Именем Горна? - Юрий Погуляй

Редким часам отдыха юноша радовался словно ребенок. Особенно моменту, когда паладин и его друг уходили на охоту, пытаясь отыскать в лесу хоть что-нибудь съедобное. Несмотря на обилие войск в округе, удача странникам улыбалась и поджаренное на костре мясо редкостью не было. Вот только необходимость скрывать дым от костра раздражала Эйдора все сильнее и сильнее. Так хотелось свободы! Так хотелось идти туда, куда хочется, думать о том, что ближе… Не вспоминать проклятую ночь, не видеть по утрам своих седых волос как вечный упрек мертвого бородача.

Эйдор пытался любым способом уйти от прошлого. Как угодно, но забыть. И здесь ему неожиданно пришла на помощь Лемилла… В один из таких дней, когда Ладомар с приятелем исчезли в лесу, Эйдор вдруг спросил красавицу:

– Расскажи о себе!

Роковой вопрос… Расслабился, успокоился, забыл о кольце… Забыл о проклятом артефакте! Забыл о том, что ее любовь всего лишь плод магии Братства. Забыл… Но при этом также не вспомнил об Инис…

– Что именно? – растерянно спросила девушка.

Молодой чародей мог остановиться, унять любопытство и не уточнять. Просто спросить о чем-нибудь другом. Однако не сдержался:

– О своем прошлом! О том, почему тогда, в Храме, ты… Ну почему я тебе понравился?

– Ты вампир, – просто ответила красавица. В глазах ее блеснул странный огонек, похожий на свет отчаяния. – Мне нужен был вампир рядом. Тот, кто будет убивать магов и становиться сильнее. Молодой мальчик, очарованный мною и с таким талантом, – кто может быть лучшим кандидатом? Кто лучше прочих защитит меня от Агона?

Эйдор похолодел, обиженно уставился в глаза Лемиллы, а та, не в силах противиться его команде, продолжала:

– Сильный чародей, могучий. Великий… И преданный только мне!

– Ты… Только поэтому? Только поэтому ты тогда… У тебя в покоях?

– Да. Ничто так не привязывает молодых мужчин, как плотская любовь, – ровным голосом продолжала Лемилла. – Я не хочу об этом говорить, милый. Я люблю тебя больше жизни? Это прошлое!

Эйдор резко поднялся на ноги, сердце норовило выпрыгнуть из груди, внутри зрело желание сейчас же уйти. Просто шагнуть в лес и исчезнуть навсегда. Однако он сдержался…

– Как ты узнала, что я вампир? – медленно, сдержанно спросил юноша.

– Такой молодой мальчик не может иметь вторую ступень, а она у тебя была. Иного объяснения не было. И даже если бы я ошиблась, рядом со мной был бы сильный маг. – Глаза девушки наполнились слезами.

– Замолчи! – бросил Эйдор, и Лемилла покорно умолкла.

Эйдор волком бродил по поляне, не зная, как справиться с бурлящей внутри обидой и презрением к самому себе. Размечтался!

Она пришла тогда не потому, что он ей был дорог? Ей нужна была защита? Вампир в телохранителях? А он-то размечтался… Но почему он даже не задумался об этом? Почему не понял ее лицемерия?

Хотя сам-то он кто? Ведь поработил девушку не ради Анхора… Не ради Братства чародеев или Халда! Ради себя!

Чем он лучше нее? Тем, что действовал в порыве чувств, а не по воле холодного разума? Вряд ли это можно считать оправданием. А Инис? Нет, это другое. Он был под чарами. Она его просто околдовала. Любой на его месте поступил бы так же! Даже паладин сгорал бы от сладострастия на той поляне. Эйдор не виноват в том, что…

Но воин Горна вряд ли убил бы бородача.

Или все-таки прикончил бы?

