Заклинатели - Наталья Турчанинова

Сагюнаро, которому Рекар симпатизировал больше всех остальных учеников господина Хейона за разумную уравновешенность, стремление к знаниям, естественную вежливость и умение беседовать на любые темы, с любым собеседником, теперь выглядел настороженным, замкнутым, готовым в любую минуту отразить нападение. А тому, что поселилось у него в душе, Рекар не хотел искать названия. Будь он представителем ордена магов, его бы очень заинтересовала красная тень, прячущаяся от его взгляда в глубине зрачков Сагюнаро. Но в обязанности заклинателя влиятельной семьи охота за чужими духами не входила. И он был рад этому.

Один Рэй как будто остался прежним — уверенным в себе и упорным, только белое пламя магии в его серых глазах разгорелось сильнее. И лицо почти утратило подростковую открытость и мягкость, но это произошло не из-за смертельных испытаний — просто он взрослел. Впрочем, как и двое остальных.

Рекар подумал, что Рэй никогда не стремился занять место лидера, но неизменно становился им. И наверняка идея поехать в Агосиму принадлежала именно ему…

Его размышления прервал громкий топот и властный голос, приказывающий остановиться. Возница натянул поводья, экипаж дернулся и замер.

Дверца распахнулась, и спутники увидели человека в военном снаряжении, верхом на лошади. Его окружали несколько пеших солдат с копьями. Он заглянул в повозку, окинул всех присутствующих цепким взглядом, недобро прищурился и обратился к Рекару:

— Мы ждали вас еще утром.

— Меня задержали, господин Кадо, — сухо отозвался тот, не вдаваясь в подробности.

— А это кто такие? — Бледные глаза под густыми сросшимися бровями уставились на Рэя. Морщины возле их внешних уголков показывали, что этот человек уже немолод.

— Это мои друзья. Мы вместе учились.

— Заклинатели? — отрывисто спросил военный, и его суровое лицо чуть расслабилось. Он посмотрел на Сагюнаро, снова нахмурился, будто вспоминая что-то, но не вспомнил и приказал: — Отлично. Следуйте за мной.

— А нас спросить? — тихо произнес Гризли. — Может, у нас другие планы.

Но его не услышали. Дверца экипажа захлопнулась, и послышался быстро удаляющийся топот лошади.

— Единственная дорога, которая ведет к Агосиме, сейчас перекрыта, — сказал Рекар, заметив знакомое выражение упрямой решительности, появившееся на лице Рэя. — Никто не сможет проехать, пока сын господина не будет найден. Так что вам все равно придется задержаться в городе. Я могу устроить вас в очень хорошем канрине. Подождете, отдохнете и, когда все закончится, отправитесь дальше.

— А какой смысл перекрывать путь? — недовольно заворчал Гризли, поглядывая в окно. — Они что, думают, это поможет им найти пропавшего? Он же не на дороге потерялся. Вечно устроят панику…

— Человек, на которого ты работаешь, случайно не наместник провинции Датидо? — неожиданно спросил Сагюнаро.

— С чего ты взял? — нахмурился Рекар, неприятно удивленный его внезапной проницательностью.

— Символ этой семьи — цапля. А здесь она на каждом доме и на значках солдат.

— Не на самого наместника, — ответил тот нехотя, — на его брата, господина Гарру.

— Тогда понятно, почему столько суеты вокруг пропажи этого мальчишки, — воодушевленно произнес Гризли, — небось, если бы крестьянин заблудился, никто бы даже шевелиться не стал. Но ты отлично устроился. Как тебе удалось попасть на службу к таким важным господам?

— Мне помогли, — уклончиво ответил Рекар.

Повозка свернула на боковую улицу и покатила к роскошному саду, за раскидистыми кронами которого виднелась островерхая крыша канрина.

— Ты уверен, что тебе не нужна помощь? — снова спросил Рэй, вглядываясь в непроницаемое лицо Рекара.

Тот неожиданно улыбнулся, покачав головой.

— Ценю ваше предложение, но, только не обижайтесь, думаю, я гораздо более опытный маг, чем вы. И действительно не хочу, чтобы кто-то из вас пострадал. К тому же это моя работа, а со своими делами я привык справляться сам.

Рэй мог бы поспорить с подобной оценкой профессиональной подготовленности каждого из них, но вновь промолчал.

Повозка въехала в широкие ворота, украшенные изображениями все тех же цапель. Здесь они танцевали, грациозно изогнув шеи и вытянув длинные ноги. Цветущая жимолость обвивала резные столбики. На лужайках с аккуратно подстриженной травой виднелись каменные пирамидки, символически изображающие духов-хранителей. Дорожка, посыпанная желтым песком, вела к гостеприимно открытым дверям канрина. Возле них стояли богатые носилки с алым шелковым пологом и золотыми кистями. У дверей застыли два солдата, вооруженные копьями. Сразу было видно, что здесь расположилась важная особа, которой требуется охрана.

Из дома выбежал слуга в ярко-зеленой одежде, сливающейся с цветом лужаек, и бросился к повозке. Едва та остановилась, он открыл дверцу и поклонился, успев бросить любопытный взгляд на гостей.

Рекар, уже привыкший к подобному обращению, спрыгнул на песок и кивком велел заклинателям следовать за собой.

Шагая к канрину, те с интересом осматривались. Соседство мертвого леса Гихара никак не ощущалось здесь. Безмятежность, наполненная далеким щебетанием птиц и перезвоном ветряных колокольчиков, разливалась по саду. Недавно прошел дождь, и с красиво загнутой крыши еще срывались одинокие капли. Они звонко падали в деревянные чашечки, стоящие вдоль слива, вплетая свою звонкую мелодию в умиротворяющую музыку природы, витающую вокруг канрина.

Над деревьями тяжело пролетела большая птица и опустилась где-то в глубине сада. Рэй узнал в ней белую цаплю.

По сравнению с тихими лужайками и цветниками в доме было беспокойно. Торопливо бегали служанки, слышались раздраженные громкие голоса, звон посуды, резкие крики напуганной чем-то домашней птички, которая должна была мелодично щебетать. Возле входа в восточную часть канрина стояли еще двое солдат. Они внимательно смотрели на приближающихся гостей, явно собираясь остановить их, но Рекар свернул в боковой коридор, подальше от грозных стражей.

— Когда ты намереваешься отправиться в лес? — спросил Сагюнаро, шагая следом за ним подлинному коридору в дальний конец дома.

— Сейчас, — ответил тот. Поманил слугу, пробегающего мимо, и приказал: — Проводи моих гостей в свободную комнату. И скажи хозяину, чтобы они ни в чем не нуждались.

— Слушай, может, мы все-таки могли бы тебе как-то помочь? — спросил теперь Гризли.

— Нет, — нетерпеливо ответил Рекар, которому, похоже, уже надоели бесконечные предложения помощи, — это личное дело семьи, на которую я работаю, не думаю, что они захотят вмешивать в него посторонних. К тому же со мной отправится военный отряд, я не буду один. Поэтому перестаньте беспокоиться. Вас все это не касается. — Он чуть улыбнулся, словно пытаясь смягчить резкий ответ. — Отдохните. Приведите себя в порядок. — Он окинул взглядом помятую, грязную рубаху Гризли. — Я вернусь, и мы еще обо всем поговорим.