Тимиредис. Упасть в небо - Надежда Кузьмина

Мастер снова уставился на меня. В упор. Качнул головой:

— Отличная работа. Как вас отблагодарить?

Не сердится?

— Никак. Простите, что влезли не в своё дело без спроса, но мы бы не испортили. А видеть сломанной такую прекрасную вещь было очень жаль.

Мастер прищурился, задумался:

— Что же, вы сделали мне подарок — примите ответный. Вот часы. Они довольно просты, но точны и надёжны. Выберите себе одни из этой пары.

Как интересно! Небольшие, всего в два пальца размером, серебряные, фигурные. Первые — выпуклый жёлудь на фоне дубового листа. Жёлудь раскрывался, как медальон. Внутри прятался маленький круглый циферблат, а место под ним занимал красивый прозрачный дымчатый камень. Вторые были прихотливее, затейливой формы: на листе плюща сидел жук-олень с приподнимавшимися надкрыльями. И тут под циферблатом тоже был кристалл в ноготь величиной, прозрачный и яркий, — цветом как заварка тайры, если красного шиповника побольше положить.

«Гм, не пойму, что за камни, — хмыкнул Ас. — Но явно не стекло».

Часы с рогатым жуком были причудливее, красивее… но я уверенно протянула руку к первым. Проще, но милее. Да, милее — это правильное слово. И Асу они подойдут больше. Потому что я решила, раз уж так сложилось, сделать из часов амулет связи и отдать тому, кого я полюбила, тому, кто стоял сейчас за плечом и спокойно ждал, пока я сделаю выбор.

— Уверены?

— Да, эти.

— Вы с такой лёгкостью творите добро и делаете подарки, отдавая другим заслуженное… Это само по себе достойно награды. Возьмите, — протянул мне и вторые. — Эти пусть станут вашими, и не отказывайтесь!

Я послушно открыла ладонь, позволяя тяжести часов упасть в руку. И растерянно заморгала. Потому что внезапно поняла две вещи. Первую — что взяла предложенное, хотя не собиралась и не хотела. А вторая была ещё чудесатее — вот откуда мастер узнал, что часы с жёлудем я выбрала не для себя?

Часовщик прищурил серые глаза, усмехнулся, едва заметно качнул головой. Мол, не надо спрашивать. Ладно, ему виднее. Поклонилась в пояс и попятилась к дверям, утягивая за собой Аса.

— Благодарим, мастер. Мы, как сможем, обязательно придём посмотреть на ваш замок, когда будет бить двенадцать часов!

И, лишь выйдя на улицу, поняла, что сама говорила и за себя, и за Аскани. Без стеснения и неуверенности. Ещё шаг вперёд?

Вернувшись к реке, мы устроились на скамейке под зацветающей белой сиренью. Я чувствовала себя озадаченной — казалось, что случилось что-то странное, что-то, чего я не до конца понимаю. Взглянула на Аса — ага, тоже хмурит чёрные брови — думает.

— Как-то не по себе, — выдал наконец Ас. Замялся: — Я пробовал прочесть мысли мастера — и не смог. Осталось ощущение, что мне щелчок по лбу дали, ну, вот как Шон даёт. Без зла, с усмешкой.

Я закатала рукав, открыв злобомер, и приложила к нему свои часы. Ничего. Хотя угрозы я тоже не чувствовала. Но на всякий случай…

— Покажем их Шону, как тот освободится, да?

— Да, — отозвался Ас. — И спасибо тебе за подарок. Я правильно понял, что ты первые для меня и выбирала?

Я наклонила голову, чувствуя, как розовеют щёки. Конечно, для него! А как мне отблагодарить Аса за счастье быть нужной, любимой, желанной, защищённой? За то, как он на меня смотрит? За то, что именно он показал мне, ненавидевшей мужчин с колыбели, что в жизни бывает и совсем по-другому? А ещё — я столько трепала ему нервы! Чего стоит только эта последняя история с мороком Брианн! Так что если я могу его хоть немного порадовать…

— Тими… А почему эти?

— Они показались милее, — попыталась я объяснить. — И камень там в цвет твоих глаз.

Ну и ещё, хотя в первый момент мне это в голову не пришло: стоит ли дарить ревнивому жениху часы с кем-то рогатым?

Ас хмыкнул.

Поднявшись, мы пошли дальше…

Как и следовало ожидать, угулялись мы так, что на ногах еле стояли. А напоследок нас почему-то принесло к Храму. Подозреваю, не без помощи Аскани, который подсказывал, куда надо свернуть на очередном перекрёстке. Он что, думает, что я прямо сейчас за него замуж пойду?

— Могла бы, — хмыкнул Ас. — Сэкономила бы нервы, уйму времени на раздумья и кучу денег на свадьбу. Но, вообще, жениться на тебе я не намерен. Мы сюда за другим пришли.

Это как — не намерен? — захлопала я глазами.

Ас заглянул мне в лицо и хитро ухмыльнулся.

— Вчера Рол сказал, что в одном из приделов Храма перед статуями святых появились интересные подсвечники. По описанию похожи на твои. Хотя, может, просто похожи…

Мои подсвечники? В главном ларранском Храме? Ой, хочу это видеть!

Сама потянула Аса к сводчатым дверям, у которых дежурили двое послушников в серых рясах. Один разглядывал проходящих мимо прихожан, а другой неотрывно следил за вделанным в стену округлым куском кварца. Ага, понятно! Злобомер-контроль на входе. Разумно.

Нас пропустили без вопросов. Я вошла — и обомлела, задрав голову к небесам, точнее, к голубым с золотыми звёздами высоченным сводам Храма. Вот это да!

— Рот закрой и отойди с прохода. Тим, ты то взрослая совсем, то как маленькая, — добродушно подтолкнул меня в спину Ас.

Угу, сейчас. Но теперь, пока не рассмотрим всё, мы отсюда не уйдём.

Ас хмыкнул.

Есть ли мои подсвечники или нет в каком-то там приделе, я не узнала. Потому что не успели мы зайти в первую же большую примыкающую к основному залу нишу, как наше внимание привлекло совсем другое. Сперва я почувствовала, как на руке завибрировал браслет. Шон додумался, как можно привязать к визуальному эффекту нечто такое, что не проворонишь и мимо чего не пройдёшь. Сначала, правда, добрый опекун предложил, чтобы при обнаружении зла у носителя злобомера начинали ныть зубы — но все почему-то отвергли эту интересную идею.

Я закрутила головой: кто? И как скверна могла проникнуть сюда, в Храм?

Ас, стиснув мою руку, тоже начал озираться.

Я не сразу заметила в сумраке ниши напротив нашей три фигуры в длинных одеждах. Шедшие впереди два священнослужителя что-то показывали и манили за собой третьего.

«Это не простые храмовники! Посмотри на их мантии и пояса — настоятели монастырей, никак не меньше!» — мотнул головой Ас.

Пояса? Да, не просто серые, а — в неверном свете свечей я не была уверена, что правильно разглядела цвет — лиловые. Но вот золото вышивки не заметить было невозможно. Но как же это? И кто из них?

Пока таращилась, кусая губы, высокий храмовник из первой пары отстал, оказавшись последним, — и вдруг неожиданно резко ударил ребром ладони по шее третьего, который сначала шёл сзади. Тот споткнулся и начал падать вперёд, носом в пол. Но не упал — передний ловко его подхватил. И сноровисто уложил на пол, опустившись рядом на колени. Сунул руку за пазуху…