Мертвое солнце - Александра Христова

— Э? — опешил я. Это он к чему?

Больше не обращая на меня внимания, Рай аккуратно сгреб остатки моей одежды в кучку и запустил в нее крошечным файерболом. Правильно — не оставлять же их. Мало того что это неприлично — загрязнять такой красивый берег, так еще и моя кровь, оставшаяся на одежде, может попасть в руки какому-нибудь шальному забредшему сюда магу-экспериментатору. А в таком случае последствия могут быть самыми неожиданными. Причем как для меня, так и для самого мага.

— Поехали. — Рай легко вспрыгнул в седло и тронул бока коня пятками, направляясь прочь с поляны. Наспех засунув жемчужину в сумку, я вскарабкался на спину Психа и поехал вслед за приемным дядей.

— …Что значит — «не стали его топить»?

— То и значит, колдун. — Русалка лениво дернула хвостом, отчего Линсахеете окатило фонтаном брызг. Маг скрипнул зубами, но промолчал. — Я дала ему защиту. Отныне ни одна русалка не поднимет руку на того, кто отнесся к нам не как к опасной нечисти, а как к простым женщинам. Я, конечно, не Владычица, чтобы обеспечить ему полную неприкосновенность, но оберег от своих соплеменниц я ему дала.

— Дура! — Маг вскочил на ноги и, не в силах сдерживаться, забегал по берегу. — Ты… как ты посмела… хвостатая дура!

— Следи за словами, маг, — оскалилась речная дева, подаваясь немного вперед. — Я ведь и отомстить могу!

Линсахеете отпрянул от разъяренной русалки и злобно выругался.

— Да что же это такое?! — рыкнул он. — И тут не повезло. Ай, чтоб вас всех…

Шарахнув по речной глади увесистым огненным шаром и едва не попав в еле успевшую отпрянуть предводительницу местных русалок, маг залез в седло невзрачного коня и устремился прочь. Речная прелестница проводила его долгим запоминающим взглядом.

— Аалини. — Рядом выплыла из реки молоденькая русалочка, еще совсем ребенок.

— Да, малышка, — обратилась к ней та, которую назвали Аалини, ласково улыбнувшись и вмиг преобразившись из разгневанной амазонки в добрую женщину.

— Злой не вернется? — Губки малышки надулись и задрожали. Она явно собиралась заплакать.

— Нет, маленькая моя, не вернется. — Русалка погладила девочку по голове. — Я не позволю…

Небольшой инцидент с русалками никак не сказался на скорости и скрытности нашего передвижения — мы все так же, изображая партизан в белорусских лесах, двигались по направлению к границе, где, как мне было сказано, имелся мощнейший стационарный портал, способный переправить нас всех прямо в Эноли, минуя Тарс. Экспресс-доставка, так сказать… Первым классом и с повышенной комфортностью.

Сама же граница, по крайней мере со стороны империи, произвела на меня самое гнетущее впечатление. Роль приграничной имперской крепости исполняло нечто, созданное «по мотивам сарая»: такое же страшное и покосившееся, правда, не деревянное, а каменное. И таможенники были… соответствующие. При виде нашего отряда половина из них ощерилась в предвкушающих улыбках, доставая оружие, а другая половина шустро разбежалась по разным углам. И это доблестные стражи границ Великой Империи?! М-да…

Разобрались с этой пародией на охрану быстро: бабушка просто сунула в руки самому толстенькому и важному из них, с ржавой насквозь алебардой в короткопалых ручонках, большой мешочек с позвякивающими в нем монетами. Страж маслено заулыбался и махнул рукой, позволяя проехать.

И это все?! А где досмотр? Где хотя бы вопрос: «Кто такие»? Мама… Что называется, «проходи, кто хочешь, бери, что хочешь». И как граница еще стоит?

Интересно, а зачем мы вообще заехали на погранпост, когда можно было спокойно объехать этот позор империи стороной? Полюбоваться, что ли?

Оказывается, нет. К таможенной крепости Тарса ведет только эта дорога, тогда как вокруг на многие километры тянутся искусственно созданные непроходимые болота, по сути — сплошная топь. Уже никто не помнит, из-за чего маги с обеих сторон (да-да, в империи, оказывается, тоже когда-то были неплохие маги!) таким оригинальным образом перекрыли границу, но факт остается фактом: относительно безопасно, рискуя только кошельком, а не жизнью, из Сарриса в Тарс можно было добраться только по трем дорогам. Что ж, зато теперь становится понятным столь легкомысленное поведение погранотряда… точнее, погранбанды.

И вот еще вопрос: как с такой охраной границы империя еще умудряется воевать с Тарсом? Впрочем, против упертых, прущих напролом фанатиков, как и против лома, мало что помогает.

Зато крепость Тарса полностью оправдала мои ожидания. Невысокое, даже на вид неприступное каменное строение буквально радовало глаза и душу. Немного в стороне довольно высокими — метра четыре — каменными стенами, буквально искрившимися от заложенных в них разнообразных заклинаний, был огражден круг диаметром метров двадцать, к которому тут же, что-то невнятно буркнув на прощание, устремились десять эльфов из нашего отряда.

— Это что? — ткнул я пальцем в сторону заинтересовавшей меня стены.

— Стационарный портал, — ответила мне Гэре.

Э? Вот это — стационарный портал? Что ж, теперь понятно, почему бабуля нервно хихикала всякий раз, когда я рассказывал о том, как представляют порталы жители моего родного мира. Ничего общего с аркой или пентаграммой, столь любимыми писателями фэнтези!

Вот только я не понял, почему мы не поехали сразу к порталу, как это сделали другие?

Когда я задал этот вопрос, Элли озадаченно глянул на меня:

— А регистрация фамилиара?

— К-какая регистрация?! — Я даже начал заикаться от изумления. Миледи недоуменно пискнула: судя по исходящим от нее эмоциям, она тоже не понимала, о какой регистрации идет речь.

Да и как вообще можно зарегистрировать подобное? В самом деле, не будут же на моего фамилиара печати ставить!

Я представил, как у Миледи будет смотреться на пузике большой круглый — и при этом ярко-красными чернилами! — штамп с надписью «Уплочено», и меня разобрал смех. Мышка, когда я переслал ей свою мысль, гневно застрекотав, взвилась в воздух и начала описывать круги вокруг меня, сердито что-то высвистывая и периодически выдавая клубы дыма — от избытка чувств, не иначе. В отличие от меня, ей представленная картина не понравилась. Да, пожалуй, соглашусь: татуировка на столь нежном месте… несколько излишне.

— Обычная регистрация фамилиара и занесение в реестр, — пожал плечами Элли, подталкивая меня в сторону входа в здание. — А также установка магических печатей. С момента регистрации каждый, кто взглянет на твою Миледи, будет чувствовать, что это не новый вид нечисти, а фамилиар. Ты же не хочешь, чтобы ее по незнанию зарубил какой-нибудь шальной охотник на нечисть?

Нет, такой участи для моей мышки я не хочу! Вздохнув, я прошел вслед за эльфом в крепость.

К кабинету мага-стража, который должен был зарегистрировать мою Миледи, мы добрались только через половину сеада, предварительно хорошенько поплутав по безликим коридорам. Как нас не поймали пограничники — я, если честно, так и не понял. По идее, нас должны были остановить сразу же, как только мы завернули не туда. Но нет — мы обошли едва ли не всю крепость, при этом никого не встретив, прежде чем вышли к массивной двери, на которой красовалась табличка с надписью: «Магистр Разума, мастер Воды и Воздуха, эрий Алисиур арр Ласарэ». М-да-а-а… Однако…