Вондер. Том 1 и Том 2 - Дмитрий Крам

вышел из игры и блаженно растянул губы в улыбке. Выходной. Никаких приключений грядущей ночью. Только сон. Хотя… Может и бессонница. Да и сны разные бывают. Блин, отвык я сталкиваться с ними один на один, без посредника в виде ночных забегов в Магоземье. Даже интересно, что выкинет мой разум в таком случае.

Будем надеяться, обойдется без сюрпризов.

Глава 30

Поутру я накидал в отчет заметки по Холдесту, в безусловные плюсы записав интересную придумку с юным ярлом.

После завтрака решил поделать практики. Начал все по очереди, медитация, созерцание, отключение внутреннего диалога. И на очередной попытке заткнуть безумный рандомайзер собственных мыслей меня осенило. Ведь суть у всех практик одна — дать разуму отдохнуть. Хотя бы пять минут не думать.

А что если, высвобождая эту энергию размышлений, мы именно её потом и тратим во сне? Возможно. Или это опять же просто эффект поддержания собственного намерения. Тоже не исключено. Но, скорее всего, как всегда всё вместе.

День прошел отлично. Я переписывался с Татой, сходил в спортзал впервые за очень долгий промежуток времени. Тоже необычные обстоятельства для мозга. Во время тренировки слушал аудиокнигу.

Остаток дня прошел в кормежке себя разными впечатлениями. Сходил в книжный, просто чтобы полистать томики, почитать первые главы и полюбоваться на обложки. Дома же снова запустил цикл разномастных развлекух. Час поиграл в пятых героев, двадцать минут глянул аниме, остальное время глядел первые серии сериалов.

Вечером Тата позвала меня на выставку, а потом планировался поход в её собственную галерею, то есть квартиру. Сегодня уже можно было обойтись без пафоса, так что я просто приоделся в нормальные шмотки, помыл кроссовки и вышел из дома с предвкушением чего-то интересного.

Девушка тоже особо не прихорашивалась: духи и помада, блузка и джинсы. Тем не менее и так она могла покорять сердца. Природное обаяние.

— Ты очень милая сегодня, — сказал я совершенно искренне.

— А ты естественный, и это тебе идёт ничуть не меньше костюма, — улыбнулась она.

Мы проследовали на выставку. Открытие было достаточно неформальным. Возможно, поэтому пришло много разномастного народу. Студенты, группы пока никому неизвестных художников, и ослепительные дамы в платьях, что вышли на очередной светский раут. Шампанское не подавали, отчего последние себя чувствовали неуютно и больше обсуждали окружающих, чем предметы искусства. Хотя, может, они всегда так делают.

— Что скажешь? — остановились мы у первой картины.

Чуть не ляпнул «мазня», но вовремя себя остановил.

— Некрасиво, — выдал я свой максимум. — Автор явно что-то хотел сказать, а может, не хотел сказать ничего, тем самым сказав даже больше, чем хотел.

Тата засмеялась.

— А ты разбираешься.

— Еще бы, — фыркнул я. — У меня девушка — художник!

Мы не спеша фланировали от одной картины к другой.

— Вот, — остановился я. — Достойный образчик искусства.

На стене весела фотография абсолютно голой женщины. Типа концепция, ага. Мол, женщина сама по себе произведение. Так кто б спорил? Ну ведь банальность.

Обычных и понятных для обывателя картин была едва ли треть. Они сразу контрастировали с «интеллектуальной» жвачкой для задрот… для эстетов и специалистов. Мне подобные, разумеется, импонировали больше. Порог вхождения нулевой. Смотришь на портрет плачущей женщины, у которой в глазах отражается распятый Иисус, и всё сразу понятно.

Мы вышли и прогулочным шагом направились в сторону дома Таты.

— Ну, что думаешь? — спросила она.

— Современная художка переживает такой же кризис, как и всё остальное. Я уверен, у них срачи в чатиках ничем не отличаются от писательских.

На это девушка лишь задумчиво хмыкнула.

— По сути, чтобы стать художником теперь даже необязательно уметь рисовать. Нужно только играть роль и придумывать что-то концептуальное. Ты, если будешь выставку делать, меня зови. Я тебе столько вещей «сос мыслом», — тут я сделал кавычки пальцами, — придумаю.

— Хорошо, учту, — одарила она меня веселым взглядом.

Когда мы поднялись к ней в квартиру, я с удивлением обнаружил, что внутренний голос трусливого Костика меня не донимает. Молчит. Я словно в зоне комфорта. Будто бы уже сто раз приходил к ней в гости. Неужели с человеком сразу может быть настолько уютно?

— Охренеть! — выдал я с порога. И даже сразу кольцо на пальце покрутил, делая проверку на сон. Картины висели повсюду. Я словно в какой-то сюрреалистичный музей попал. Хлопнула дверь, выводя меня из оцепенения.

— Ну как? — откровенно смеялась надо мной девушка.

— Тебе бы еще зеркал добавить и лампы разноцветные.

— Зачем?

— Чтобы два денька тут пожить и сразу в спецучреждение отъехать. Это… даже не знаю, декорации к новому детективу от создателей «твинпикса» и «черного зеркала».

В коридоре висели по большей части достаточно неплохие «фанфики» на классиков. Тата пробовала разные стили и подражала мастодонтам, а вот в комнате уже во всем прослеживался её собственный уникальный стиль. Всё яркое цветное, немного грубое, привлекательное и очень естественное.

— Я в шоке, — признался я. — Это же нельзя дома хранить. Это люди видеть должны!

Девушка выдала смущенную полуулыбку. Я ошарашенно озирался, а потом вдруг встретился с ней взглядом.

— С тобой так комфортно, — сказал она неожиданно и приблизилась ко мне.

Поцелуй быстро вышел из-под контроля. Я опомниться не успел, как уже стягивал с нее блузку. Лампочка в спальне не работала, и загорелая кожа Таты была удивительно гладкой и принимала какой-то особый магический оттенок в пробивающемся через окно лунном свете.

* * *

Несмотря на усталость, я не мог уснуть. Лежал, перебирал пальцами темные кудри и ощущал тепло прижавшейся ко мне голой девушки. Все вышло так внезапно. Началось плавно и перетекло в горизонтальную плоскость. В постели Тата оказалась нежной и чувственной.

Уголки губ подскочили. Я всегда фотографировал в память особенно удачные ракурсы. При воспоминаниях о её темных сосках кровь снова отливала от головы и прилива туда, куда обычно приливает в подобных случаях.

А ведь это давно могло стать реальностью. Но я постоянно в себе сомневался, боялся.

Заснул где-то в середине ночи, зато особенно крепко. Я бы сказал, что не видел снов, но знал, что так не бывает. Я их просто не запомнил. Впервые за очень долгое время, и это тоже хорошо.

Поутру обнаружил записку: «Если хочешь, можешь остаться до вечера».

Я так и поступил. Разглядывал картины Таты, провел очередной марафон практик и потреблений контента, накачивающего мозг яркими образами. Приготовил ужин.

После секса снова крепко уснул и пошел на работу. Ха-ха!

* * *

В сновиденный мир я ворвался с двух ног. Осознался на входе в университетскую общагу. Ну да, там с