Эон. Возвращение заклинателя - Элисон Гудман

– Ты не должна… – возразила я, пытаясь высвободиться. С тех самых пор, как три года назад с ноги сняли лубки, ее еще никто не касался.

Рилла удержала лодыжку:

– У заклинателей есть слуги. Лучше привыкай. – С этими словами она закончила оттирать грязь. – Теперь давай сюда свои сандалии и проходи.

Четыре года назад, когда я появилась на пороге этого дома – полуголодная, измученная, готовая ради еды и тепла притворяться мальчишкой, – Рилла была единственной, кто позаботился обо мне. Сперва я думала: мол, это потому, что я калека, как и ее сын, но потом поняла – Рилла отчаянно желала учителю успеха. Ей хотелось, чтобы он во что бы то ни стало подготовил успешного кандидата.

– Никто не оставил бы нас в своем доме, – однажды призналась она, гладя пыльные волосы Чарта. – Я видела здесь множество ребят, Эон, но ты наша лучшая возможность. Ты особенный.

Я тогда решила, будто она разгадала мой секрет. Но нет, мне удалось обмануть и ее. Но даже если бы Рилла знала правду, то никому бы ее не рассказала. Она была слишком привязана к учителю, благодарна ему за снисходительное отношение к Чарту, и чувство признательности удерживало ее от дурных поступков лучше любых бумажных договоров.

Я протянула служанке сандалии и благодарно улыбнулась. Рилла погнала меня в библиотеку.

– Закрой дверь, Эон, – сказал учитель. Он стоял у шкафа и перебирал ключи, что носил на шее на красной шелковой ленте.

Я заперла двери и стала ждать дальнейших указаний. Учитель оглянулся и кивнул в сторону кресла для посетителей, стоявшего перед столом.

– Садись, – велел учитель, снимая один из ключей.

Сесть? На кресло? Я глянула на учителя – он вставлял ключ в замок. Я правильно расслышала? Пройдя по мягкому толстому ковру, я робко коснулась спинки кресла, ожидая гневного оклика. Ничего. Я снова посмотрела на учителя. Он держал в руках кожаный кошель и небольшую черную керамическую чашку.

– Я сказал – садись, – приказал учитель и закрыл дверцы шкафа.

Я примостилась на самом краешке кожаного кресла и что было сил вцепилась в резные ручки. Я всегда представляла, каким же оно должно быть удобным, но на поверку кресло оказалось жестким, и мое покалеченное бедро тут же заныло. Я поерзала, пытаясь снова поймать то тепло, которое ощутила в саду, но оно пропало. Тогда я глянула на закрытые двойные двери, представляя себе строгую красоту сада. Неужели он забрал мою боль? А вдруг его лунная энергия воззвала к моей скрытой сути? Я поежилась. Учитель прав: нельзя больше туда заходить. Не перед церемонией.

На столе передо мной лежали две небольшие, покрытые черным лаком посмертные таблички. Я попыталась прочесть вырезанные на них имена, но не разобрала перевернутые вверх ногами иероглифы. Учитель сел в кресло напротив меня и пристроил кошель и чашку рядом с табличками.

– Итак, завтра… – начал он.

Я кивнула, не отрывая взгляда от стола.

– Ты готова. – Утверждение, не вопрос, но я снова кивнула.

В голове пронеслись слова старого Хиана. Пора спросить учителя о Втором обратном порядке Дракона-лошади.

– Сегодня я ходил к колдунье, – тихо продолжал учитель.

Я так удивилась, что отважилась посмотреть ему прямо в глаза. Колдуньи работали с травами, зельями и, по слухам, могли общаться с душами неродившихся детей.

– Она дала мне это. – Учитель подтолкнул кошель ко мне. – Если пить его содержимое каждое утро вместе с чаем, лунная энергия остановит свое течение. Но снадобье можно принимать лишь три месяца подряд. Потом оно превратится в яд и уничтожит твое тело.

Я сгорбилась.

– Твой лунный цикл надо остановить на время церемоний, – продолжил учитель. – И если завтра ты преуспеешь, то…

– У меня скоро пойдет кровь, – прошептала я.

– Что?

– Все признаки налицо. – Я опустила голову ниже. – В этом месяце раньше. Я не знаю почему.

Учитель сжал край стола. Его гнев словно повис в воздухе между нами.

– Уже началось?

– Нет, но у меня…

– Тихо, – прервал он, взмахнув рукой. – Если не началось, то еще не все потеряно. Она сказала, что снадобье надо принять до нового цикла. – Учитель взял кошель. – Ты должна выпить его сейчас же.

Он откинулся в кресле и дернул шнур колокольчика, свисавший рядом со столом. Почти сразу же дальняя дверь открылась, вошла Рилла и поклонилась.

– Чай, – приказал учитель.

Рилла снова поклонилась, вышла и тихо прикрыла за собой дверь.

– Простите, мастер, – сказала я.

– Будет крайне досадно, если прихоти твоего тела сведут на нет четыре года усилий. – Учитель в задумчивости сцепил пальцы. – Я не знаю, почему ты, Эон, наделена даром полного видения. Возможно, так решили боги. Да и как еще объяснить мою глупость, когда я, разыскивая достойных кандидатов, опустился до того, чтобы проверить девушку? Это против всех законов. – Учитель покачал головой.

Я знала, что он прав. Женщина не имеет силы. А если и имеет, то заключается она во внешности, а не в духе. И уж точно не в разуме.

– Но у тебя больше мощи, чем у всех заклинателей, вместе взятых, – продолжил он. – И завтра она привлечет Дракона-крысу.

Я отвела взгляд, пытаясь скрыть внезапно нахлынувшее сомнение. А если учитель ошибается?

Он наклонился ближе:

– Когда дракон выберет тебя, то настанет пора заключить сделку. Тут я тебе не советчик: у каждого зверя и каждого ученика она своя. Могу лишь сказать, дракон станет искать в тебе нужную ему энергию, и если найдет ее, то надолго свяжет твою жизнь со своей.

– Какую именно энергию, учитель?

– Как я уже сказал, у каждого она своя. Однако она непременно должна быть связана с одной из семи точек силы.

Учитель в свое время объяснил мне, что это за точки: семь шаров невидимой энергии, образующих цепь от основания позвоночника до макушки. Они регулируют поток хуа, жизненной силы, протекающий как по физическому, так и астральному телу. Похоже, слухи оказались правдивы, заклинатели действительно отдают часть своей энергии дракону. Неудивительно, что они так быстро стареют.

– Когда Дракон-тигр выбрал меня, – продолжил учитель, – он потребовал энергию, с которой добровольно не расстанется ни один мужчина. – Учитель посмотрел мне в глаза, а затем отвел взгляд. – Поэтому будь готова к тому, что легко ты своего не получишь. Нельзя получить силу дракона, не отдав ему взамен что-то очень ценное.

Я кивнула, хотя не совсем понимала, о чем учитель говорит.

– Когда ты заключишь сделку и станешь адептом Дракона-крысы, мы должны быть еще осторожнее. Тебе нельзя оступиться, Эон, или мы оба погибнем.

И тут в глазах учителя отразилась смесь страха и надежды, и я знала, что в моих он увидел то же самое. Дальняя дверь снова отворилась. Учитель выпрямился. Вошла Рилла, неся перед собой черный лакированный поднос с чайными принадлежностями, который поставила на стол.