Нить вечной судьбы - Павел Андреев

— Я слышала, что к Пруану присоединятся еще семь стран. Такой неизмеримый союз вполне справится с одним Лострадом. Правда, все портит Адайн. Из-за него одного мы пойдем на жуткий риск. С другой стороны, если мы поддержим короля и победим, мы окажемся прямо у лакомого куска и сможем заявить свои права на много чего. Я считаю, что нам стоит пойти на этот риск. В долгосрочной перспективе, наемникам удастся одержать победу и получить, что мы заслуживаем, — решительно заявила молодая девушка, уютно расположившаяся на подоконнике. — Передайте мое послание и скажите, что мы пойдем на эту войну за королем Тормаком.

— Как пожелаете, — ответил наемник, выполняя поклон. Затем он направился вниз. Выйдя во двор, он осторожно приблизился к мужчине, проводившему переговоры с Тормаком, и передал ему послание от имени девушки.

— Хорошо… король Тормак, ты получил свою поддержку. Кланы наемников присоединятся к тебе, — приподняв голову, с надменностью проговорил мужчина, резко поменяв свое мнение. — Но учти, если мы не получим обещанную выплату, ты пожалеешь о своем решении.

— Можете не беспокоиться насчет этого, выплаты будут своевременными. Рад, что вы одумались и пойдете за мной, — озвучил король и развернулся.

— Нет, мы не пойдем за вами. Мы пойдем с вами за ваши деньги. Затем мы пойдем своим путем, как всегда, — неохотно отвечал наемник, сопротивляясь идее принять власть и титул короля.

Тормак кивнул и направился к арке, откуда пришел. Мужчина, окруженный наемниками, позволил себе остановить его.

— Постойте! Я слышал, что у вас завтра свадьба. Раз уж мы стали так близки, почему бы нам не наведаться? — сказал мужчина.

Король остановился и насторожился.

— Тьфу, — пренебрежительно плюнул командир наемников, сидящий справа от центрального мужчины.

— Ну а чего? — добавил наемник, находящийся рядом. — Поедим, выпьем, повеселимся.

— Да пошли они все куда подальше, — с презрением и раздражением ответил мужчина, плюнувший на землю.

— Но почему бы нам не отправиться и не посмотреть на элиту, на истинное и подлинное благоденствие? На истинный и подлинный успех? Ведь у нас теперь есть новый знакомый, который без проблем покажет нам этот мир, не так ли, ваше величество? — с улыбкой на лице произнес мужчина, занимающий кресло.

— Истинный и подлинный успех — это, когда тебя выбросили совсем ребенком собственная мать в канаву, но ты сумел выжить и теперь решаешь, помогать ли королю или нет, — сказал мужчина, озвучивший решение девушки, остающейся серым кардиналом.

— Нет. Пусть сами празднуют, аристократы эти поганые. Я терпеть не могу слушать успешных людей. Они всегда несут какую-то чушь, но с таким благородным лицом, что грех не поверить, — заявил наемник, одетый в дорогую и нарядную одежду, чтобы подчеркнуть свой высокий статус.

— Полностью согласна. Для них мы всегда будем просто безымянными и безродными дворняжками. Глядеть на утонченных, высокомерных бездельников мне не хочется. Поэтому ступайте Тормак, вас во дворце заждались, — произнесла женщина, которая руководила собственной бандой наемников.

Тормак почувствовал облегчение, и покинул двор.

— Мы идем резать глотки и набивать карманы золотом! — раздался голос со двора.

— Отличная речь, мой повелитель, — сказал командир адептов, уважительно кланяясь. — Иного решения этого вопроса нет и не было. Эти люди не те, с кем стоит конфликтовать и вступать в споры. Вы достигли своей цели, используя мягкую силу, и теперь они будут впереди всех защищать интересы вашей страны. Ведь, как я понимаю, именно они первыми встретятся с элитой Лострада. Теперь наемники будут убивать и умирать за интересы вашей страны.

— Нет. Они будут это делать за свои интересы к золоту нашей страны, — ответил Тормак и направился в свою крепость.

На верхний этаж здания поднялся наемник, который ранее вел беседу с Тормаком. У окна, к которому пристала взглядом молодая дама, он продолжил свой диалог, обращаясь к ней с некоторой надеждой.

— Госпожа, вы считаете это разумным? — продолжая дискуссию, наемник задал вопрос девушке, которая, в отличие от него, была скромно одета и смотрела из окна.

— Что именно ты имеешь в виду, И́бот? — просто и непринужденно спросила дама, сходя с подоконника.

И́бот предложил свой вариант, считая его наилучшим:

— А не проще ли нам просто переждать эту войну? Остаться в стороне и не жертвовать нашими людьми, которым, от жизни не досталось ничего хорошего. А еще лучше показаться в самый последний момент, договориться с лострадцами, встать на их сторону и заработать немало золота и серебра.

Девушка, размышляя, отвергла предложение наемника с явными сомнениями:

— Думаю, что такой способ заработать нам не подходит. Ведь в Лостраде наемничество запрещено, и подобные услуги караются смертью.

— Но разве лострадцам не нужны лишние люди? — понимая, что примкнуть к лострадцам будет выгоднее.

— Поверь мне, если лострадцы откинут пруанцев к их столице, то им ничья помощь не потребуется. Но я все же уверена, что пруанцы и их союзники смогут одолеть Лострад Да, с большим трудом и большой кровью, но они победят, — сказала девушка, покидая комнату и спускаясь по деревянной винтовой лестнице.

И́бот, идя рядом с молодой женщиной, выразил свои опасения:

— Но у них же есть Адайн…

Королева наемников откликнулась, сохраняя уверенность:

— А у Пруана ведь есть весь Северный Орден.

— Я сомневаюсь, что этого достаточно, чтобы укротить Адайна, — осторожно сказал наемник.

— Меня впечатлил Тормак. Он пришел совершенно один и не побоялся потерять свой авторитет. Пришел выступать перед сволочью и отбросами, и не унизился. Это много значит для человека его статуса, — как только она спустилась в холл, где толпилась орда наемников, лидерша всех пруанских наемных убийц поделилась своими впечатлениями.

В то время королевскую крепость активно готовили к свадьбе. Повозки с продовольствием неустанно проезжали через ворота королевской цитадели. Слуги суетились, размещая вазы для букетов и цветов, ради которых были привлечены столичные цветоводы. Это придавало крепости совсем другой облик. Прислуга неустанно металась, перенося свечи, кувшины и подносы, тщательно вытирая пыль и осматривая каждый угол, чтобы удостовериться в том, что крепость готова принимать своих высокопоставленных гостей.

Королевская твердыня, построенная из черного камня и не менее черной стали, проникнута была духом севера, или, возможно, север стал пронизан духом этой крепости. Стальные шипы, острые углы, морозный страх, ужасное величие, несгибаемая воля и влияние, все это, прикрываемое лишь под красотой стволов пруаниции, растущих во дворе, начинало сменяться более мягкими и приветливыми тонами.

На следующее утро во двор крепости начали прибывать гости, которых пригласили Тормак и Лерета. Небо было безупречно ясным, и не было и намека на облачко. Это означало, что лучи Еирии, богини солнца, сегодня были особенно нежеланными для высшей пруанской аристократии. В