Когда вернулись Ладомар и его приятель, Эйдор сидел на земле, невидящим взглядом изучая одному ему известную точку. Лемилла лежала, уткнувшись лицом в сырой мох, повинуясь грубому приказу чародея. Видеть ее лицо он не хотел. В глубине души волшебник винил Лемиллу в гибели незнакомого лесника. Ведь он боялся расстроить ее, предстать перед ней в плохом свете. Ладно кони, опять же не его вина. Да и вообще он ни в чем не виноват! А вот то, что его так предали…

– Что за идиллия? – с издевкой спросил у юноши паладин.

К горлу мага подкатил комок ярости, но анхорец сдержался. Воин Горна оказался куда мудрее и прозорливее. Почувствовал натуру Лемиллы, раскусил и не стал скрывать отношения. Его можно было уважать только за это.

– Все в порядке.

– Старр подстрелил крупного зайца, – бросил паладин, удивленный сухостью в голосе Эйдора. – Я промахнулся.

– Я упражнялся у лучших мастеров Кронея, – довольно громыхнул из-под шлема его приятель.

– Зато я в лесах большую часть своей жизни! – возмутился святой воин.

Слушая веселую перебранку друзей, чародей мрачнел еще больше. У него никого не осталось. Лемилле он никогда не был нужен, Агира мертв, а родной Анхор, если узнает о его силе, без сомнений сошлет в Обитель Скорби.

Старр в течение вечера пытался растормошить угрюмого Эйдора, да только старания его успехом не увенчались. Когда же друг паладина наконец отстал, юный чародей попытался уснуть.

Не удалось, мысли назойливыми мухами крутились в голове, возрождая в памяти противные ныне картины. Все ложь, всюду обман. Он никому не нужен! И даже паладин идет с Эйдором наверняка только ради какой-то своей цели…

Утро противной моросью охладило горячку чародея. Дождь казался липким, нездоровым. От такого не спасают плащи и капюшоны. Только заклятия… Обнаружив интерес к идее невидимого купола, защищающего от влаги, Эйдор с наслаждением погрузился в размышления. Он постепенно понимал, как работает отобранная у других магов сила. Он учился ею управлять…

Попадавшиеся на пути странников деревни, к удивлению паладина и непонятной радости его друга, остались нетронутыми. Эйдор не мог понять таких реакций. Что может случиться с простыми жителями? Они же не солдаты, а обычные крестьяне. На простой вопрос: «Почему?» – воин Небесного Горна коротко рассказал, как обычно обходятся с такими поселками в военную пору, и юноша, представив себе выжженные дома и ряды виселиц, надолго замолчал.

Память анхорца, его обычаи, его привычки подсказывали, что это не так, что паладин обуреваем злобой и ненавистью к окружающему миру и способен видеть только такие картины. Что, скорее всего, он их сам и придумал. Что на самом деле это не так.

Но воображение услужливо рисовало перед глазами болтающиеся трупы, оставленные на прокорм воронью.

В поселки не заглядывали, старались обходить их стороной, чтобы лишний раз не рисковать. Появление в простой деревушке такой странной компании не пройдет незамеченным, и если среди жителей найдется хотя бы один усмиец – Агон будет знать, где находятся беглецы.

Однако постепенно Ладомар и Старр пришли к выводу, что хотя бы в одну деревню заглянуть все же придется. Неизвестность пугала. Слухи летят по стране со скоростью ветра, и в поселке наверняка можно будет разузнать о том, что происходит в округе. А значит – подготовиться. Роль разведчика досталась конечно же Старру. Появляться в деревне воину Горна – это значит с шумом и гамом сжечь парочку Детей Усмия и на весь мир сообщить, где скрываются путники. Эйдор слишком неопытен, да при этом еще и анхорец, непривычный к быту простых людей. Вариант Лемиллы даже не рассматривался. Нет ничего более странного, чем выходящая из глухого леса одинокая красавица в охотничьем костюме. Тут и без слуг Усмия новость разлетятся быстрее ветра.