Магия восстает - Илона Эндрюс

Я лежала на воде и пыталась осмотреться. Я попала в огромную пещеру величиной с половину футбольного поля, где весь пол был заполнен морской водой.

Я повернулась и проплыла вдоль стены. Я довольно хорошо плаваю брасом, но мои ботинки совсем мне не помогали. Они сидели на моих ногах словно два камня.

Пути наверх нет. Стены практически гладкие и идут строго вверх. На одной стороне на стене торчал небольшой каменный выступ, не больше четырех дюймов в ширину. Даже если я смогу добраться туда, сесть у меня не получится. Высоко надо мной в потолке виднелась черная дыра. Должно быть, именно оттуда я и выпала. Несколько футов левее, и меня бы расплющило о каменную стену по пути вниз.

Когда я выберусь отсюда, то непременно найду Володю и его друзей, чтобы поблагодарить их за эту увлекательную экскурсию. Если конечно от них что-то останется после того, как над ними поработают тетушка Би и Кира.

И как, черт побери, мне отсюда выбраться?

Что-то упало в воду недалеко от меня, какой-то темный сверток. Я поплыла к нему. Брезентовый мешок, водонепроницаемый. Хммм.

Мешок пошевелился.

Я отплыла на шесть футов от мешка за один гребок. Очевидно, мне хватило приключений на один день.

Мешок перевернулся. Какая-то выпуклость натянула материю с одной стороны.

Может кто-то сунул кошку в мешок и бросил сюда. Разумеется, если верить моему опыту, в мешке окажется гигантская пиявка, высасывающая мозги, которая немедленно наброситься на меня. Опять же, учитывая текущий бардак в моей жизни, пиявка может не увидеть во мне достойную добычу. Нет, никаких мозгов.

Мешок снова перевернулся.

Кто не рискует, тот не выигрывает. Я снова подплыла к мешку, достала свой нож и перерезала веревку наверху. Ничего не произошло. Я открыла мешок и заглянула в него.

На меня смотрело человеческое лицо с яркими глазами, короткой седой бородкой, острым носом и густыми бровями. Оно принадлежало мужчине лет сорока или пятидесяти. В нем не было ничего необычного, если не считать тот факт, что размером оно было с кошачью голову.

Я видела много всякого дерьма, но это просто вишенка на торте. На секунду мой мозг завис, пытаясь переварить увиденное.

Владелец лица рванул из мешка в воду и пошел ко дну, словно камень.

Он тонул. Проклятье.

Я нырнула и ухватилась за тонущее тело. Он не мог быть выше восемнадцати дюймов, но в моих руках оказался несоизмеримый мертвый вес. Как минимум тридцать фунтов. Я чуть не выронила его. Рванула вверх и потянула его за собой.

Мы выплыли на поверхность.

Я глубоко вдохнула. В мою сторону полетел крохотный кулак. Челюсть разразилась внезапной болью. Неплохой удар. Я потрясла головой, затем потянула человечка к каменному выступу и подсадила его туда. Он забрался наверх.

Мы уставились друг на друга. На человечке была надета бронзовая туника с вышитым воротником, темно-коричневые штаны и маленькие, идеально сшитые кожаные сапожки для верховой езды.

На ком он может ездить верхом? На померанском шпице?

Мужчина моргнул, изучая меня.

Я умудрилась найти хоббита в кавказских горах. Интересно, что он сделает, если я спрошу у него про второй завтрак.

Человечек открыл рот и произнес несколько незнакомых слов.

— Я не понимаю, — сказала я по-английски.

Он покачал головой.

— Не понимаю.

Он снова покачал головой. Русский тоже не сработал.

Мужчина показал налево, лихорадочно размахивая руками. Я повернулась.

Что-то скользило по воде у дальней стены. Что-то длинное и извилистое. От его движений по воде пошла рябь.

Я повернула нож в руке и прижалась к стене так близко, как только могла.

Существо нырнуло вниз под воду. Поверхность воды выровнялась.

Снова рябь, уже ближе, и снова все успокоилось.

В моей голове зазвучала музыка из фильма «Челюсти». Ну, спасибо. Только этого не хватало.

Если бы я была кем-то длинным и змееподобным с большими зубами, и искала, чем бы перекусить, я бы подплыла к своей жертве снизу.

Я сделала глубокий вдох и нырнула.

Ко мне сквозь прозрачную воду плыло серебристо-зеленое чудовище. Тело длинной в четырнадцать футов было толстым, как мое бедро, и оснащено гребнем из длинных шипов. Оно неслось прямо на меня, его большие пустые глаза светились желтым светом на фоне серебристой чешуи.

Змея раскрыла рот, и я увидела огромную глубокую дыру с лесом тонких игольчатых зубов.

Я прижалась к стене, ступнями к скале.

Змея поднялась и бросилась на меня. Я оттолкнулась от стены, схватила ее за шею, прижала к себе и, собрав последние остатки сил, воткнула нож в жабры существа.

Змея начала извиваться, взбаламутив воду. Я держалась, как могла. Отпустить — значит умереть.

Мои легкие требовали воздуха. Я втыкала нож снова и снова, в попытках нанести больше ущерба.

Змея пыталась вырываться с невероятной силой.

Перед глазами поплыли черные точки. Воздух. Срочно.

Я отпустила змею и ринулась наверх.

Змея схватила меня за ногу. Зубы сжали ботинок, но не сумели проткнуть толстую подошву. Я дернулась, пытаясь освободиться. Я уже видела блестящий потолок там, где воздух встречается с водой прямо надо мной. Еще один фут. Давай же. Я ударила второй ногой в голову змеи.

Зубы разжались. Я вынырнула на поверхность и начала хватать воздух ртом.

Человечек на выступе закричал.

Из воды рядом со мной показалась серебристая спина. Я полоснула по ней ножом, пытаясь разрубить на двое. Змея снова ухватилась за мою ногу. Зубы впились в лодыжку и потащили меня вниз.

Я толкалась ногами так сильно, как только могла, пытаясь вернуться на поверхность. Если она затащит меня вниз, все будет кончено. Единственным шансом для меня оставалась магия. Я призвала ее к себе. Не густо — магическая волна оказалась слабая.

Змея затягивала меня все глубже и глубже под воду. Я пнула ее в голову. Один раз. Второй…

Змея отпустила, повернулась и обвилась вокруг меня. Я поплыла наверх так быстро, как никогда в своей жизни. Мои мышцы уже грозились оторваться от костей.

Я всплыла на поверхность. Нужно какое-нибудь слово силы. Я могу скомандовать ей умереть, но Уд, убивающее слово, обычно не срабатывает, и когда это происходит, отдача доставляет мне ужасную боль. Чем сильнее магия, тем меньше боли, но эта магическая волна слабее, чем обычно. От убивающего слова боль будет невыносимой.

Я не могу сейчас на это отвлекаться, иначе закончу свои дни в качестве рыбьего корма. Другим атакующим словом было «преклонись». Вот только у змей нет ног.