Страшная тайна - Диана Уинн Джонс

– У нас приказ доставить вас к генералу Дакросу, сэр, – просипел один из них.

Такого я не ожидал – и не только потому, что они так внезапно вынырнули из пыли. Второй солдат оказался девушкой, и оба были моложе меня. По их форме, темно-синей с серым, было понятно, что это самые что ни на есть низшие чины, – раньше я видел солдат в такой форме лишь издалека, в оцеплении, когда они оттесняли подальше простых смертных, которым было позволено находиться от императора на расстоянии крика (точнее, чуть дальше). По тому, как они двигались, по бледным лицам и темным кругам под глазами было видно, что они валятся с ног от усталости. Волосы девушки были покрыты коркой красно-серой пыли.

– Держитесь рядом с нами, сэр, – проговорила она так же сипло, как ее напарник. – Опасная зона, стены могут обвалиться.

Когда мы вышли в густое облако кирпичной пыли, я понял, что она имеет в виду. Мы почти сразу свернули в коридор, где, видимо, располагались жилые покои – низкий проход с каменным полом; я тут раньше не бывал. Когда я обернулся, чтобы посмотреть на тот коридор, по которому ходил обычно, то увидел клочки неба в просветах между искореженными, изломанными балками. Откуда-то сверху доносился грохот – похоже, рушились большие куски каменной кладки. Когда загремело в первый раз, я подпрыгнул, но солдаты и ухом не повели. Грохотало тут постоянно, видимо, они привыкли.

– Тут что, бомбили? – прохрипел я.

– Мощный взрыв в тронном зале, – ответил юноша.

– Огромная дыра в полу. Повредило несущие конструкции, – добавила девушка. – Погибли все начальники штабов и весь Совет тоже.

– И все императорские жены, – сказал юноша. – А когда обрушился административный этаж, погибло много высокопоставленных чиновников.

– И военных, – сказала девушка.

– Тронный зал окружали гвардейцы, – пояснил юноша. – Почти всех завалило.

Не говоря уже об императоре, подумал я. Он был прямо в эпицентре. Не знаю, кто ты, но время ты рассчитал идеально. Судя по всему, одним ударом удалось избавиться от всех высших эшелонов власти в империи. От этого меня одновременно пробрал мороз по коже и одолел смех. Я сделал под платком подобающее случаю скорбное лицо и опасливо засеменил дальше между двумя солдатами в форме. Даже в этом коридоре, который считался безопасным, каменная плитка на полу там и сям вспучилась. А потолок кое-где провисал. В таких местах мы старались держаться поближе к стенам.

После долгих блужданий мы наконец оказались на пороге зала со сводчатым каменным потолком, под которым ярко горели лампы аварийной сигнализации, отчего завеса пыли превращалась в густой синеватый туман. К этому времени очки у меня окончательно покрылись пылью. Пришлось снять и протереть, иначе сквозь эту пелену ничего не было видно. Пока я протирал очки скрипучим платком, мои охранники с явным усилием вытянулись по стойке смирно и вяловато отдали честь. И разом просипели:

– Магид Венейблз прибыл, сир.

Откуда-то из-за ярких ламп послышался тенорок:

– Наконец-то!

Еще кто-то сухо раскашлялся, а третий голос, низкий и гулкий, произнес:

– Великолепно. Ведите его сюда.

Я надел перемазанные очки и двинулся вперед. Учитывая все, что я узнал от солдат, мне, наверное, не стоило удивляться при виде тех, кто оказался во главе империи. Но я удивился. Их было трое, и они сидели за захламленным столом в позах, свидетельствующих о неимоверной усталости. Тенорок принадлежал волшебнику – кажется, в империи они предпочитают называть себя волхвами, – который на вид был даже моложе меня. Глаза у него так покраснели от пыли, что мне поначалу показалось, что из них идет кровь. Впрочем, кровь у него действительно шла, а если и перестала, то совсем недавно – его ранило в руку, и он благоразумно пустил на перевязь нелепый нарядный плащик, полагавшийся по имперским законам всем профессиональным волшебникам. На левом локте поблескивал золоченый значок Бесконечности. Кашляла, оказывается, женщина – очень красивая знатная дама, это было видно даже под несколькими слоями сажи и кирпичной пыли; одета она была весьма странно – в полосатые штаны вроде тренировочных и блузу, сплошь расшитую жемчугом и сапфирами. А третий, очевидно, был генерал Дакрос.

На нем была синяя с серым форма среднего военного чина, насколько я мог разглядеть. Пыльная, драная, а местами еще и прожженная. Как и рядовой, который меня привел, Дакрос уже давно не брился. Подбородок у него был иссиня-черный, короткие кудрявые волосы тоже. Видимо, он принадлежал к одной из темнокожих народностей империи; обычно таких не брали в элитные гвардейские части, и это спасло Дакросу жизнь, а взамен взвалило на его плечи неподъемное бремя ответственности за страну. Когда он посмотрел на меня, я увидел, что лицо у него затравленное, издерганное – виски запали, на синеватых щеках играли желваки. Однако глаза оценили меня вполне здраво, что радовало. Он был старше всех нас, но молод для генерала, из чего я заключил, что дело свое он знает.

Дакрос почти сразу отвернулся. В дальней стене зала была еще одна арка, и когда я подошел к столу, оттуда показалось несколько фигур – они беззвучно, но напряженно надвинулись из облака пыли. Двое положили на стол факсы. Один – в ярко-синем с золотом гвардейском мундире, но с серым измученным лицом – подошел и почтительно зашептал что-то на ухо генералу. Такое уважение меня тоже порадовало. Это доказывало, что генерал Дакрос здесь и вправду главный. Последовал короткий серьезный разговор о захваченных Мировых вратах. Во время разговора я рассматривал стол, на котором валялись рулоны запыленных факсов и стояло несколько портативных военных компьютеров, телепатический приемник (я бы и сам от такого не отказался) и несметное множество пустых пластиковых стаканчиков из-под кофе.

Гвардейцы ушли, и Дакрос снова повернулся ко мне. К этому времени я заходился в кашле не меньше красавицы. И выдавил:

– Генерал, выбирайтесь отсюда скорее, пожалейте чужие легкие!

– Да, я понимаю, – ответил он. – Только что было очередное обрушение. Мы уйдем, как только вы поможете нам решить нашу проблему.

– Видите ли, это в подвале под тронным залом, – пояснила дама.

– А я держу потолок, как могу! – гордо и обиженно ввернул юный волхв.

И правда держит, как может, понял я, ощутив, что творится наверху. Тонны каменной кладки – и он был готов погибнуть, но не дать им обвалиться. Я стал по мере сил помогать ему. Стэн наверняка был бы против, но мне-то что. Весь полуразрушенный дворец словно бы кренился набок. Я осторожно поставил вокруг колдовских подпорок свои, и юный волхв благодарно поморщился.

– Тогда давайте поскорее, – сказал я. – В какую сторону отсюда тронный зал?

Генерал с усилием поднялся. Он был высокий и статный, хотя сейчас и сутулился от усталости.

– Мы вам покажем.

Остальные тоже встали, и тут генерал, похоже, вспомнил об этикете вчерашней империи.

– Ох. Прошу прощения. Это младший волхв Джеффрос, а это кира Александра, верховная дама. Кира Александра – единственная наложница императора, оставшаяся в живых после взрыва.