Зеленый гамбит - Вадим Панов

– В смысле? – не поняла старуха.

– Ружена может не согласиться с тем, что выборы Берегини прошли за её спиной, – объяснила жрица. – При этом Ружена явится во дворец во главе серьёзного, разгорячённого боем отряда…

– Она не посмеет устраивать междоусобицу.

– Она взволнована и может наделать глупостей. – Малуша вздохнула. – Я предлагаю избрать Всеведу. Мы можем по-разному относиться к нашей новой сестре, но Всеведу поддерживает «секретный» полк, а сейчас это очень важно.

Услада нахмурилась, по всей видимости она рассчитывала, что старая подруга назовет её имя, но через пару секунд выдавила:

– Пусть будет Всеведа.

Разумно рассудив, что для того, чтобы убедить Ружену, действительно необходимы серьёзные аргументы.

– Всеведа, – повторила Малуша.

– Я не против, – вздохнула Снежана.

И все взгляды уперлись в Парашу.

– Я давала присягу как воин и приносила клятву как жрица, – негромко произнесла Всеведа, глядя старухе в глаза. – Великий Дом Людь – мой мир. Служение ему – смысл всей моей жизни. Я не допущу междоусобицы и развала. Я не подведу.

– Головокружительная карьера, – едва слышно шепнула Параша. Но выбора у неё не было, и вслух жрица произнесла ожидаемое: – Всеведа!

– Примите мои поздравления, Ружена: вам удалась блестящая операция, – без ехидства произнёс вновь подошедший Сантьяга. – Барон, мои комплименты. Не ожидал, что Сокольники рухнут настолько быстро.

– Никто не ожидал, – проворчал Бакула.

– Кто-то из «соколов» не поддержал Ярину? – Иных причин неожиданного падения крепости комиссар не видел.

– Это был Сдемир, – сообщила Ружена. Она понимала, что информация скоро станет достоянием гласности, вот и ответила честно. – Он оказался внутри и снял защиту.

– Продумали штурм заранее? – едва заметно улыбнулся нав.

– Я не знаю, что Сдемир делал в Сокольниках, – отрывисто ответила жрица. – Но не скрою: я рада, что он там оказался.

Потому что обрушение магической защиты было главным условием быстрого захвата крепости. А о том, каким образом юноша смог добиться нужного результата, жрица предпочла умолчать.

Как только мощное «Кольцо саламандры» и остальные арканы активной защиты прекратили своё существование, штурмующие снесли ворота обыкновенным бульдозером и полноводной рекой ворвались во внутренний двор.

– Нам нужна Ярина!

– Выдайте Ярину!

– Ярина!

Ружена ждала крови, выстрелов… Не была уверена, что хочет их, но ждала, не верила, что «соколы» сдадутся. А они и не сдались. Рассредоточились по огневым точкам, по укромным углам, ощетинившись стволами огнестрелов и дрожащими от нетерпения убить жезлами, выскочили навстречу, намереваясь ударить кость в кость, но замерли, поскольку мудрый Бакула пустил вперёд самых верных своих парней. Самых лучших и спокойных.

Без оружия и без защиты.

– Нам нужна Ярина! – рявкнули измайловцы.

А второй отряд заботливо оттирал подальше люблинцев и кузьминцев, что-то втолковывал им, объяснял, не позволяя применить оружие. Второй отряд стоял спиной к «соколам» и тоже рисковал, но не уходил, честно исполняя странный и смертельно опасный приказ барона.

– Выдайте Ярину!

Несколько секунд всё висело на волоске. Хватило бы одного выстрела, одной слабенькой «стрелы», чтобы столкновение превратилось в бойню. Несколько томительно долгих секунд барон Бакула до крови кусал губы, глядя на своих безоружных парней и понимая, что их смерть окажется на его совести. Несколько хрупких секунд Великий Дом Людь балансировал на грани страшной междоусобицы, а затем «соколы» поняли, что убивать их никто не собирается.

И опустили стволы. Боевые жезлы. Копья.

И опомнившаяся Ружена крепко поцеловала Бакулу в губы, признавая его ум и умоляя простить несдержанность.

– Придётся уходить!

– Что?

– Уходить!

– Проклятье!

Уходить…

И злые слёзы на глазах. Ярость, гнев, обида, страх, ненависть – слёзы собрали все чувства. Или чувства смешались, собрались в слёзы и хлынули из глаз, потому что внутри им стало слишком тесно. И слишком горько. Внутри совсем не осталось чувств, только горькая пустота и понимание, что всё пропало. Ничего нельзя исправить, а впереди – полная неизвестность.

Уходить…

Будивит убит. Первым почуял опасность, бросился к снесённой двери, намереваясь испепелить нападающих, но выхватил жезл на секунду позже, чем следовало, и пропустил смертельный выпад «варана»: могучий коготь пробил грудь насквозь, а потом пошёл вниз, к животу, не оставляя даже призрачной надежды на спасение.

Будивит убит. Единственное, чем он успел помочь друзьям – на доли секунды задержал в дверях здоровенного голема. Развернувшаяся Ярина сожгла проклятую куклу одним ударом, но что это могло изменить? Минус первый этаж в панике, неизвестно откуда взявшиеся големы рвут дружинников и ведьм, бьют ядом, взрезают когтями. Големы сильны, их много, и они хотят одного – убивать. Ярина бьёт ещё два раза, убивает «паука», затем промахивается, а затем сосредотачивается на защите тех, кто сгрудился вокруг. И понимает, что нужно…

Уходить…

Командный пункт грозит превратиться в ловушку, у собравшихся под защиту воеводы дружинников лишь лёгкое оружие, почти все жезлы уже разряжены, энергия в магических «Щитах» заканчивается, и Ярина приказывает прорываться к арсеналу. Совершенно не подумав о том, что за спинами големов может оказаться куда более опасный враг.

Уходить…

Воевода прикрыла отступление, бережно расходуя против «пауков» и «варанов» остатки магической энергии, спасла много жизней, помогла дружинникам запереться в арсенале, и только тогда поняла, какую совершила глупость: проникший на КП Сдемир сорвал защиту с крепости, и в крепость «соколов» ворвались жаждущие мести измайловцы, кузьминцы и люблинцы.

Свои на своих? Да, свои на своих, потому что две жрицы мертвы, а обвиняют в этом её, воеводу Дочерей Журавля. Может, не самую глупую, но уж точно одну из самых неудачливых воевод в истории Зелёного Дома.

– Дорогая, ты уже поняла, что пора сдаваться?

– Сдемир!

Наглый юнец не просто позвонил… впрочем, Ярина вряд ли ответила бы на телефонный звонок… наглый юнец установил канал магической связи с арсеналом, и его эфемерный образ был хорошо виден всем запершимся там «соколам».

– Прекрати кровопролитие, воевода, не заставляй ребят жертвовать больше, чем они уже тебе отдали.

– Кровь «соколов» – на твоей совести!

– Я в своём праве, Ярина, – размеренно ответил Сдемир. – Я мщу за отца, которого ты убила.

– Ты пришёл в Сокольники до того, как погиб Витенег.