Анатомия теургии - Вадим Скумбриев

— Тогда я напишу тебе. Когда отдохну.

Альма отвернулась, снова взглянув на усеянное трупами поле. Наверное, в чём-то хускэрл был прав. Но воевать она больше не будет. Никогда.

* * *

Они сидели у костра в лагере Багровых, глядя в огонь, и Йону казалось, что в пламени танцуют призрачные фигуры. Он мог бы в этом поклясться, и теперь пытался понять, что это значило — реакцию тела на снятие иттриевых кандалов, или он просто переутомился? Наверное, стоит спросить у Магнуса. Но точно не у брата, который явно не был готов к таким разговорам. И думал совсем о другом.

— Не верю, — сказал Гирт, мрачно качая головой. — Не мог он так глупо погибнуть.

— По-моему, мертвец достаточно похож на Гарольда, чтобы мы не могли обознаться, — ответил Йон. — По всему выходит, что быть тебе королём Хельвега. Ну или отдать корону Тостигу, но вряд ли это одобрят Багровые.

— Вот угораздило… Проклятье! Разгромить врага и умереть в стычке! Чем он только думал?

— Давай будем честны, армию Тостига развалили твои пушки и глаза Альмы. И парни Бернульфа, конечно. Всё, что сделал Гарольд — это рубился на своём фланге с кавалерией Эльфгара, и только. Тоже, конечно, неплохо, но сражение он так не выиграл бы.

— Так-то оно так, но я ж не умею править. Из меня король, как из пастуха.

— А ты представь, что разрабатываешь новый механизм, — Йон усмехнулся и снова потёр запястья, на которых ещё виднелись следы от кандалов. — Только вместо шестерёнок в нём люди.

— Попробую, — Гирт поник. — Вот ведь подложил мне братец свинью.

— Зато я наконец-то смогу заняться наукой, — теург увидел идущего к ним солдата в багровом плаще и, вздохнув, поднялся на ноги. — Кажется, это за нами. Куда делись ведьмы?

— Альма сказала, хочет побыть одна, — Гирт последовал его примеру. — Боюсь, ей не понравилось воевать.

— Без норн южане рано или поздно сомнут нас.

— Да, и всё же…

— Господа, — Багровый остановился, заложив руки за спину. — Ситилла из Таур Дарг, палач Ордена, приглашает вас на суд.

* * *

За годы службы делу Багрового Ордена Ситилле доводилось судить самых разных людей, и таких же разных людей убивать. И сейчас, глядя на Красного короля, она без труда могла вспомнить каждого из них.

Вора, который обучил мелкого демона-бесёнка забираться в дома и открывать задвижки — его сперва поймала городская стража, но, поразмыслив, вызвали Багровых, и совершенно случайно в городе тогда оказалась Проклятая. Его питомец не разбрызгивал скверну, да и в общем никак не вредил людям, так что приговор был мягким — вору предложили Право Искупления. Он согласился, и больше его Ситилла не видела.

Баронессу, жившую в одном из самых глухих уголков Силумгара — она изучала медицину в Ветерингском университете, а по возвращению домой принялась искать эликсир молодости. Увы, его состав потребовал крови — как демонической, так и людской. Когда крестьяне заподозрили неладное, на её счету было два десятка жертв, но эликсир работал: в шестьдесят лет она выглядела едва на тридцать. Ситилла сожгла рецепт и самолично казнила Кровавую даму, как её прозвали местные. За уничтожение знаний её едва не разжаловали, но в конце концов магистру пришлось отступить.

Купца, травившего своих врагов скверной — он держал у себя в подвале нескольких демонов и готовил из их крови изысканный соус, который отдавал специально подкупленным слугам. Те добавляли яд в еду, а хозяин, отведав такого кушанья, медленно превращался в нахцеррета. Когда всё вскрылось, приговор был совершенно ясен: смерть. Права Искупления отравителю не дали.

