Реквием по империи - Диана Удовиченко

Я продолжал разглядывать хаотично движущиеся в воронке тени. Они зачаровывали, гипнотизировали, притягивали. Странно, но вместе с тем сознание не затуманивалось, напротив, мысли летели все быстрее, рождались новые и новые идеи… Я сам не заметил, как обратился к Вселенной, ясно услышал ее тихий, вкрадчивый ответ. Все встало на свои места. Вот оно, решение!

Я обещал закрыть врата, и обещание свое сдержу. Не из страха перед Верховным демоном, а ради Галатона и равновесия в Амате. Но страну надо спасать не только от бездны. Так пусть один враг уничтожит другого. Пусть неукротимая энергия врат послужит на благо империи.

Вериллий сорвал печать в Аллириле, я сделаю то же самое в Андастане, превратив его в выжженную пустошь. Мир от этого ничего не потеряет, он лишь станет лучше и чище. А войско мертвецов и некромантов встречу, вооружившись силой бездны. Надеюсь, Артфаал не ошибся в прогнозе, и юго-восточные врата находятся именно в Андастане. И все же, я рискну.

Если у меня получится, я стану обладателем такой мощи, что у андастанцев не будет ни единого шанса на победу. Возможно, при их уничтожении пострадают галатцы, как это было во время схватки с Вериллием. Ну и что? Зелье мешают — брызги летят. Главное, я закончу эту чудовищную войну. Не по-лужески? Я не особенно уважаю бога, который не смог помочь тем, кто верил в него. Не по-человечески? А что мне до людской слюнявой морали? Прав тот, кто сильнее. Победителей не судят.

Главное, успеть обуздать эту энергию, разобраться, откуда она берется, понять, как с нею управляться. Времени мало. Его совсем нет. Некогда копаться в книгах, проводить эксперименты, исследовать загадочное явление. Есть более простой путь.

Вот он, канал, тянущийся на юго-восток — черный, мертвый, холодный. Нужно наполнить его силой бездны, толкнуть эманации к Андастану. Я простер руку над вратами…

— Нет, герцог! Умоляю, не делайте этого!

Из воздуха выпала черная фигура, стремительно метнулась ко мне, с силой толкнула в плечо. От неожиданности я не удержался на ногах и рухнул навзничь.

Кожу на плече, там, где прошлись острые кошачьи когти, саднило, спина побаливала от удара о камень.

— Кажется, я успел… — обморочно прошептал сидевший у меня на груди Артфаал. — Я почувствовал: с вами что-то случилось.

— Зачем вы мне помешали?

— Выслушайте, герцог, — забубнил демон, — у нас мало времени. Это место убивает меня.

— Так подите прочь.

— Но, друг мой… — голос лорда Феррли становился все тише, кошачье тельце сотрясала крупная дрожь, — нельзя открывать новые врата. Потому что…

— Это нужно для Галатона, — перебил я, не желая слушать нотации оберегающего.

— Нет-нет, вы заблуждаетесь, — простонал Артфаал. — Я догадался, почему Виндор имеет форму четырехлучевой звезды. Это символ…

— Что мне за дело до символов? Убирайтесь!

Душу затопила холодная ярость. Занудливый демон давно уже только путался под ногами, превратившись в ненужный балласт. А сейчас его вмешательство было совсем недопустимо.

— Придите в себя, герцог, — молил между тем лорд Феррли, — отриньте влияние бездны, покровов, вернитесь к человечности!

— Пошел вон, — я взмахнул рукой. С пальцев сорвалось какое-то мне самому неизвестное заклятие, и бессильно обвисший, словно бы вылинявший, кот растворился в воздухе.

— … четыре печати… погибнет весь мир… — донеслись на прощание бессвязные обрывки фразы.

Избавившись от досадной помехи, я поднялся и снова подошел к вратам. Сейчас…

Но теперь бездна больше не тянула к себе, волна ледяной уверенности схлынула, оставив меня на берегу — задыхающегося, вымотанного, измученного. Сил едва хватало на то, чтобы держаться на ногах. И совать руку в эту омерзительную межпространственную дыру уже не хотелось. Мало ли, вдруг ее там кто-нибудь оттяпает?

В голову словно туману напустили — я слабо соображал и, что самое странное, плохо помнил то, что случилось несколько мгновений назад. То ли в этом виновато было воздействие бездны, то ли тяжелые винные испарения, заполнившие подвал. Отодвинувшись от врат, я принялся вспоминать. Твари, кишащие в прорыве… мое желание уничтожить Андастан… Этим я был обязан второму покрову, который продолжал падать, вызывая приступы мании величия и равнодушия к окружающим… Артфаал! Кажется, я обидел Артфаала!

— Лорд Феррли!

Ответом была тишина.

— Ну да, конечно, — торопливо согласился я, — вы не можете говорить. Вы же совершенно обессилели, а здешняя аура…

Удивительно, что демон вообще сумел проникнуть в Виндор и выжить при этом. Как любая магическая сущность, он должен был испытывать мучительную боль и ужас.

— Сейчас, сейчас, лорд Феррли! Отдохните пока…

Я выбежал из подвала. В доме было тихо и пусто. Сэм, Тина и остальные слуги ушли отсюда. Выбежав на улицу, я вскочил на коня и пустил его с места в галоп.

Приехав в Красную рощу, я разыскал начальника имперских псов и приказал выставить усиленную охрану по периметру особняка, когда-то принадлежавшего мне. Не дай Луг, заберутся мародеры или ребятишки решат поиграть в обезлюдевшем доме. Вдруг среди них окажется человек с большими магическими способностями. Это может окончиться трагично для него.

После я сразу же прошел в кабинет Дарианны. Ее величество, как всегда, сидела за столом, который был завален приказами, отчетами и картами провинций.

— Нам нужно поговорить, — сказал я.

— Рик, видишь ли, время… — начала было Дарианна, но, взглянув на меня, тихо произнесла: — Да, конечно.

Я рассказал ей о вратах. В подробности магической схемы вдаваться не стал, о союзе с Варрнавушем тоже не упомянул. Лишь вкратце описал суть проблемы. Императрица имела право знать, что происходит в столице.

И без того бледное личико девушки побелело как мел:

— Что же делать, Рик?

— Постараюсь их закрыть, — обняв Дарианну, я добавил: — обязательно закрою.

О возможностях врат я умолчал. Если уж я поддался воздействию бездны и решил сорвать печати, чтобы уничтожить Андастан, то для императрицы это могло стать слишком большим искушением. Ее величество держалась, демонстрируя железную волю, но я видел: она измучена страхом и ожиданием сражения с некромантами. А тревожить печати было нельзя. Теперь я в этом убедился. В памяти прочно засели последние слова лорда Феррли, огнем обжигая сознание: "Четыре печати… погибнет весь мир…" Это могло значить, что после вскрытия четырех печатей наступит катастрофа. Либо что четыре печати уже сорваны, и следующая убьет всю Амату. Не суть важно. Главное, нельзя использовать схему, ее можно только закрыть.

Успокоив Дарианну, я отправился в свой кабинет, закрылся и позвал:

— Лорд Феррли!

Снова молчание… Я на все лады обращался к демону, произносил различные формулы, даже начертил на полу пентаграмму и по всей форме провел ритуал вызова. Ничего. Артфаал не отзывался. Самое страшное, что я не чувствовал той незримой нити, которая связывает подопечного с его оберегающим. Она всегда была со мной, а сейчас… оборвалась. Чтобы окончательно убедиться в этом, я сплел заклятие Темного огня. Природный источник послушно откликнулся, наполняя силой мою волшбу. Мрак безмолвствовал…