили на второй этаж. Ввалились в мою комнату.

— Йена, — с ходу обратилась я, — где твой второй подарок?

— Под подушкой ищи.

Я бросилась к кровати. В это время послышался возглас Латты:

— Дракон!

— Где? — Рыжая встала в боевую стойку.

— Да вот же — на комоде!

Кузины толпой бросились осматривать статуэтку. Я вытащила из-под подушки иллюзорное изображение Корина и поцеловала рисунок.

— Йена, спасибо тебе!

— Нилия, здесь дракон! — повторила Латта.

— Сапфировый, — многозначительно прокомментировала Тинара.

— И что? Мне домовые его подарили.

— Но это же дракон! — настаивала Йена.

— И что? В таком виде он мне нравится! Даже очень!

— Синий?

— А что? Он очень даже красивый, впрочем, как и… — Я снова вспомнила своего дракона: его золотые и красные искорки, глубокие синие глаза. — Тот тоже шикарный!