Педагогика для некроманта - Дарья Сорокина

— Все так же липнешь к Гостклифу? Время идет, а ничего не меняется, — услышала Мёрке за спиной знакомый голос.

Фирс Хассел крутил на пальце серебристую сферу размером с собственный кулак, насмешливо поглядывая на бывшую сокурсницу. Чудовища не собирались давать Натт Мёрке передышку, и очередная неприятность не заставила себя долго ждать. Высокий смуглый блондин с бледно-карими глазами тоже не сильно изменился, очевидно, решив возобновить старую добрую традицию издевок над ней. Натт не была странной или чудаковатой студенткой. Обычная девушка, как и все. Не разговаривала сама с собой, не носила странную одежду или прическу. Просто кто-то должен был попасть в немилость. Так почему же не она?

— Ты теперь аспирант? — осторожно спросила Натт, пытаясь незаметно накрутить сосредоточие на жезл. Фирс — стихийник, какие у нее шансы против элементального мага без поддержки мертвой плоти?

— Ну не всех же назначают преподавателями на престижные кафедры за красивые глазки. И не все могут похвастаться благосклонностью декана. — Хассел перехватил сферу и принялся с любовью поглаживать ее.

— Я не просила об этом, — оскорбилась Натт.

— Вот именно это и бесит. Вы оба не сделали ни черта, а вас назначили на высокие должности, — процедил стихийник.

— Гостклиф Анд усердно работал, чтобы стать руководителем факультета, все это знают, — вступилась Мёрке за педагога.

— Черт, да я не о нем. Я о твоем дружке Синде Форсворде, — маг с неподдельным отвращением произнес имя некроманта-отступника.

Страшные, словно залитые чернилами, глаза.

Впервые за долгое время это имя прозвучало вслух. Сама же Мёрке не находила в себе сил, даже чтобы сложить воедино эти буквы в уме.

На шею Натт словно накинули аркан, и ей казалось, что она начинает задыхаться.

Хассел громко рассмеялся:

— Как? Ты не знала? Твой возлюбленный Гостклиф Анд тебе ничего не рассказал? Он сам и выдвинул кандидатуру Синда. Теперь эта мразь будет вести занятия на всех четырех факультетах, и даже аспиранты должны посещать его лекции.

— Он здесь? — Натт даже не старалась подавить дрожь в голосе.

— Нет пока. Он приезжает через неделю, как раз к началу собраний на факультетах. Смотрю, ты не очень рада, — Хассел слегка смягчился.

— Не твое дело.

— Я знаю, что он сделал с тобой, — стихийник неожиданно стал серьезен, а в голосе появились незнакомые нотки. Сострадание, участие?

Стена, выстраиваемая годами, дала трещину, и Мёрке чувствовала, как из глаз готовы брызнуть слезы.

— Но я здесь не за этим. — Фирс сделал шаг вперед и крепче сжал сферу.

Мёрке не стала ждать его атаки и пустила в ход жезл с лиловым наконечником, заполнив коридор непроницаемой мглой. Но ей не удалось пробежать мимо мага. Он среагировал быстрее и воззвал к одной из своих послушных стихий. Ветер мгновенно ворвался в коридор, и дымка сразу же рассеялась. Хассел с легким недоумением смотрел на некромантку. Она вновь занесла жезл, но руку мгновенно парализовало, и оружие со звоном стукнулось о каменные плиты.

— Нападение в стенах учебного заведения. Госпожа Мёрке, за такое вам полагается дисциплинарное взыскание, — ехидно пригрозил аспирант.

— Ты же сам… — Натт не могла произнести ни слова. Воздух вокруг стал плотным и густым.

Фирс подошел ближе, поднял жезл и отсоединил сосредоточие.

— Ты выбираешь камни еще хуже, чем друзей. — Он поднес лиловый шарик к глазам. — Алмазная крошка и горный хрусталь. Далеко не дешевые материалы, но цена — не всегда показатель качества. У тебя ведь уже взорвалась одна сердцевина, — Хассел многозначительно посмотрел на мелкие порезы на руках и лице Натт. Он бесцеремонно подошел к ней почти вплотную и закрепил жезл и сосредоточие на ее ремне. — Так вот, повторюсь, не тех ты выбираешь, хотя Гостклиф Анд выгодно отличается от толстой лаборантки и безумного некрома…

Он не договорил. Мёрке, вернув контроль над телом, что есть силы ударила Хассела по щеке.

— Заслужил, — внезапно признал он и потер ушиб. — Держи, будем считать это началом перемирия, — он протянул сферу, отливающую перламутром.

— Что это? — Натт недоверчиво покосилась на обидчика.

— Мой весьма удачный эксперимент по геммологии. Сфера памяти. Дарю.

Мёрке уставилась на гладкую поверхность шара и заметила два проступающих силуэта. Маленькая адептка некромантии и преподаватель по ядологии. Слишком долгий и слишком взрослый поцелуй.

— Представляешь, ты сейчас держишь в руках то, что может уничтожить репутацию твоего декана. — Хассел наслаждался видом смущенной некромантки.

— Зачем же ты отдаешь мне такое ценное оружие?

— Оно мне без надобности. Гостклиф Анд не имеет веса на факультете элементалей. Да и все равно такому, как я, не светит ничего, кроме кафедры геммологии, как бы я ни старался. Камни и пыль — это мой потолок, — грустно подытожил маг.

— Почему же ты сам не уничтожил сферу? — Мёрке старалась не смотреть на себя в объятиях взрослого мужчины.

— Тогда бы ты не увидела моего широкого жеста, — пожал плечами Фирс.

— Только и всего? Тебе важно мое «спасибо»?

— Нет. Это скорее мое «прости». Если бы я не показал сферу Синду тогда, он не слетел бы с катушек. Боюсь, это был последний гвоздь в крышку его гроба. Все, что он сделал с тобой в тот день… Я виноват. Как обычно, заигрался. И поверь, я боюсь его не меньше, чем ты.

Мёрке не знала, что ответить. Фирс не был виноват. Он просто был собой: гадким шантажистом, обиженным на всех северян. Не он поддался случайному порыву в кабинете ядологии. Она прекрасно знала о чувствах друга, но что мог противопоставить нескладный подросток красавцу-преподавателю?

Пустышка Натт. Предательница Натт.

— Но я все-таки хочу попросить тебя об одолжении. Если, конечно, ты захочешь мне помогать после всего этого, — осторожно начал Хассел.

— Что тебе нужно?

— Завтра утром покажу. Хватит с тебя на сегодня. — Он протянул руку к ее волосам и вытащил обломок кости. — Это что, крысиный хребет?

— Утром Гостклиф собирался передать мне документы и списки студентов Рё’Тена.

— Я не займу у тебя много времени. Зайду пораньше, — стихийник все решил за Натт.

— Ты знаешь, где я живу?

— Да вся академия уже называет бывшую астрономическую башню башней некроманта. Ты живая легенда — приручила голема плоти. Завтра студенты тебе проходу не дадут. Жди, я забегу с утра. — Мёрке не успела ничего возразить, как Хассел резко развернулся и бросился прочь по коридору.

Гостклиф Анд и глупая девчонка все еще самозабвенно целовались. Мёрке что есть силы ударила сферу об пол. Та не раскололась, лишь подпрыгнула и откатилась в угол. Что ни говори, а Фирс Хассел — талантливый аспирант кафедры геммологии.