Арвиальская канва - Елена Ахметова

— Ну, это скорее его инициатива, — ответил Ланс, милосердно не пытаясь заглянуть мне в лицо. — Я пришел к нему с предложением отдать волосы Марка, но князь пожелал, чтобы я привел к нему тебя.

— И ты согласился! — я все-таки двинула ему кулаком по плечу от полноты чувств.

Ланс дернулся, пуская удар вскользь, и замер — а я поняла, что поворачиваться к нему все-таки не стоило. Не раньше, чем справлюсь с запоздалой дрожью и слезами, чтобы никто не видел, как я…

Его Величество изволил поймать мое лицо, не давая снова спрятаться.

— Лави, ты говоришь о тысячелетнем фейри, который тренировал изворотливость и коварство, когда люди только-только начали догадываться об их существовании, — сказал он, не отводя взгляда. — Ты правда думаешь, что это я его перехитрил? Да я съем свою водолазку, если он сформулировал условия таким образом не нарочно!

Я шмыгнула носом, успокаиваясь. Вода в ванной уже казалась вполне комфортной, плечо под щекой — теплым и уютным, мужские руки на спине… чрезмерно наглыми и вообще уже не на спине.

— Мысленно я уже затолкала твою водолазку тебе в глотку, — проникновенно сообщила я, податливо выгибаясь под прикосновением. — Зачем, по-твоему, Тиггирн На-Мара понадобилось так подставляться со сделкой?

— Ну, вероятнее всего, ему попросту было скучно. — Ланс пожал свободным плечом, стремительно теряя интерес к разговору. — Захотелось проверить, не отупели ли его потомки вконец на этой своей суше, и вообще любопытно взглянуть на невестку. До сих пор считалось, что встретить свою кохон-тви — к несчастью. Вероятно, я надругался над этим шаблоном…

— Твоя мать тоже была кохон-тви? — поинтересовалась я, вздрогнув и отстранившись.

Ланс досадливо поморщился.

— Понятия не имею. Отец не слишком стремился давать объяснения. Но если учесть, что он все-таки позволил ей родить меня, несмотря на возможные последствия… вполне возможно. Лави, ты точно хочешь сейчас обсудить суеверия фейри?..

— Нет. — Я окунулась с головой, остервенело выполаскивая соль из волос. — Но если ты рассчитываешь использовать королевскую ванну не по назначению, то вынуждена тебя разочаровать. У нас вообще-то посторонний человек в гостиной, который рассчитывает отчитаться по изловленным заговорщикам и поспать, наконец.

Кажется, такая формулировка была куда безопаснее опрометчивого «Марк ждет». Во всяком случае, на этот раз Ланс ограничился тем, что нагнулся за поцелуем и, когда я расслабилась и закрыла глаза, мстительно притопил меня и стремительно выскочил из ванны, опасаясь справедливого возмездия.

— Не знаю, как там насчет встречи с кохон-тви, — в сердцах сказала я, отдышавшись, — а ты — точно мое персональное несчастье! — и, за неимением подходящих предметов, швырнула в него заранее заготовленным полотенцем.

Ланс его с легкостью поймал.

— Что же ты, в таком случае, делаешь в моей ванной? — поинтересовался он, невозмутимо вытираясь.

— Моюсь, — раздосадованно пробурчала я: другого полотенца в пределах досягаемости не было, а вылезать из воды оказалось холодно: кожа тотчас покрылась мурашками, с волос натекла лужа.

— А по-моему, добавляешь работы дворцовым горничным, — мстительно заметил Ланс и подошел ближе — но во избежание досадных инцидентов сразу завернул меня в полотенце. Тут же вздрогнул сам и, недолго думая, прижался всем телом, греясь и грея.

Я запрокинула голову, и Ланс, поймав мой взгляд, тотчас посерьезнел.

— Я не был уверен, что Тиггирн На-Мара отпустит тебя, — признался он, — поэтому решил подстраховаться, побеседовав с его наследником. Но того волосы Марка тоже не слишком заинтересовали. Пришлось импровизировать.

— Думать забудь о том, что у тебя есть такой козырь, как Брианна, — потребовала я. — Или, клянусь, ты тысячу раз пожалеешь, что встретил меня.

Возможно, этого разговора следовало выбрать другое место и время. В конце концов, угрожать мужчине расправой, стоя практически голой посреди его ванной комнаты, — так себе стратегия, да и я не представляла, что могла бы сделать, если бы вдруг понадобилось мстить за сестру. Но Ланс, к его чести, не стал ни язвить, ни огрызаться. Только плотнее завернул меня в полотенце и негромко сказал:

— Я тебя услышал.

Насчет Марка я переживала напрасно. Он уже спал, откинувшись на спинку дивана и грозно хмурясь во сне. Недоеденная булочка и чашка остывшего кофе на столике удачно довершали картину.

— Мне во всем этом видится вселенская несправедливость, — пожаловался Ланс, усаживаясь в кресло, но вместо того, чтобы устроиться в нем для сна, потянулся к кофейнику. — Какого шелликота подданные могут позволить себе спать по ночам, а король — нет?

Разбуженный Марк наградил его хмурым взглядом и устало растер лицо.

— Зато подданные теперь ищут новую работу, а ты благополучно трудоустроен до конца дней своих, — заметил он, смазав конец фразы смачным зевком. — Леди София Канделария в ярости, чтоб ты знал. Чтобы герцогиню крови отсылали строчить бумажки, как какого-то клерка…

— Ее не было в парке, когда я выходил из воды? — уточнил Ланс, самолично разливая кофе по чашкам.

Марк помотал головой.

— Жаль, — вздохнул король, отставив кофейник. — Как раз на зарвавшихся аристократов-то представление и было рассчитано, а публика даже явиться не соизволила… ну да ладно. Расскажи лучше, что здесь было, когда мы отплыли.

Марк отхлебнул из чашки и машинально поморщился. Я тоже: после регулярных экспериментов Керен та слабенькая бурда, которую в дворце выдавали за кофе, казалась пресной и почти безвкусной.

— Лорд Тадео-Тар отказался предоставлять мне своих людей, чтобы проследить за герцогом Талион-Тар и герцогиней Тар-Рендилль, — доложил Марк, с отвращением отставив чашку. — Пришлось задействовать кое-какие знакомства и выдернуть пару человек из дворцовой стражи — было бы очень мило с твоей стороны проследить, чтобы им хотя бы выходной дали. В общем, лорд Остальд сидел над документами как мышь под веником, практически не отлучался и вогнал наблюдателей в смертную тоску. Леди София Канделария, в общем-то, тоже ничем не отличилась, зато ее дочь, которая должна была перенимать полезный опыт, внезапно занемогла на ровном месте и отпросилась у маменьки под предлогом головной боли. Поскольку Ее Светлость еще не знала, что головная боль — это ты, она отправила дочь в особняк, отрядив свою компаньонку в сопровождающие. Наблюдатель пополам разорваться не мог, так что за герцогиню ручаться не станет, а вот маркиза совершенно точно заперлась у себя в спальне, вырвала несколько волос и активировала заклинание, аналогичное тому, что, вероятно, погубило «Королеву Анну». Наблюдатель вызвал подмогу, леди Рейну схватили, не позволив довести дело до конца, и сейчас она дожидается следователя в дворцовом подземелье.

— Значит, заговорщики где-то раздобыли еще волосы, — мрачно констатировал Ланс. — Интересно, где… если черные и голубые волосы в Арвиали достать не проблема, а рыжие можно взять у Рейны, то маги-усилители есть только в столице, и за ними следят внимательнее, чем за королевской сокровищницей.