Гаси Америку! - Христо Поштаков

- …и стакан пепси,- сочувственно добавила Шпротта, резко перевернула исписанную страницу и, вздохнув, приступила к следующей.

– Но вот однажды в его жизни появилась любовь. Ему было тогда лет девятнадцать-двадцать. Он участвовал в народных гуляньях в роли весеннего пугала и поспорил с товарищами, что без подручных средств залезет на стену замка.

– Ах! - дружно отреагировали леди.

– Да-да, мой Барди был во хмелю, ног не чувствовал, но сдаваться не в его правилах. Он забрался на самый верх, и, прежде чем стражник ткнул сапогом в распираемый от смелости панцирь, он узрел принцессу Ландрийскую Розамунду! Девушка прогуливалась вместе с придворными дамами и даже не посмотрела в его сторону, но для Барди было достаточно и этого. Он влюбился, втюрился, втрескался в эту тупую, как задница носорога, дуру…

– Ах, Барди, бедняжка! - отозвались вторым планом подруги.

Это был его первый опыт большого чувства. Но Розамунда внушила ему искажённое представление о женственности и роли мужчины в браке.

– Сучка!

– Стерва!

– Да тварь вообще ползучая,- тихо икнула Хельга и жестом пригласила мальчика-официанта разлить по второму бокалу. Или уже третьему? Неважно… - Знаете, за что она ему отдалась?

Три пары переполняемых любопытством глаз с накладными ресницами уставились на неё не моргая. Юноша с бутылкой тоже замер и пролил вино на скатерть. Получив двухсторонний подзатыльник, он умчался на кухню.

– За сникерс и пару ди-ви-ди-дисков,- прошептала королева. - Не правда ли, мило?

- Фу-у-у,- сморщилась Заманта. - Я бы как минимум потребовала консервированных ананасов со сгущёнкой. И приличную косметику! А то везут сейчас всякую дря…

– Да не в этом дело,- скорбно фыркнула Хельга. - Она его не любила, и он, чтобы пережить эту боль, забылся в делах.

– Ушёл в трудоголизм,- подкинула нужное слово Шпротта.

– Именно! И вот он до сих пор такой, ничем не исправишь. Как личность оформился, профессионально состоялся, детей почти вырастил, домов понастроил, сады разбил…

– А как трудоголиком был, так и остался,- закончила Миринда. - Эй, кто-нибудь, блин, поменяет нам скатерть?

– Вся его жизнь до встречи со мной сформировала в нём этот стереотип поведения. - Нетрезвая королева хваталась за поддерживающие взгляды подруг, как за поручни. - Бегство от любимой женщины! Вот оно! Его единственная тайная мечта.

– К другим женщинам,- немедля предположила Заманта.

Королева вздохнула, её слушательницы тоже вздохнули, и даже официант «чуткие ушки» на кухне вздохнул за компанию. С минуту переглядываясь, дамы примеряли себя на роль той самой «другой», потом вспоминали, кто в последние дни крутился возле короля, но, кроме Горголана, никого не вспомнили.

– Он слишком много времени проводит в обществе мужчин из спортзала,- осмелилась подать голос Шпротта. Шелест переворачиваемой ею страницы записной книжки услышали все. Тишина усиливала звуки и напряжение атмосферы.

– И меня это тревожит,- подхватила Миринда.

– Забавно,- задумчиво улыбнулась Заманта, поправляя упавшую на лоб прядь волос.

– Да не в мужиках дело и не в спортзале, он не гей! - Хельга откинулась на спинку стула. - Можно искать сколько угодно скрытых причин и подводных течений, но я скажу вам только одно: его поведение - это его программа. Он так запрограммирован. Его подсознание просто не знает, что из себя представляет ровная семейная жизнь.

– Ты хочешь сказать,- натянутая улыбка не сходила с лица Заманты,- «жили долго и счастливо» написали не про него?

– Про него сказали бы: «быстро и много»,- мрачно отрезала королева.

– Слушай, Хел, может, «случайно» переломаем ему ноги? - заговорщицки прошептала Шпротта. Все с интересом уставились на подругу. И она с готовностью принялась объяснять: - Я выслушала историю твоих и Барди отношений, и вот что мне открылось. Девочки, вспомните, как они познакомились и при каких обстоятельствах полюбили друг друга?

– Молодец! - Догадка озарила лицо Миринды.

– Ой, лапочка, ты самая умная из нас всех! - прозрела Заманта. - Они познакомились, потому что его величество был тяжело ранен, не мог ходить и нуждался в сторонней помощи. И поэтому у наших голубков было достаточно времени и соответствующие условия для завязывания и укрепления отношений!

Юноша официант, кряхтя, приволок огромный топор для рубки мяса, оставил у стенки и, насвистывая, удалился. Намёк был слишком очевиден. Дамы перевели свои взгляды на любезно предоставленное орудие, тяжело вздохнули и брезгливо отвернулись.

– Все мужики сволочи! - резюмировала Шпротта и захлопнула записную книжку.

Заседание женского совета было закончено. Королеве ещё предстояло составить супругу спортивное меню на завтра.

Хельга покинула ресторанчик последней. Голо-ва у неё кружилась и гудела, как пчёлы в саду. Она вышла в коридор, поразмыслила и направилась в ботанический сад - посмотреть на розы и послушать канареек.

– Я искал тебя, родная. - Муж помахал ей из-за клетки с голубыми филинами. - У них сейчас брачный период, и к ночи начинается самое интересное. Посмотрим?

– Я устала, дорогой, и хочу смотреть только на тебя.

Мы пропустим много интересного! Хельга опустилась на бамбуковую скамейку.

Скажи, милый, как много интересного мы пропустим за время твоего плавания? Ведь женщин не берут в море, верно?

Бывший рыцарь вздохнул и сел рядом с женой. Он выглядел виноватым, но ничего не ответил. Посидев так минут пять и не сказав друг другу ни слова, они молча встали и отправились в спальню. Голубые филины смотрели им вслед круглыми глазищами. Когда супружеская пара исчезла из виду, они нежно потёрлись друг о друга клювами. Начиналось то, что так не хотел пропустить Барди…