Учёного, который пытался создать лекарство от скверны — вот только эксперименты свои он проводил на людях, не особо заботясь об их жизнях. Его люди покупали трэллов в Южной марке, а потом отправляли их в лабораторию — оттуда же дорога вела их только в землю. Ситилла с удовольствием отрубила бы лекарю башку, но, увы, рядом стоял книжник Ордена — и ещё до суда он дал понять, какого приговора хочет. И на его стороне был Кодекс. Лекарь получил Право Искупления и уехал в орденский Архив, где продолжил работу. Слышать о нём Ситилла ничего не хотела.

Нынешний случай не был похож ни на один из них.

— Тостиг Торкельсон, — медленно проговорила палач, борясь с желанием закутаться в плащ — утро выдалось морозным. Стоявший напротив Красный король же, казалось, вовсе не чувствовал холода. — Ты обвиняешься в создании пространственного разлома, пусть и чужими руками, что привело к появлению демонов в нашем мире и гибели людей. Ты признаёшь вину?

Теперь все смотрели на него. Здесь, в небольшом лагере Багровых, не было никаких высоких судей — была лишь палач. Она выносила приговор, она же его и исполняла, разрешая древний вопрос об ответственности за убийство. Вор, баронесса, купец, учёный и король — все они были равны в этот момент.

Где-нибудь в столице такой суд собрал бы огромную толпу, но Ситилла никогда не стремилась к ритуальным торжествам. Её дело — определить виновность и утвердить справедливое наказание, а это можно сделать и на снегу под завывания ветра.

— Признаю, — устало ответил король. За его спиной на холме виднелись развалины форта — теперь тёмного и безмолвного.

— Кто хочет сказать в защиту подсудимого? — Ситилла обвела взглядом немногих собравшихся, но ответом ей была тишина. — Что ж, тогда скажу я. Ты не владеешь магией, способной разрывать пространство, и не якшался с демонами напрямую. В ином случае я вынесла бы приговор без тени сомнения, но сейчас… Я предлагаю тебе Право Искупления.

— Я согласен.

Ситилла кивнула двум братьям Ордена, и те шагнули вперёд. У одного из них в руках трепыхался багровый плащ.

— Ты пойдёшь на самые опасные задания Ордена. Ты будешь сражаться со злом, пока не искупишь вину — или не погибнешь. Кровь заливает наши плащи, а смерть приносит искупление. Добро пожаловать, брат.

Багровая ткань легла на плечи теперь уже бывшего короля, и он склонил голову.

— Пусть будет так, — сказал он. — Сим я отрекаюсь от престола и отдаю его своему брату Гирту. Пусть все здесь услышат мои слова. Я не лелею надежды, что это убедит многих октафидентов, и, брат, тебе придётся усмирять их силой. Но это всё, что я могу сделать.

— Как скажешь, — проронил Гирт.

Ситилла перевела взгляд на вторую подсудимую.

— Джаана Илос, — так же медленно проговорила она. — Ты обвиняешься в создании пространственного разлома, пусть и по чужому указу. Ты принесла в мир опасную магию, из-за которой в Амальтею проникло ещё больше скверны. Признаёшь свою вину?

— Да, — Джаана выглядела отрешённой, будто её совершенно не волновала собственная судьба.

— Кто хочет сказать в защиту подсудимой?

— Я, — ответил Магнус, шагнув вперёд — и как-то незаметно оказался рядом с девушкой. Ситилла впилась в него взглядом. Конечно, она знала, что некромант попытается защитить ученицу. Глупо было ожидать иного. — Разлом теперь закрыт самой Джааной, к тому же она всего лишь ускорила естественный процесс. Портал существовал здесь и раньше, и со временем раскрылся бы сам. Магию пространства достал из схрона джумарский маг по имени Фируз, и занимался ею здесь долгое время. Ею ещё придётся воспользоваться, чтобы изгнать демонов из Хельвега, а потом, возможно, попытаться закрыть разлом в Джумаре.