Мечта на поражение - Алексей Калугин

Путь был свободен. Но вдруг – сталкер глазам не поверил! – проход с арочным сводом, до которого оставалось всего-то несколько шагов, начала закрывать кирпичная стена. Ряд за рядом, кирпич к кирпичу – стена быстро поднималась вверх, как будто два невидимых каменщика, стоя по разные ее стороны, соревновались в ловкости и скорости.

Красные обожженные кирпичи – на боку одного гвоздем процарапано «ДМБ-18», – серые, влажно поблескивающие полоски раствора…

Гупи подумал не о том, что этой стены просто не могло быть. Хотя бы потому, что ей неоткуда взяться – не могла же она, в самом деле, материализоваться из воздуха! Гупи подумал, что раствор еще не успел схватиться, а значит, если он с разбега как следует ударит в нее плечом, то стена, может быть, рухнет.

На бегу махнув фонарем, чтобы отогнать от стены бюреров, Гупи сгруппировался, выставил вперед левое плечо и в последнем прыжке впечатал его в стену.

Он был готов к боли, но не к тому, что, пролетев сквозь призрачную кладку, ударится шлемом о вполне реальную бетонную стену и кубарем покатится по полу прохода.

На какой-то миг Гупи потерял ориентацию в пространстве и даже выронил из руки фонарик. Который, тем не менее, остался при нем, поскольку был пристегнут к кольцу на рукаве скафандра.

Оттолкнувшись спиной от стены, Гупи встал на ноги, поймал в одну руку фонарь, в другую – автомат и развернулся назад.

Вернуться, чтобы попытаться спасти Шрека? Ну, уж нет! Очень глупая мысль. Даже если американец еще жив, в чем, нужно сказать, Гупи очень сильно сомневался, спасать его должны коммандос из СС, а не несчастный сталкер, который и сам-то непонятно почему все еще цел. Ну, а Журналист, который к тому же и Излом, сам мастак выкручиваться из гнилых раскладов. Гупи посмотрел назад лишь с тем, чтобы оценить обстановку.

Ничего нового он там не узрел. Все те же низкорослые уродцы-бюреры, которые, размахивая руками – видно, создавали психокинетическое поле, чтобы защитить себя от пуль, – бежали следом за ним. И самым разумным в такой ситуации было развернуться и бежать в другую сторону.

Что Гупи и сделал.

Только бежал он уже не от бюреров, а от огненного шквала, катившегося за ним по коридору.

Это было поистине что-то невообразимое и абсолютно необъяснимое. Похуже, чем возникшая прямо из воздуха кирпичная стенка. Гупи видел, как в центре площадки, где мерзкие низкорослые твари доедали останки Вервольфа, взорвался огромный, ярко-оранжевый огненный шар. Как будто какой-то идиот щелкнул зажигалкой в наполненном газом помещении. Огонь мгновенно сожрал не успевших ничего понять бюреров и пылающими клубами ворвался в боковые проходы.

Гупи бежал от него не потому, что надеялся спастись – это только в кино герои бегут быстрее взрывной волны, – а потому что инстинкт гнал его вперед. Если за тобой гонятся – значит, нужно убегать. С этим не поспоришь.

И он бежал.

Бежал, что есть духу.

Бросив фонарик и автомат.

Бежал до тех пор, пока огненный шквал не ударил его в спину.

Волна обезумевшего пламени подхватила сталкера, перевернула и потащила за собой.

В бездну.

В выжженную адским огнем пустоту.

В небытие.