Сварог. Чужие берега - Александр Бушков

Дрожь под ногами становится сильней с каждой минутой. Бегутк побережью лесные пожары. Сегодня они вспыхивают повсеместно один за другим –после того, как взорвались извержениями горы и раскаленная лава хлынула посклонам. Идти некуда. Весь мир стал серым и невзрачным, как бетон. Не только отпепла, редкими хлопьями сыплющегося сверху, но и от пепла, несущегося вголовокружительной вышине и обесцвечивающего своей пеленой чистую лазурьнебосклона. Солнце превратилось в блеклое пятнышко и обреченно кивало им иззенита; казалось, это не тучи мчатся над головой, а светило стремится куда-тоубежать, но никак не может сдвинуться с места. Бежать было некуда.

– Добраться до Крона мы не сможем, не успеем, –прервал затянувшееся молчание Гор Рошаль.

– Думаете, кронский флот нынче не кормит рыб? –покачал головой Пэвер.

– Флот Крона, равно как и Шадтага, сам располагаетбоевыми кораблями. Они не дадут всяким «адмиралам» делать с ними, чтозахочется.

– Зато наша потрепанная команда прямо позарез нужнаКрону. Равно как и Шадтагу, – невесело ухмыльнулся Олес.

– А кому мы вообще нужны? – резонно спросил Пэвер.

Они обменивались репликами без выражения, не вкладывая в нихни капли эмоций. Как актеры провинциального театра перед пустым залом на сотомпоказе одного спектакля. Потому что все понимали: это самый последнийспектакль. И на него никто не купил билеты…

– Ладно, отставить раскисать! – Сварог все обдумали был готов к разговору. – Пока живы, не помрем. Взвейтесь, соколы,орлами. Не плачь, девчонка, пройдут дожди.

– Какая девчонка? – мрачно поинтересовался Рошаль.

– Это я так боевой дух поднимаю. Девчонок у нас,кстати, аж целых две, и обе вот-вот заплачут… – Он стряхнул с плеч пепел,который превратил его камзол в мундир с эполетами, и, прищурившись, посмотрелна «Адмирала Фраста». – А как вам, голуби мои, нравится этот пароход? Всмысле – прибрать его в наши умелые руки?

– Не смешно, – мрачно заметил Гор Рошаль, кутаясьв свой балахон и глядя в море, как Наполеон со Святой Елены.

– А я и не шучу. Податься-то нам некуда. Впереди –океан до горизонта и даже дальше, позади – лава наступает, под ногами – тонущийматерик, над головой – небо, в которое мы боле подняться не сумеем и с которогона нас вот-вот начнут сыпаться камни. Четвертое измерение, откуда можно было бысмыться в мой мир, – и то закрыто. Так что положение безвыходное во всехсмыслах. Куда ни плюнь, везде погибель… Зато, обратите внимание, прямо переднами – прекрасное, бронированное, вооруженное, быстроходное плавсредство. Ажплакать хочется, какое прекрасное. Ведь так и ждет, стервец, чтобы мы на негосели. И не пассажирами, а офицерским составом…

– Да вы очумели, мастер граф, уж простите загенеральскую резкость! – Пэвер сломал еще один сучок из тех, что подбиралпод ногами. – Там одной команды три сотни человек. Это ж броненосец. Атолщина бортов! А артиллерия, а пулеметы! С пращами и ножиками их будемзахватывать?! Проще повеситься!

– Проще броситься с утеса, – предложилразгорячившемуся бывшему суб-генералу бывший десантный майор. Да, с уступа, накотором расположилась их компания, очень удобно расставаться с жизнью.Пролететь треть кабелота, славно шмякнуться о камни… – Только не хотите лисначала дослушать меня? Я ж не призываю вас построить плот, воткнуть орясинузаместо мачты, привязать к ней пиратский флаг и, горланя удалую песню, взятьброненосец на примитивный абордаж. Этот дредноут, если, конечно, Атар вдруг незатонет раньше, проторчит в заливе до ночи. Плавать все умеют?

– Я не умею, – пробурчал Рошаль.

– Я плохо умею, – сказала Чуба-Ху. – И вообщея воды боюсь.

– Не страшно, что-нибудь придумаем. Так вот! Подпокровом ночи крадемся… то есть тихо подплываем к этой бронированной галоше. Излука, его изготовление я беру на себя, выпускаем стрелу, к которой привязаныканат и «кошка»…

– «Кошку» я знаю, как сделать! – перебил Олес.Наличие хоть какого-то плана и уверенный тон Сварога вывели князя из уныния, ион сразу же впал в состояние нетерпеливого возбуждения. – Из согнутыхкинжалов!

– …Забираемся на корабль по канату, а дальше… ну адальше – как сложится. Здесь ловить уж точно нечего… И, кстати, мастер Пэвер,мы не такие уж безоружные. Мой всем уже известный шаур, кое-какие способностииз тех, что непросвещенный люд именует «колдовскими штучками», Чуба-Ху с еестремительной и смертоносной второй ипостасью, Клади с ее отвлекающей на себямужские глаза внешностью, мастер Олес с его цирковыми задатками и кровьювеликих строителей Старого города, мастер Рошаль с его аналитическимиспособностями и владением кинжалом и, наконец, вы, мастер Пэвер, с вашим полководческимпрошлым.

Сломанная Пэвером ветка на этот раз хрустнула не стольгромко.

– Да ладно вам! У нас в полку это называлось раздаватьнаграды перед боем. А вахтенные, а часовые?.. Какой-то дохлый шанс, может быть,у нас и есть, но только до первого шума. Поднимается шум – и можно смело сигатьза борт.

– Теперь я хотел бы послушать ваши планы, –скрестил Сварог руки на груди. – Для сравнения.

– Идти в Крон побережьем, – сразу же высказалпредложение Рошаль. – Если у нас будет неделя…

– Какая неделя! – всплеснул руками Пэвер. –Не видите, что творится?!

– Никому сие не известно. Вдруг нам выпадет неделя.Например, по дороге в Крон нам может повезти и нас подберет какой-нибудькорабль.

– Какой дурак нас будет подбирать?! – воскликнулОлес.

– «Вдруг», «повезет», ну и план у вас, мастер Рошаль!

– А у вас, мастер Пэвер, простите, какой план?

– Я еще думаю, – ответил Пэвер и потянулся кследующему сучку.

– Что скажешь ты, Клади?

– Мне нечего сказать. – С тех пор как увиделапобоище в заливе, Клади не произнесла ни слова и ни на кого не смотрела. Она неотрывала взгляда от горизонта. Даже сейчас.

– Чуба?

– Если вы действительно хотите взять меня ссобой… – глаза женщины-волка горели такой надеждой, что становилось не посебе. Признаться, боязно становилось, – то я буду участвовать в любомплане, – твердо закончила она. – Я кому угодно сердце зубами вырву. Ядоплыву и поднимусь по якорной цепи. Я обернусь и устрою этим тварям кровавуюбаню. Я…

– Штурмуем это ведро! Решено! – Олес расхаживал вопасной близости от осыпающегося края уступа. – За канатом можно сходить клюдям на берег. Самим найти на берегу, наконец! Давайте, бойцы, давайте несидеть сложа руки!.. Слушайте, а ведь у спасшихся на шлюпках могло сохраниться какое-никакоестрелковое оружие! Нам хотя бы арбалет! Не обязательно отнимать. Предлагаюкупить. Разве этот перстень не стоит арбалета?

И князь принялся стаскивать с пальца печатку с ониксом взолотой оправе.